Автореферат и диссертация по медицине (14.00.18) на тему:Небредовая ипохондрия (коэнестезиопатия) при шизотипическом расстройстве личности и шизофрении

ДИССЕРТАЦИЯ
Небредовая ипохондрия (коэнестезиопатия) при шизотипическом расстройстве личности и шизофрении - диссертация, тема по медицине
АВТОРЕФЕРАТ
Небредовая ипохондрия (коэнестезиопатия) при шизотипическом расстройстве личности и шизофрении - тема автореферата по медицине
Серебрякова, Екатерина Владимировна Москва 2007 г.
Ученая степень
кандидата медицинских наук
ВАК РФ
14.00.18
 
 

Автореферат диссертации по медицине на тему Небредовая ипохондрия (коэнестезиопатия) при шизотипическом расстройстве личности и шизофрении

На правах рукописи

Серебрякова Екатерина Владимировна

НЕБРЕДОВАЯ ИПОХОНДРИЯ (КОЭНЕСТЕЗИОПАТИЯ) ПРИ ШИЗОТИПИЧЕСКОМ РАССТРОЙСТВЕ ЛИЧНОСТИ И ШИЗОФРЕНИИ

14.00.18 - «Психиатрия»

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата медицинских наук

Москва - 2007

Работа выполнена в ГУ «Научный центр психического здоровья РАМН»

Научный руке

водитель:

- доктор медицинских наук

Официальные

доктор медир; профессор доктор меди профессор

;инских наук, [цинских наук,

Ведущая орган

ФГУ «Москово

Защита состоит на заседании ди в Научном цен1 по адресу: 1155

С диссертацией Научного центр

Дубницкая Этери Брониславовна

оппоненты;

Мазаева Наталья Александровна

Сергеев Игорь Иванович

изация:

ЕТО!

сий НИИ психиатрии» Росздрава

;я октября 2007 г в 12 часов

ссертационного совета Д 001.028 01 е психического здоровья РАМН 2, Москва, Каширское шоссе, дом 34.

можно ознакомиться в библиотеке 1 психического здоровья РАМН.

Автореферат разослан « •"*>> сентября 2007 г

Ученый секретарь диссертационного совета кандидат медицинских наук

Никифорова И Ю.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ИССЛЕДОВАНИЯ Актуальность исследования. Небредовая ипохондрия представляет не только узко специальную, но и общемедицинскую проблему Согласно эпидемиологическим данным, распространенность ипохондрических состояний в населении колеблется в диапазоне 4,5-20% (Escobar J et al, 1989, Kroenke К et al, 1997, Favarelli С et al, 1997, Ristner M et al, 2000, Ladwig KH et al, 2001, Creed F, Barsky A, 2004) В весьма широких границах оценивается также и частота небредовой ипохондрии в психиатрических учреждениях, составляющая от 12 до 49% (Ray S D, Advam М Т, 1962, Kenyon F Е, 1964, Stenback А, Riman R, 1964, Slavney Р R, Teitelbaum М L , 1985, Smith G С et al, 2000) Значение этого показателя в общемедицинской сети существенно возрастает и варьирует от 19,7% (Gureje О et al, 1997) до 58% (Hansen М S et al, 2001, Fink P, 2004) По мнению современных авторов (Noyes R, 2001, Barsky A. et al, 2001, Creed F, Barsky A, 2004, Mayou R et al, 2005), такой разброс статистических показателей, свидетельствующий о незавершенности изучения проблемы, связан с теоретическими разногласиями по поводу диагностических критериев и окончательной дефиниции небредовых ипохондрических состояний

Если исходные позиции большинства зарубежных исследователей базируются на клинико-статистическом анализе, то отечественные авторы (Смулевич А.Б, 1987, 1999, 2005, 2007, Крылов В И, 2006) интерпретируют небредовую ипохондрию в свете психопатологического подхода При этом в качестве конкурирующего теоретического обоснования выдвигается сформулированная А Б Смулевичем концепция коэнестезиопатии, согласно которой облигатной составляющей структуры небредовых ипохондрических синдромов является коэнестезиопатия — базисное (близкое к соматическому субстрату болезни по G Huber, 1957) расстройство В пределах этого, самостоятельного психопатологического ряда коэнестезиопатические проявления ранжируются на сенсопатии (протопатические, висцеральные, гаптические, термические, кинестетические, витальные), нарушения общего чувства тела и опосредования физиологических и патологических процессов, в

С

нем происходящих, расстройства самосознания соматического Я Представление об эвристичности такого подхода разделяют и некоторые зарубежные психиатры (Kato S , Ishiguro Т , 1997, Kobayashi Т, Kato S , 2004)

Изложенная концепция, как об этом свидетельствуют полученные в ряде работ (Бурлаков А В , 2005, Ильина Н А , 2006, Дубницкая Э Б , Романов Д В , 2007) предварительные данные, расширяет возможности научного анализа одного из наиболее сложных и дискуссионных аспектов проблемы небредовой ипохондрии Речь идет об оценке соотношения коэнестезиопатических (небредовых ипохондрических) состояний с шизофренией и шизотипическим расстройством личности (PJI)

Со времени выделения ипохондрической шизофрении (Bornstein М, 1928) наиболее полное освещение в литературе получили прогредиентные, сопряженные с выраженным дефектом и социальной дезадаптацией формы эндогенного процесса, сопровождающиеся сменой небредовых ипохондрических синдромов галлюцинаторно-бредовыми (Гуревич М О , 1949, Кербиков OB, 1949, Гиляровский В А, 1954, Рохлин JIJ1, 1957, Ануфриев А К, 1963, Ротштейн ГА, 1961, Kleist К, 1934, Leonhard К, 1957) или психотическими расстройствами соматопсихики (Момот Г Н, 1957, Скворцов К А, 1961, Эглитис ИР, 1977, Басов AM, 1981, Huber G, 1957, Ladee G, 1966)

В то же время варианты ипохондрической (коэнестезиопатической) шизофрении с вялым, относительно благоприятным течением, выступающие под маской пограничной психической патологии - астеноипохондрических состояний, органных неврозов, ипохондрических развитий (Гольденберг С И , 1934, Консторум С И и соавт, 1935, 1939, Боголепов НК , Ноткина ФЯ , 1935, Герцберг М О , 1937, Аведисова А С , 1983, Иванов С В , 2002, Bihkiewicz Т , 1969, Simko А, 1968), выявляющиеся как в психиатрической практике, так и в общей медицине, изучены недостаточно полно

За рамками научного анализа остается и связь расстройств шизофренического спектра («мягкий полюс», включающий шизотипическое РЛ) с конституциональным складом, обеспечивающим аффинитет к небредовым ипохондрическим (коэнестезиопатическим) расстройствам

Несмотря на длительную историю изучения психосоматической стигматизации - невропатической конституции (Сухарева ГЕ, 1934, Осипова ЕА, Ижболдина О Ф , 1935, Berthier Р , 1875, Morel В , 1875, Féré Ch , 1894, Shtutte Н, 1967, Nissen G, 1973), о существовании такой связи лишь упоминается

Ограничиваются отдельными указаниями и данные литературы, касающиеся возможности ассоциации проприоцептивного диатеза (эта предиспозиция отражает, по мнению S Rado, 1953, искажение телесного Я при шизотипическом PJI) с небредовой ипохондрией (коэнестезиопатией) в рамках расстройств шизофренического спектра (Смулевич А Б и соавт, 2005, Смулевич А Б , 2007, Бурлаков А В , 2005, Ильина Н.А , 2006, Gunderson J G , 1983, Millón Т, 1996, Pamas J et al, 2005) Отсюда вытекает актуальность анализа проблемы и в этом аспекте

Остаются открытыми также вопросы, связанные с определением типологии коэнестезиопатических состояний в рамках шизотипического PJI и шизофрении, оценкой стереотипа их развития, клинического прогноза, выбором терапии и реабилитационных программ

Цель и задачи исследования. Цель исследования - анализ статики и динамики небредовых ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний при шизотипическом PJI, определение психопатологических характеристик вялотекущей ипохондрической шизофрении, уточнение предикторов прогноза, разработка терапевтических подходов и реабилитационных программ, позволяющих оптимизировать лечение Соответственно в работе решались следующие задачи

• определение психопатологической структуры небредовых ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний при шизотипическом PJI и вялотекущей шизофрении,

• выделение факторов (триггерных, конституциональных), способствующих формированию аффинитета к небредовой ипохондрии,

• установление зависимостей, определяющих динамику/течение и прогноз изученных состояний,

• разработка методов терапии, дифференцированных в соответствии с типологией и нозологической принадлежностью ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний

Научная новизна. Впервые установлено, что уязвимость к небредовой (коэнестезиопатической) ипохондрии сопряжена с особой конституциональной - соматопатической — стигматизацией в форме невропатического (проприоцептивного) диатеза К новым клиническим фактам относится доказанная в рамках проведенного исследования независимость динамики проприоцептивного диатеза от характера триггерных воздействий Фазы/реакции при шизотипическом РЛ реализуются однотипными, дискретными, транзиторными квазисоматическими эпизодами (массивная психовегетативная, органоневротическая, псевдоаллергическая симптоматика, явления неинфекционного субфебрилитета, изолированные сенестезии и сенестопатии), подверженными полной редукции и разделенными длительными интервалами Впервые представлена типологическая дифференциация коэнестезиопатической шизофрении с течением по типу ипохондрического развития либо прогрессирующей астеноипохондрии Предложенная типология информативна в плане определения прогноза и выбора лечебно-реабилитационных программ для пациентов с изученными расстройствами

Практическая значимость. Результаты исследования способствуют решению сложных диагностических задач, возникающих при клинической оценке, нозологической квалификации и определении прогноза ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний Предложенная клиническая типология позволяет надежно дифференцировать психопатологические расстройства круга небредовой ипохондрии (прежде всего - наблюдающиеся в общемедицинской сети) от сходных проявлений соматической патологии Представленная в работе информация создает предпосылки для выбора адекватной помощи изученному контингенту На основе полученных данных разработаны конкретные рекомендации по терапии с применением психофармакологических средств последних генераций и реабилитационным методикам, позволяющим оптимизировать лечебный процесс Результаты исследования внедрены в практическую деятельность

Московской клинической психиатрической больницы №1 им НА Алексеева, ПНД №2 г Москвы, городской поликлиники №202 Департамента здравоохранения г Москвы, городской поликлиники №56 УЗ ЦАО г Москвы

Публикация результатов исследования. Основные результаты исследования отражены в 5 научных публикациях, список которых приводится в конце автореферата

Объем и структура работы. Диссертация изложена на _ страницах машинописного текста (основной текст _, указатель литературы _) и состоит из введения, пяти глав (обзор литературы, характеристика материала и методов, разделы, посвященные типологической дифференциации, клинической динамике и терапии небредовых ипохондрических - коэнестезиопатических -состояний при шизотипическом РЛ и вялотекущей шизофрении), заключения и выводов Библиографический указатель содержит _ наименований (из них отечественных - _, иностранных - _ ) Приведено _ таблиц, _ рисунков и _ клинических наблюдения

Материал и методы. Настоящее исследование выполнено в период 20032006 г в отделе по изучению пограничной психической патологии и психосоматических расстройств (руководитель - акад РАМН, проф А Б Смулевич) НЦПЗ РАМН (директор - акад РАМН, проф А С Тиганов)

Изученную выборку составили 86 больных шизотипическим расстройством личности и вялотекущей шизофренией (58 женщин, 28 мужчин, средний возраст - 34,7 г ± 10,1лет), обследованных стационарно (57 наблюдений) в клинике отдела по изучению пограничной психической патологии и психосоматических расстройств или амбулаторно (29 наблюдений) в общесоматических поликлиниках (городская поликлиника №202 Департамента здравоохранения г Москвы - главный врач - Шевелев В Ю, городская поликлиника №56 УЗ ЦАО г Москвы - главный врач — Конобевцев ДО) Такой состав медицинских учреждений продиктован задачами настоящего исследования, предусматривающими максимально широкий охват небредовых ипохондрических (коэнестезиопатических) расстройств, представленных как в специализированной, так и в общесоматической сети

Основным методом, обеспечивающим решение поставленных в исследовании задач, избран клинический, включающий психопатологическое обследование, €то позволило определить структуру и динамику изучаемых коэнестезиопатических состояний, их нозологическую принадлежность, а также рассмотреть характеристику конституциональной «почвы», обеспечивающей уязвимость к формированию небредовой ипохондрии

Наряду с квалификацией психического статуса, предполагающей дифференцированную оценку коэнестезиопатической симптоматики, и анализом анамнестических сведений (субъективных и объективных, включая данные медицинской документации) проведено детальное соматоневрологическое обследование всех больных, имеющее целью верификацию психопатологической (ипохондрия эше пШепа), а не соматической природы наблюдаемых телесных сенсаций Помимо рутинных при необходимости использовались дополнительные диагностические методики (аллергологические, офтальмологические пробы, гастроскопия, суточное мониторирование ЭКГ по Холтеру и др) и экспертные заключения консультантов (аллерголога, гастроэнтеролога, кардиолога, ревматолога и др) Тем самым минимизировалась возможность экстраполировать имеющиеся психопатологические (коэнестезиопатические) расстройства на соматическую или неврологическую патологию

Привлечение катамнестического подхода (длительность катамнеза 2-3 года) представляется адекватным для суждения о динамике состояний, составивших предмет исследования, и тем самым - об их прогнозе Критерии включения

• Соответствие клинической картины на момент обследования проявлениям небредовой (коэнестезиопатической) ипохондрии - облигатному признаку наблюдаемого расстройства (А), который должен быть дополнен пс меньшей мере одним из факультативных признаков (1-4)

А Доминирование в клинической картине коэнестезиопатии - нарушения чувственного осознания соматического Я, включающего расстройства общего чувства тела (протопатические, висцеральные, гаптические, термические, кинестетические, витальные ощущения) и восприятия

физиологических и патологических процессов, в нем происходящих, а также другие соматосенсорные расстройства (психовегетативные, органоневротические, алгопатические),

1 фиксация на деятельности внутренних органов,

2 страх телесного недуга, основанный на ложной интерпретации болезненных ощущений,

3 несогласие с медицинской аргументацией необоснованности жалоб,

4 поиск повторных консультаций, обследований или «исцеления» с помощью нетрадиционных методов лечения

• Верификация шизотипического РЛ, оцениваемого (с учетом критериев ОБМ-ГУ) как устойчивая констелляция патохарактерологических черт, обнаруживающих черты расстройств шизофренического спектра, динамика которых (реакции, фазы) не обнаруживает признаков прогредиентного течения, свойственных эндогенному процессу

• Верификация вялотекущей шизофрении (с учетом критериев МКБ-10) на основе совокупности следующих признаков процессуальное видоизменение нозологически неспецифических (на продромальных этапах) осевых коэнестезиопатических расстройств, по мере течения болезни приобретающих черты, свойственные эндогенному процессу (трансформация персистирующих однообразных, штампованных телесных сенсаций в нарушения круга сенестезий и сенестопатий), углубление негативных расстройств (нарастающие изменения личности по шизофреническому типу), редукция энергетического потенциала, сопряженная с нарушением социального функционирования

• Возраст больных от 18 до 65 лет

Критерии исключения

Признаки манифестного шизофренического/шизоаффективного/ аффективного психоза, органического поражения ЦНС, зависимости от психоактивных веществ, тяжелого инвалидизирующего соматического заболевания

Анализ эффективности психофармакотерапии и связанных с ее проведением нежелательных явлений проведен с использованием формализованных

психометрических методик (рейтинговые шкалы CGI, HDRS-21, MADRS, VAS, UKU)

При статистистической обработке данных применялся пакет компьютерных программ Statistica Использовались данные описательной статистики средние значения стандартного отклонения Оценка значимости различий проводилась при помощи критерия х2 (Пирсона-Фишера) и метода частотных таблиц (различия считали достоверными при р<0,05)

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

В основу работы положены результаты клинического изучения ипохондрических (коэнестезиопатических) проявлений, формирующихся в рамках шизотипического расстройства личности и вялотекущей шизофрении

1. Небредовая ипохондрия (коэнестезиопатия) при шизотипическом расстройстве личности - 21 пациент (16 женщин, 5 мужчин, средний возраст - 34,4 ± 3,7лет)

У всех пациентов, отнесенных к этой диагностической категории, выявляются аномальные черты, позволяющие по аналогии с «экспансивной шизоидней» Е Kretschmer (1930) отнести их личностный склад к стеническому полюсу шизотипического РЛ Стойко приподнятый, оптимистический аффективный фон с устойчивостью по отношению к жизненным коллизиям согласуется с высокой энергетической заряженностью, «гиперэргичностью» (Шостакович Б В , 1988, 2006), реализующейся в сфере интересов, увлечений и профессиональной деятельности Характерные особенности эмоциональной и когнитивной сферы рассудительность, дефицит эмпатии к близким и немотивированное расположение с неуместной откровенностью при случайном знакомстве, утрированная правильность формальных суждений без внутренней переработки происходящих событий и нарочитая высокопарность абстрактных высказываний, а также эксцентричность, гротескность внешнего облика (причудливая прическа и макияж в сочетании с одеждой, старомодной, но украшенной претендующими на изысканность аксессуарами), особенности речи (парадоксальные высказывания, употребление замысловатых оборотов), склонность к сумасбродным поступкам сближает изученные РЛ с аномалиями

типа verschrobene (Смулевич АБ, 1987, Воробьев ВЮ, 1988, Birnbaum К, 1906)

Предрасположение к небредовой ипохондрии (коэнестезиопатии) реализуется в этих случаях уже в раннем детстве субклиническими проявлениями в сфере телесной перцепции Речь идет о присущем пациентам «дефиците биологического тонуса» (Petnlowitsch N, 1960) в виде морфологических аномалий, подверженности интеркуррентным заболеваниям, склонности к формированию изолированных психовегетативных расстройств Высокая частота оппортунистических инфекций (грибковые, стафилококковые, герпетические поражения), отражающая снижение иммунитета, дополняет характеристику рассматриваемой соматически стигматизированной почвы

Наряду с уже рассмотренными признаками, типичными для невропатической конституции, патологическая почва, обеспечивающая уязвимость к небредовой (коэнестезиопатической) ипохондрии, характеризуется целым рядом свойств, предпочтительных для проприоцептивного диатеза и свидетельствующих об «утрате единства и последовательности собственной внутренней картины, искажении восприятия физической самости» (Rado S , 1953)

Наиболее важная отличительная характеристика невропатического (проприоцептивного) диатеза - пароксизмальность экзацербаций с формированием транзиторных психосоматических кризов (квазисоматических эпизодов), манифестирующих в динамике PJI, подверженных спонтанному обратному развитию с полной редукцией симптоматики, разделенных длительными интервалами (не менее 2-3 лет) и не сопровождающихся признаками социальной дезадаптации

Центральное место в клинической картине таких, внезапно возникающих по реактивным (или реже - 13,7% - аутохтонным фазовым) механизмам «вспышек» (их длительность колеблется от 2-3 дней до 4-6 недель) доминируют соматизированные проявления (псевдоаллергические феномены, неинфекционный субфебрилитет), психопатологически незавершенная органоневротическая симптоматика с частой сменой органа, субсиндромальные панические атаки без признаков избегающего поведения, полиморфные

алгопатии (вплоть до идиопатических алгий), приобретающие альтернирующий, полисистемный характер Пациенты жалуются то на учащенное сердцебиение, то на замедление сердечного ритма, шум в голове, головные боли в области затылка чередуются с головокружением при резкой перемене положения тела вплоть до обмороков (при этом регистрируются лабильность АД), запоры, тяжесть в эпигастральной области сменяются метеоризмом, отрыжкой, диареей, чувство жара и субфебрилитет -потливостью, ознобом

Расширение спектра телесных сенсаций с присоединением на высоте состояния феноменов, гетерономных нормальной перцепции (телесные фантазии, сенестезии, сенестопатии - «хлопающий клапан в гортани», «провалы, падения, невесомость», «набухание сосудов головы»), отражает другую важную особенность — становление расстройств общего чувства тела, выделяемых в качестве облигатного признака экзацербаций, свойственных проприоцептивному диатезу

В числе принципиальных характеристик шизотипического РЛ с явлениями проприоцептивного диатеза на основе психопатологического анализа выделены также следующие особенности

Модус реагирования на разнородные триггерные воздействия клинически однотипными квазисоматическими эпизодами (реактивная соматопатическая лабильность) - кардинальная характеристика изученных личностных девиаций Экзацербации при шизотипическом РЛ сопряжены не только с воздействием факторов, к которым обнаруживается уязвимость у носителей невропатического диатеза (соматическое неблагополучие, перемена метеоусловий, нарушение привычного ритма и последовательности трудовых нагрузок), но и с психотравмирующими событиями (ограбление, судебное разбирательство, изнасилование, любовная драма, потеря работы), как правило, чреватыми депрессией

В противоположность сложившемуся представлению о непременном соучастии в построении невропатии астенических расстройств признаков астении с тенденцией к формированию невротической ипохондрии ни в картине психосоматических кризов, ни в структуре личности не

регистрируется Напротив, пациентов отличают черты экспансивности, контрастирующие с астеническими свойствами личности

Эгодистонность пациентов по отношению к собственному телу - следующая отличительная особенность шизотипического РЛ с явлениями проприоцептивного диатеза Даже при интеркуррентном заболевании, усугубляющем тягостные телесные сенсации, они не испытывают выраженной тревоги за свое здоровье, не обращаются к врачам, «до последнего» продолжают работать, убеждены в способности преодолеть нездоровье собственными силами

И наконец, изученный аномальный склад обнаруживает отличия не только от традиционных проявлений невропатической конституции, но и от психопатологических образований (диффузная подозрительность, «бредовые вспышки» с обманами восприятия), выделяемых в литературе (Ильина Н А, 2001, Короленко ЦП, Дмитриева НВ, 2006) в рамках динамики шизотипического РЛ Расстройств психотических регистров даже в психопатологически незавершенном виде у пациентов не выявляется

2. Небредовая ипохондрия (коэнестезиопатия) при вялотекущей шизофрении.

Клиническая гетерогенность ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний, развивающихся при вялотекущей шизофрении, позволила выделить два, различных по проявлениям дебюта, психопатологической структуре, степени прогредиентности, исходам, варианта вялотекущей ипохондрической шизофрении — по типу ипохондрического развития (1 вариант) и по типу прогрессирующей астеноипохондрии (2 вариант)

1 вариант - вялотекущая шизофрения, протекающая по типу ипохондрического развития -37 наблюдений (22 женщины, 15 мужчин; средний возраст - 36, 6 ±2,7лет).

Преморбидные патохарактерологические свойства соответствуют экспансивному полюсу шизотипического РЛ с явлениями проприоцептивного диатеза

Психопатологические проявления латентного этапа характеризуются усугублением черт реактивной соматопатической лабильности с

присоединением аутохтонно возникающих гомономных телесных сенсаций Последние сохраняют феноменологическое сходство с жалобами больных тем или иным телесным недугом, что создает «маскирующий эффект», в результате больные, обращающиеся в учреждения общемедицинской сети, подвергаются повторным обследованиям («медицинская одиссея» по К Reckel, 1978) и направляются к психиатру лишь спустя 3-4 года

Начало активного этапа заболевания приходится на 2-3 десятилетие жизни (средний возраст, в котором дебютирует эндогенный процесс составил 29,8±2,8 лет, а длительность активного периода - от 2-х до 26 лет, в среднем - 6,7±3,8 лет)

Клиническая картина в этом периоде определяется ассоциацией генерализованной соматоформной и тревожно-фобической симптоматики со стойкими сенсорно и пространственно недифференцированными расстройствами общего чувства тела — сенестезиями, эссенциальными сенестопатиями, предпочтительными для патологии эндогенно-процессуального круга (Смулевич А Б , 2005, Huber G, 1957, Kato S , Ishiguro T, 1997, Kobayashi T, Kato S , 2004)

Доминируют следующие основные симптомокомплексы

органоневротический, ограниченной ипохондрии, фобически-ипохондрический

Органоневротические проявления (в отличие от соматоформных расстройств, формирующихся в рамках пограничной психической патологии) включают наряду с соматовегетативными нарушениями, отражающими неадекватность эрго- и трофотрофической настройки организма (Жмуров В А , 2002), сенесталгии При этом последние усиливаются не только вслед за соматогенными влияниями (интеркуррентное заболевание, физическое перенапряжение), но сопровождают даже физиологические процессы

Определяющие проявления ограниченной (circumscripta) ипохондрии идиопатические алгии (они верифицированы по признакам четкой проекции по отношению к определенным анатомическим образованиям, относительной изолированности и стойкости), по своей мучительности несопоставимые с болями, испытанными в прошлом (травма, родовые схватки, экстракция зубов),

приобретают особую индивидуальную значимость и, вытесняя конкурирующие ощущения и представления, становятся «центром притяжения» всей психической жизни

Тревожно-ипохондрические нарушения (панические атаки, агорафобия, нозофобии) также подвержены процессуальному видоизменению, о чем свидетельствуют признаки избегающего поведения, принимающего все более нелепые формы (избавление от вещей, при пользовании которыми когда-то «становилось плохо», неспособность расстаться с «оберегами», даже в ванной комнате отложить мобильный телефон, «нацеленный» на вызов «скорой помощи»). Несмотря на постепенную редукцию панических атак, малейшее изменение самочувствия сопровождается экзацербацией нозофобий, при этом страх соматической катастрофы с возникающей на высоте состояния убежденностью, уверенностью в том, что смертельная болезнь уже поразила организм и скоропостижная кончина неизбежна, достигает уровня нозомании

По мере снижения активности эндогенного процесса (5-7 год активного периода) к процессуальной трансформации осевой коэнестезиопатической симптоматики присоединяются признаки нажитого ипохондрического развития, становление которого отражает приближение к этапу стабилизации

На этом этапе в ряду основных проявлений ипохондрии - сверхценная одержимость мнимым телесным недугом со стремлением к «всестороннему обследованию», многократными обращениями к специалистам различного профиля (Тугег Р а1, 1990, 81агсеую V, 2001) Разубеждения врачей служат лишь подтверждением худших предположений относительно тяжести, необычности, нераспознанности заболевания с формированием убежденности в «бессилии» официальной медицины Развивается характерное для вялотекущей шизофрении компромиссное охранительное приспособление к нарушенному жизненному стереотипу (Колюцкая Е В , 2001) Среди поведенческих паттернов на первом плане тенденция к ипохондрическому отказу от вредных привычек и прежних форм активности Пациенты с односторонним упорством стремятся обезопасить себя от любого риска неотъемлемой частью образа жизни становится строго регламентированный график оздоровления (диета, контрастный душ, бани, купание в проруби, йога, тяжелая, но «полезная для

организма» физическая работа на свежем воздухе) При этом направленное на «восстановление здоровья» поведение приобретает черты утрированности и вычурности больные появляются в «прокуренных» помещениях в стерильной хирургической маске, пытаются почерпнуть «исцеление» с помощью «природных ресурсов» - дендро- или фелинотерапии, прислоняясь к стволам деревьев, прикладывая кошку к «источнику боли» Отношения с внешним миром строятся теперь по принципу вреда - пользы для здоровья

Такое изменение стиля жизни с ограничением интересов пространством собственного тела (ипохондрия здоровья — W Jahrreis, 1930, ригидная ипохондрия - А Б Смулевич, 1987) сопровождается грубым аутоагрессивным поведением (небезопасные способы самолечения, обращение к сомнительным, но сулящим «чудеса» парамедицинским вмешательствам, требования оперативных вмешательств)

С характеристикой осевых позитивных расстройств согласуется картина дефицитарных нарушений психопатоподобного типа (ипохондрический дефект) Резидуальные коэнестезиопатические феномены становятся источником, порождающим сознание «собственной телесной непригодности» и психической ущербности Образ жизни сводится к «формуле ипохондрической аутизации» (Воловик В М , 1981) Стойкая фиксация на мнимом соматическом неблагополучии сопровождается явлениями «моральной ипохондрии» (Falret J, 1866) с сознанием неполноты интеллектуальной деятельности, чувством напряжения, сопровождающим вынужденную необходимость «домысливать разумом» все, протекающие прежде естественно эмоциональные процессы По мере заострения анестетических свойств нарастает «соматический эгоизм» (Сидельников В Я, 1975) с грубо-прагматичными требованиями от близких ухода и заботы при черствости по отношению к ним (вплоть до неосведомленности о нуждах собственной семьи)

Параллельно происходит усугубление негативных расстройств, присущих «эволюционирующей шизоидии» (Еу Н, 1955) социальная отгороженность, эмоциональная нивелированность, «коммуникативная дефицитарность» (Коцюбинский А П и соавт , 2004) в сочетании с регрессивной синтонностью Социальный прогноз при вялотекущей шизофрении с картиной нажитого

ипохондрического развития относительно благоприятен в большинстве случаев болезнь существенно не нарушает профессиональную деятельность и не приводит к инвалидизации. Инвалидность II группы по психическому заболеванию имеют лишь 2 из 37 пациентов - 5,4%

2-й вариант — шизофрения, развивающаяся по типу прогрессирующей астеноипохондрии - 28 наблюдений (20 женщин, 8 мужчин; средний возраст — 31,3 ± 6,2лет).

Ассоциация осевых - астенических расстройств с занимающими в клинической картине при этом варианте подчиненное положение коэнестезиопатическими проявлениями определяет существенные отличия прогрессирующей астеноипохондрии от вялотекущей шизофрении, протекающей по типу ипохондрического развития

Полярные отличия выявляются уже при сопоставлении преморбидного склада больных При рассматриваемом варианте речь идет о противоположном экспансивному - астеническом полюсе шизотипического РЛ Преморбидные черты пациентов соответствуют складу «шизоидных невротиков» (Бунеев А Н, 1923) замкнутость, боязливость, склонность к фиксации на малейших неприятностях, повышенная утомляемость, неспособность к длительной концентрации внимания сочетается с реактивной соматопатической лабильностью При этом невропатические стигмы (вегетативная лабильность, склонность к формированию полиморфных соматоформных расстройств) коррелируют с конституциональными астеническими чертами В этих случаях развитие болезни уже в дебюте сопряжено со снижением возможностей социального приспособления (пропуски занятий в школе, необходимость оформления академических отпусков в период обучения в ВУЗе)

Инициальные признаки заболевания (астенические депрессии и реакции) формируются в более ранние по сравнению с первым вариантом течения эндогенного процесса сроки и приходятся на пубертатный и юношеский возраст (средний возраст манифестации - 17,4 ± 1,6лет) При этом длительность продромального периода варьирует в достаточно широких пределах (его средняя продолжительность составляет 7,2 ± 4,8лет) Астения, определяющая клиническую картину аффективных фаз и реакций, сопоставима с

неврастеническим симптомокомплексом повышенная утомляемость в течение дня, потливость, лабильность пульса и артериального давления, головные боль по типу «каски неврастеника»

Активный период (его длительность не превышает 7-10 лет характеризуется формированием (обычно спустя 5-7 лет с момента появленш первых признаков заболевания) стойких астенических нарушений Постепеннс утрачивается прямая зависимость между выраженностью предъявляемы? астенических жалоб и объемом выполняемой работы По мере прогредиентногс течения заболевания неврозоподобные расстройства приобретают характе! гиперестетической астении (Соколовская JIB, 1991) - повышенно? чувствительности как к внешним раздражителям (чувство нехватки воздуха головные боли при изменении температурного режима, перемена? атмосферного давления), так и к патологическим телесным сенсациям

Ипохондрические нарушения возникают на этапе становление симптомокомплекса гиперестетической астении и ограничивают^ преимущественно патологией сферы соматопсихики - сенсоипохондрие! (Смулевич АБ, Дубницкая ЭБ, 2006, Leongard К, 1957), что отличас рассматриваемый вариант от шизофрении, протекающей по тип; ипохондрического развития, при котором наблюдаются проявления как сенсо-так и идеоипохондрии Чувство нарастающей слабости, «недомогания) сопровождается изолированными сенестопатиями (локальные сенестопатии ш Fourny L, 1954) и сенестезиями - неврологически-психопатологическим! феноменами G Huber (чувство «расплывчатости» окружающего воспринимаемого как сквозь «туман» или «сетку», преходящее ошущенш слабости в конечностях, чувство «легкости» собственного тела, внезапно1 мышечной слабости или пустоты в теле, полета, падения, проваливания напряжения или спазма мускулатуры, тяжести в конечностях, неуверенносп при оценке расстояния, мнимого движения) В то время как у пациентов t явлениями ипохондрического развития (1 вариант) сенестезии нося ограниченный характер (чувство головокружения, шаткость походки), это] части наблюдений свойственны их полиморфизм и генерализация

Течение болезни (в отличие от первого варианта) сопровождается неуклонным падением работоспособности (28,6% инвалидов по психическому заболеванию против 5,4%), вялость и пассивность сочетаются с крайней чувствительностью к малейшему изменению сложившегося жизненного стереотипа Любое непредвиденное задание надолго «выбивает из колеи», из-за опасений ухудшения самочувствия (усиления астенической симптоматики) больные минимизируют объем служебных обязанностей и домашних дел, отказываются от общения даже в кругу семьи («астенический аутизм» по А В Снежневскому, 1974)

Прогрессирование симптомов гиперстетической астении завершается (обычно к 7-10 году активного периода болезни) формированием астенического дефекта с явлениями «соматопсихической хрупкости» (Внуков В А, 1937) Сенсоипохондрические проявления интегрируются при этом в структуру астенического дефекта усиление астенических проявлений опосредуется экзацербацией телесных сенсаций Даже при незначительных физических и психоэмоциональных нагрузках (просмотр кинофильма, общение с родственниками) возникают и/или усиливаются неприятные физические ощущения (чувство «тяжести» в голове, «стягивания» в затылке), сопровождающиеся нарастанием интенсивности астенических расстройств (слабости, вялости, чувства «разбитости»)

Дихотомическое деление вялотекущей шизофрении, предпринятое в настоящем исследовании, отражает неоднозначность клинического значения ипохондрии Если в структуре нажитого патологического развития (1 вариант) ипохондрия представляет «осевое» расстройство, полностью обуславливающее клинические проявления как позитивных, так и негативных нарушений, то в картине шизофрении, протекающей по типу прогрессирующей астеноипохондрии (2 вариант), базисной психопатологической «осью» является астения, завершающаяся формированием одноименного дефекта При этом ипохондрические проявления могут рассматриваться лишь как акцессорные, не определяющие основные тенденции развития болезненного процесса, но вносящие существенный вклад в построение как позитивных, так и дефицитарных расстройств

Установленные зависимости распространяются и на социальный прогноз изученных состояний в то время как при ипохондрическом развитии (1 вариант) прогностическое суждение относительно благоприятно -инвалидизирующие тенденции реализуются достаточно медленно, то прогрессирующая астеноипохондрия сопровождается быстро нарастающей социальной дезадаптацией - более 1/4 больных становятся инвалидами по психическому заболеванию (различия статистически достоверны, р<0,05)

3. Терапия ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний при шизотипическом расстройстве личности и вялотекущей шизофрении.

Активная терапия с применением психотропных средств как основног метода лечения в стационарных условиях была проведена 73 пациентам (84,9% поскольку при шизотипическом PJI в большей части случаев (8 из 13 пациентов в таких воздействиях не было необходимости Поддерживающая/корригирующа терапия осуществлялась в этих наблюдениях в экстрамуральных условиях Набо] использованных при терапии ипохондрических (коэнестезиопатических состояний психотропных средств включал медикаменты всех основны: психофармакологических классов, в качестве препаратов выбора в согласии < данными литературы (Смулевич АБ, 1987, 2000, Смулевич АБ, Дубницка: ЭБ, 2006, Бурлаков АВ, 2002, 2005, Ильина НА, 2006) использование антипсихотики, обнаруживающие аффинитет к телесным сенсациям сульпирид кветиапин, амисульприд Средняя длительность курсовой психофармакотерапю - 4,5 ±1,3 недель

Суммарная эффективность психофармакотерапии (выраженное и умеренное улучшение в оценке по CGI-I) составила 65%, минимальный эффект с частичной редукцией психопатологических расстройств или полное отсутствие положительного ответа на терапию зарегистрированы у 20 и 15% пациентов соответственно

При оценке результатов терапии вялотекущей шизофрении с явлениями ипохондрического развития (1 вариант) оказалось, что оптимальным - 70% -клиническим эффектом обладает кветиапин (среднесуточная доза - 325мг) Несколько ниже - 65 и 60% - положительный ответ на монотерапию

амисульпридом в тех же средних дозах и сульпиридом в средней дозе 350мг/сут при пероральном и ЗООмг/сут - при парентеральном введении

Существенно более низкие результаты были получены при применении тех же антипсихотиков у больных, отнесенных к вялотекущей коэнестезиопатической шизофрении по типу прогрессирующей астеноипохондрии (2 вариант) соответствующий показатель составил для сульпирида - 55%, кветиапина - 50%, амисульприда - 45% Этот факт интерпретировался как признак недостаточной эффективности лечения в режиме монотерапии Поэтому к базисным антипсихотическим препаратам присоединялись назначаемые короткими курсами транквилизаторы (производные бензодиазепина) и/или тимоаналептики (СИОЗС, антидепрессанты двойного действия)

Комбинированная терапия «антипсихотик+антидепрессант» использовалась при выявлении аффективных (астенодепресеивных) расстройств, сопровождающих коэнестезиопатические нарушения Наибольшую эффективность продемонстрировали эсциталопрам (15мг/сут) и дулоксетин (бОмг/сут)

Эсциталопрам назначался с учетом легкости депрессии и признаков негативной аффективности в ее структуре, а также особой чувствительности пациентов к нежелательным явлениям По шкалам MADRS и HDRS-21 50% редукция депрессивной симптоматики зарегистрирована у 65,3% пациентов (у респондеров отмечена обратное развитие адинамических расстройств, признаков отчуждения активности, повышение побуждений к деятельности) При этом частота нежелательных явлений (по шкале UKU) - 3,3% не превышала 5% «граничного барьера», установленного для плацебо

Анализ эффективности дулоксентина, проведенный в ходе исследования, подтверждает представление об этом препарате как о средстве, избирательно воздействующем на алгопатические нарушения в структуре астенодепрессивного синдрома, о чем свидетельствуют снижение показателей по визуальной аналоговой шкале (VAS)

В комплексе реабилитационных воздействий наряду с медикаментами применялась физио-, фитотерапия, лечебная физкультура, а также

психотерапия, направленная на формирование адекватного отношения к болезненным симптомам, убежденности в отсутствии соматического заболевания, предотвращение повторных необоснованных обращений к интернистам с требованиями все новых диагностических манипуляций и лечебных процедур, а также возможного злоупотребления лекарственными средствами Психотерапевтические воздействия дифференцировались в зависимости от нозологической принадлежности и типологии небредовых ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний

При шизотипическом РЛ наиболее эффективным являлось нейролингвистическое программирование, способствующее восстановлению позитивных представлений с реалистичным восприятием образа телесного Я

Реабилитационные программы при ипохондрической

(коэнестезиопатической) шизофрении строились на директивном подходе (1 вариант - по типу ипохондрического развития) и противоположном принципе -адаптивной поддержке (2 вариант - по типу прогрессирующей астеноипохондрии) При первом варианте оптимальные результаты получены с помощью когнитивно-поведенческой психотерапии, нивелирующей устойчивые интерпретации, сопряженные со сверхценными образованиями, при втором - действенной оказалась рациональная психотерапия, мобилизующая адаптивные механизмы совладания и снижающая уровень гиперестетического восприятия патологических телесных сенсаций

ВЫВОДЫ

Клиническое (с привлечением данных катамнеза) изучение небредовой (коэнестезиопатической) ипохондрии при шизотипическом расстройстве личности и вялотекущей шизофрении позволило придти к следующим выводам.

1 В формировании небредовых ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний при шизотипическом расстройстве личности и вялотекущей шизофрении участвует конституциональное предрасположение -невропатический (проприоцептивный) диатез, реализующийся реактивной соматопатической лабильностью

2. Стереотип развития небредовой (коэнестезиопатической) ипохондрии при шизотипическом расстройстве личности и при вялотекущей шизофрении характеризуется клинической неоднородностью

2 1 Манифестация и последующая динамика небредовой (коэнестезиопатической) ипохондрии при шизотипическом расстройстве личности осуществляется предпочтительно по триггерным (психогенная, соматогенная провокация), а при вялотекущей шизофрении - по аутохтонным механизмам

2.2 Динамика небредовой (коэнестезиопатической) ипохондрии в рамках шизотипического расстройства личности - транзиторные, подверженные спонтанному обратному развитию квазисоматические кризы, разделенные длительными интервалами, свободными от психопатологических расстройств, а в рамках эндогенного процесса - непрерывное течение с генерализацией и усложнением персистирующей коэнестезиопатической симптоматики

3. Небредовая (коэнестезиопатическая) ипохондрия при вялотекущей шизофрении психопатологически гетерогенна и дифференцируется на два варианта по типу ипохондрического развития и прогрессирующей астеноипохондрии

3.1 Клиническая картина ипохондрического развития определяется симптомокомплексами сверхценной ипохондрии (формирование ипохондрического мировоззрения с вычурными, утрированными моделями «оздоровительного» поведения), перекрывающимися с

коэнестезиопатическими расстройствами (сенестезии и эссенциальные сенестопатии, вытесняющие соматоформную и тревожно-фобическую симптоматику).

3 11 Ипохондрический дефект имеет сложную структуру, включающую нажитые патохарактерологические расстройства (признаки соматопсихической гиперперсонализации, амальгамированные с негативными изменениями круга эволюционирующей шизоидии) и резидуальные коэнестезиопатические симптомокомплексы

3 2. Клиническая картина прогрессирующей астеноипохондрии определяется явлениями аутохтонной астении (гиперсенестезия с повышенной

чувствительностью к телесным ощущениям, ипохондрическое самощажение), ассоциированной с коэнестезиопатической симптоматикой

3 2 1 Структура астенического дефекта определяется признаками сомато-психической хрупкости с падением психической активности и продуктивности, амплифицированными коэнестезиопатическими феноменами

4 Основным методом лечения небредовых ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний является психофармакотерапия (обеспечивает 65% положительный эффект) с предпочтительным использованием антипсихотиков трициклической структуры (кветиапин) и группы бензамидов (сульпирид, амисульприд), обладающих аффинитетом к коэнестезиопатическим расстройствам

41 Цель психофармакотерапии при шизотипическом расстройстве личности (амбулаторная терапия с использованием низких доз антипсихотиков в режиме монотерапии) - купирование актуальных ипохондрических (коэнестезиопатических) симптомокомплексов

4 2 Цель психофармакотерапии при вялотекущей ипохондрической шизофрении (стационарная терапия с использованием при необходимости комбинированных стратегий - «антипсихотик+антидепрессант», «антипсихотик+транквилизатор») - редукция как позитивных (ипохондрически-коэнестезиопатических), так и негативных расстройств

4 3 Существенная роль в комплексе реабилитационных воздействий (цель - минимизация риска повторных обращений к различным специалистам, необоснованных диагностических и лечебных процедур, возможного злоупотребления лекарственными средствами) принадлежит психотерапии -созданию адаптивных копинг-стратегий (реатрибуция со снижением угрожающего смысла ипохондрической симптоматики, формированием убежденности в отсутствии соматического заболевания)

5 Социальный прогноз небредовых ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний определяется в соответствии с их типологической структурой и нозологической принадлежностью

5 1 Небредовая (коэнестезиопатическая) ипохондрия, манифестирующая в рамках динамики шизотипического расстройства личности не связана со

снижением трудоспособности и другими нарушениями социального функционирования

5 2 Социальный прогноз небредовой (коэнестезиопатичской) ипохондрии, формирующейся при вялотекущей шизофрении, определяется вариантом течения эндогенного процесса ипохондрическое развитие не влечет за собой грубых нарушений социальной адаптации (более половины больных сохраняют трудоспособность и лишь 5,4% имеют II группу инвалидности по психическому заболеванию), тогда как прогрессирующая астеноипохондрия — маркер быстро нарастающей социальной дезадаптации (около 1/3- 28,6% больных - инвалиды II группы по психическому заболеванию против 21,4% трудоспособных)

СПИСОК РАБОТ, ОПУБЛИКОВАННЫХ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ

1 Серебрякова Е В Невропатия и шизотипическое расстройство личности (клинические аспекты) // Психиатрия (научно-практический журнал) - 2005 -№02(14) - С 27-32

2 Серебрякова Е В Шизофрения, дебютирующая явлениями невропатического диатеза // В сб XIV Съезд психиатров России - 15-18 ноября - 2005г -Москва - С 106-107

3 Волель Б А, Дубницкая Э Б, Серебрякова Е В Эсциталопрам - второе поколение селективных ингибиторов обратного захвата серотонина (клиническая эффективность при депрессиях легкой и умеренной степени тяжести) // Социальная и клиническая психиатрия - 2005 - Т 15, вып 2 - С 61-66

4 Волель Б А, Серебрякова Е В Вялотекущая ипохондрическая шизофрения (аспекты типологии и течения) // Психиатрия (научно-практический журнал) -2006 -№04-06(22-24) - С 16-23

5 Дубницкая Э Б , Волель Б А, Серебрякова Е В Небредовая ипохондрия история и современное состояние проблемы (обзор литературы) // Психиатрия (научно-практический журнал) - Принято к печати

Подписано в печать 6 0 9 61 г Формат 60x84/16 Тираж 100 экз Заказ № Alf? Отпечатано в службе множитетьной техники ГУ РОНЦ РАМН им НН БлохинаРАМН 115478, Москва, Каширское ш , 24

 
 

Оглавление диссертации Серебрякова, Екатерина Владимировна :: 2007 :: Москва

Введение.3

Глава I. Обзор литературы.8

Глава II. Характеристика материала и методы исследования . 38-

Глава III. Небредовая ипохондрия (коэнестезиопатия) при шизотипическом расстройстве личности.49

Глава IV. Вялотекущая ипохондрическая коэнестезиопатическая) шизофрения.89

Глава V. Терапия небредовых ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний, формирующихся при шизотипическом расстройстве личности и вялотекущей шизофрении.132

 
 

Введение диссертации по теме "Психиатрия", Серебрякова, Екатерина Владимировна, автореферат

Небредовая ипохондрия представляет не только узко специальную, но и общемедицинскую проблему. Согласно эпидемиологическим данным, распространенность ипохондрических состояний в населении колеблется в диапазоне 4,5-20% (Escobar J. et al, 1989; Kroenke К. et al, 1997; Faravelli C. et al., 1997; Ristner M. et al, 2000; Ladwig K.H. et al, 2001; Creed F., Barsky A., 2004). В весьма широких границах оценивается также и частота небредовой ипохондрии в психиатрических учреждениях, составляющая от 12 до 49% (Ray S.D., Advani М.Т., 1962; Kenyon F.E., 1964; Stenback A., Riman R., 1964; Slavney P.R., Teitelbaum M.L., 1985; Smith G.C. et al, 2000). Значение этого показателя в общемедицинской сети существенно возрастает и варьирует от 19,7%> (Gureje О. et al, 1997) до 58%о (Hansen M.S. et al, 2001; Fink P., 2004). По мнению современных авторов (Noyes R., 2001; Barsky A. et al, 2001; Creed F., Barsky A., 2004; Mayou R. et al, 2005), такой разброс статистических показателей, свидетельствующий о незавершенности изучения проблемы, связан с теоретическими разногласиями по поводу диагностических критериев и окончательной дефиниции небредовых ипохондрических состояний.

Если исходные позиции большинства зарубежных исследователей базируются на клинико-статистическом анализе, то отечественные авторы (Смулевич А.Б., 1987, 1999, 2005, 2007; Крылов В.И., 2006) интерпретируют небредовую ипохондрию в свете психопатологического подхода. При этом в качестве конкурирующего теоретического обоснования выдвигается сформулированная А.Б. Смулевичем концепция коэнестезиопатии, согласно которой облигатной составляющей структуры небредовых ипохондрических синдромов является коэнестезиопатия - базисное (близкое к соматическому субстрату болезни по G. Huber, 1957) расстройство. В пределах этого, самостоятельного психопатологического ряда коэнестезиопатические проявления ранжируются на сенсопатии (протопатические, висцеральные, гаптические, термические, кинестетические, витальные), нарушения общего чувства тела и опосредования физиологических и патологических процессов, в нем происходящих, расстройства самосознания соматического Я. Представление об эвристичности такого подхода разделяют и некоторые зарубежные психиатры (Kato S., Ishiguro Т., 1997; Kobayashi Т., Kato S., 2004).

Изложенная концепция, как об этом свидетельствуют полученные в ряде работ (Бурлаков А.В., 2005; Ильина Н.А., 2006; Дубницкая Э.Б., Романов Д.В., 2007) предварительные данные, расширяет возможности научного анализа одного из наиболее сложных и дискуссионных аспектов проблемы небредовой ипохондрии. Речь идет об оценке соотношения коэнестезиопатических (небредовых ипохондрических) состояний с шизофренией и шизотипическим расстройством личности (РЛ).

Со времени выделения ипохондрической шизофрении (Bornstein М., 1928) наиболее полное освещение в литературе получили прогредиентные, сопряженные с выраженным дефектом и социальной дезадаптацией формы эндогенного процесса, сопровождающиеся сменой небредовых ипохондрических синдромов галлюцинаторно-бредовыми (Гуревич М.О., 1949; Кербиков О.В., 1949; Гиляровский В.А., 1954; Рохлин Л.Л., 1957; Ануфриев А.К., 1963; Ротштейн Г.А., 1961; Kleist К., 1934; Leonhard К., 1957) или психотическими расстройствами соматопсихики (Момот Г.Н., 1957; Скворцов К.А., 1961; Эглитис И.Р., 1977; Басов A.M., 1981; Huber G., 1957; Ladee G., 1966).

В то же время варианты ипохондрической (коэнестезиопатической) шизофрении с вялым, относительно благоприятным течением, выступающие под маской пограничной психической патологии -астеноипохондрических состояний, органных неврозов, ипохондрических развитой (Гольденберг С.И., 1934; Консторум С.И. и соавт., 1935, 1939; Боголепов Н.К., Ноткина Ф.Я., 1935; Герцберг М.О., 1937; Аведисова А.С., 1983; Иванов С.В., 2002; Bilikiewicz Т., 1969; Simko А., 1968), выявляющиеся как в психиатрической практике, так и в общей медицине, изучены недостаточно полно.

За рамками научного анализа остается и связь расстройств шизофренического спектра («мягкий полюс», включающий шизотипическое PJI) с конституциональным складом, обеспечивающим аффинитет к небредовым ипохондрическим (коэнестезиопатическим) расстройствам. Несмотря на длительную историю изучения психосоматической стигматизации - невропатической конституции (Сухарева Г.Е., 1934; Осипова Е.А., Ижболдина О.Ф., 1935; Berthier Р., 1875; Morel В., 1875; Fere Ch., 1894; Shtutte Н., 1967; Nissen G., 1973), о существовании такой связи лишь упоминается.

Ограничиваются отдельными указаниями и данные литературы, касающиеся возможности ассоциации проприоцептивного диатеза (эта предиспозиция отражает, по мнению S. Rado, 1953, искажение телесного Я при шизотипическом PJI) с небредовой ипохондрией (коэнестезиопатией) в рамках расстройств шизофренического спектра (Смулевич А.Б. и соавт., 2005; Смулевич А.Б., 2007; Бурлаков А.В., 2005; Ильина Н.А., 2006; Gunderson J.G., 1983; Millon Т., 1996; Parnas J. et al., 2005). Отсюда вытекает актуальность анализа проблемы и в этом аспекте.

Остаются открытыми также вопросы, связанные с определением типологии коэнестезиопатических состояний в рамках шизотипического PJI и шизофрении, оценкой стереотипа их развития, клинического прогноза, выбором терапии и реабилитационных программ.

Цель и задачи исследования. Цель исследования — анализ статики и динамики небредовых ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний при шизотипическом PJI, определение психопатологических характеристик вялотекущей ипохондрической шизофрении, уточнение предикторов прогноза, разработка терапевтических подходов и реабилитационных программ, позволяющих оптимизировать лечение. Соответственно в работе решались следующие задачи: • определение психопатологической структуры небредовых ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний при шизотипическом PJ1 и вялотекущей шизофрении;

• выделение факторов (триггерных, конституциональных), способствующих формированию аффинитета к небредовой ипохондрии;

• установление зависимостей, определяющих динамику/течение и прогноз изученных состояний;

• разработка методов терапии, дифференцированных в соответствии с типологией и нозологической принадлежностью ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний.

Научная новизна. Впервые установлено, что уязвимость к небредовой (коэнестезиопатической) ипохондрии сопряжена с особой конституциональной - соматопатической - стигматизацией в форме невропатического (проприоцептивного) диатеза. К новым клиническим фактам относится доказанная в рамках проведенного исследования независимость динамики проприоцептивного диатеза от характера триггерных воздействий. Фазы/реакции при шизотипическом PJI реализуются однотипными, дискретными, транзиторными квазисоматическими эпизодами (массивная психовегетативная, органоневротическая, псевдоаллергическая симптоматика, явления неинфекционного субфебрилитета, изолированные сенестезии и сенестопатии), подверженными полной редукции и разделенными длительными интервалами. Впервые представлена типологическая дифференциация коэнестезиопатической шизофрении с течением по типу ипохондрического развития либо прогрессирующей астеноипохондрии. Предложенная типология информативна в плане определения прогноза и выбора лечебно-реабилитационных программ для пациентов с изученными расстройствами.

Практическая значимость. Результаты исследования способствуют решению сложных диагностических задач, возникающих при клинической оценке, нозологической квалификации и определении прогноза ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний. Предложенная клиническая типология позволяет надежно дифференцировать психопатологические расстройства круга небредовой ипохондрии (прежде всего - наблюдающиеся в общемедицинской сети) от сходных проявлений соматической патологии. Представленная в работе информация создает предпосылки для выбора адекватной помощи изученному контингенту. На основе полученных данных разработаны конкретные рекомендации по терапии с применением психофармакологических средств последних генераций и реабилитационным методикам, позволяющим оптимизировать лечебный процесс. Результаты исследования внедрены в практическую деятельность Московской клинической психиатрической больницы №1 им. Н.А. Алексеева, ПНД №2 г. Москвы, городской поликлиники №202 Департамента здравоохранения г. Москвы, городской поликлиники №56 УЗ ЦАО г. Москвы.

Опыт практического применения результатов работы расширяет возможности клинической квалификации небредовых ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний, способствует решению сложных дифференциально-диагностических и лечебных вопросов, возникающих при оказании специализированной помощи многочисленной группе больных с расстройствами данного типа.

 
 

Заключение диссертационного исследования на тему "Небредовая ипохондрия (коэнестезиопатия) при шизотипическом расстройстве личности и шизофрении"

выводы

Клиническое (с привлечением данных катамнеза) изучение небредовой (коэнестезиопатической) ипохондрии при шизотипическом расстройстве личности и вялотекущей шизофрении позволило придти к следующим выводам.

1. В формировании небредовых ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний при шизотипическом расстройстве личности и вялотекущей шизофрении участвует конституциональное предрасположение — невропатический (проприоцептивный) диатез, реализующийся реактивной соматопатической лабильностью.

2. Стереотип развития небредовой (коэнестезиопатической) ипохондрии при шизотипическом расстройстве личности и при вялотекущей шизофрении характеризуется клинической неоднородностью.

2.1. Манифестация и последующая динамика небредовой (коэнестезиопатической) ипохондрии при шизотипическом расстройстве личности осуществляется предпочтительно по триггерным (психогенная, соматогенная провокация), а при вялотекущей шизофрении - по аутохтонным механизмам.

2.2. Динамика небредовой (коэнестезиопатической) ипохондрии в рамках шизотипического расстройства личности - транзиторные, подверженные спонтанному обратному развитию квазисоматические кризы, разделенные длительными интервалами, а в рамках эндогенного процесса -непрерывное течение с генерализацией и усложнением персистирующей коэнестезиопатической симптоматики.

3. Небредовая (коэнестезиопатическая) ипохондрия при вялотекущей шизофрении психопатологически гетерогенна и дифференцируется на два варианта: по типу ипохондрического развития и прогрессирующей астеноипохондрии.

3.1. Клиническая картина ипохондрического развития определяется симптомокомплексами сверхценной ипохондрии (формирование ипохондрического мировоззрения с вычурными, утрированными моделями «оздоровительного» поведения), перекрывающимися с коэнестезиопатическими расстройствами (сенестезии и эссенциальные сенестопатии, вытесняющие соматоформную и тревожно-фобическую симптоматику).

3.1.1. Ипохондрический дефект имеет сложную структуру, включающую нажитые патохарактерологические расстройства (признаки соматопсихической гиперперсонализации, амальгамированные с негативными изменениями круга эволюционирующей шизоидии) и резидуальные коэнестезиопатические симптомокомплексы.

3.2. Клиническая картина прогрессирующей астеноипохондрии определяется явлениями аутохтонной астении (гиперсенестезия с повышенной чувствительностью к телесным ощущениям, ипохондрическое самощажение), ассоциированной с коэнестезиопатической симптоматикой.

3.2.1. Структура астенического дефекта определяется признаками сомато-психической хрупкости с падением психической активности и продуктивности, амплифицированными коэнестезиопатическими феноменами.

4. Основным методом лечения небредовых ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний является психофармакотерапия (обеспечивает 65% положительный эффект) с предпочтительным использованием антипсихотиков трициклической структуры (кветиапин) и группы бензамидов (сульпирид, амисульприд), обладающих аффинитетом к коэнестезиопатическим расстройствам.

4.1. Цель психофармакотерапии при шизотипическом расстройстве личности (амбулаторная терапия с использованием низких доз антипсихотиков в режиме монотерапии) - купирование актуальных ипохондрических (коэнестезиопатических) симптомокомплексов.

4.2. Цель психофармакотерапии при вялотекущей ипохондрической шизофрении (стационарная терапия с использованием при необходимости комбинированных стратегий - «антипсихотик+антидепрессант», «антипсихотик+транквилизатор») - редукция как позитивных (ипохондрически-коэнестезиопатических), так и негативных расстройств.

4.3. Существенная роль в комплексе реабилитационных воздействий (цель - минимизация риска повторных обращений к различным специалистам, необоснованных диагностических и лечебных процедур, возможного злоупотребления лекарственными средствами) принадлежит психотерапии — созданию адаптивных копинг-стратегий (реатрибуция со снижением угрожающего смысла ипохондрической симптоматики, формированием убежденности в отсутствии соматического заболевания).

5. Социальный прогноз небредовых ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний определяется в соответствии с их типологической структурой и нозологической принадлежностью.

5.1. Небредовая (коэнестезиопатическая) ипохондрия, манифестирующая в рамках динамики шизотипического расстройства личности не связана со снижением трудоспособности и другими нарушениями социального функционирования.

5.2. Социальный прогноз небредовой (коэнестезиопатичской) ипохондрии, формирующейся при вялотекущей шизофрении, определяется вариантом течения эндогенного процесса: ипохондрическое развитие не влечет за собой грубых нарушений социальной адаптации (более половины больных сохраняют трудоспособность и лишь 5,4% имеют II группу инвалидности по психическому заболеванию), тогда как прогрессирующая астеноипохондрия - маркер быстро нарастающей социальной дезадаптации (около 1/3- 28,6% больных - инвалиды II группы по психическому заболеванию против 21,4% трудоспособных).

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В основу работы положены результаты клинического изучения ипохондрических (коэнестезиопатических) проявлений, формирующихся в рамках шизотипического расстройства личности и вялотекущей шизофрении.

1. Небредовая ипохондрия (коэнестезиопатия) при шизотипическом расстройстве личности - 21 пациент (16 женщин, 5 мужчин; средний возраст - 34,4 ± 3,7лет).

У всех пациентов, отнесенных к этой диагностической категории, выявляются аномальные черты, позволяющие по аналогии с «экспансивной шизоидней» Е. Kretschmer (1930) отнести их личностный склад к экспансивному (стеническому) полюсу шизотипического РЛ. Стойко приподнятый, оптимистический аффективный фон с устойчивостью по отношению к жизненным коллизиям согласуется с высокой энергетической заряженностью, «гиперэргичностью» (Шостакович Б.В., 1988, 2006), реализующейся в сфере интересов, увлечений и профессиональной деятельности. Характерные особенности эмоциональной и когнитивной сферы: рассудительность, дефицит эмпатии к близким и немотивированное расположение с неуместной откровенностью при случайном знакомстве; утрированная правильность формальных суждений без внутренней переработки происходящих событий и нарочитая высокопарность абстрактных высказываний, а также эксцентричность, гротескность внешнего облика (причудливая прическа и макияж в сочетании со старомодной, но украшенной претендующими на изысканность аксессуарами одеждой), особенности речи (парадоксальные высказывания, употребление замысловатых оборотов), склонность к сумасбродным поступкам сближает изученные РЛ с аномалиями типа verschrobene (Смулевич А.Б., 1987; Воробьев В.Ю., 1988; Birnbaum К., 1906).

Предрасположение к небредовой ипохондрии (коэнестезиопатии) реализуется в этих случаях уже в раннем детстве субклиническими проявлениями в сфере телесной перцепции. Речь идет о присущем пациентам «дефиците биологического тонуса» (Petrilowitsch N., 1960) в виде морфологических аномалий, подверженности интеркуррентным заболеваниям, склонности к формированию изолированных психовегетативных расстройств. Высокая частота оппортунистических инфекций (грибковые, стафилококковые, герпетические поражения), отражающая снижение иммунитета, дополняет характеристику рассматриваемой соматически стигматизированной почвы.

Наряду с уже рассмотренными признаками, типичными для невропатической конституции, патологическая почва, обеспечивающая уязвимость к небредовой (коэнестезиопатической) ипохондрии, характеризуется целым рядом свойств, предпочтительных для проприоцептивного диатеза и свидетельствующих об «утрате единства и последовательности собственной внутренней картины, искажении восприятия физической самости» (Rado S., 1953).

Наиболее важная отличительная характеристика невропатического (проприоцептивного) диатеза - пароксизмальность экзацербаций с формированием транзиторных психосоматических кризов (квазисоматических эпизодов), манифестирующих в динамике PJI, подверженных спонтанному обратному развитию с полной редукцией симптоматики, разделенных длительными интервалами (не менее 2-3 лет) и не сопровождающихся признаками социальной дезадаптации.

Центральное место в клинической картине таких, внезапно возникающих по реактивным (или реже - 13,7% — аутохтонным фазовым) механизмам «вспышек» (их длительность колеблется от 2-3 дней до 4-6 недель) доминируют соматизированные проявления (псевдоаллергические феномены, неинфекционный субфебрилитет), психопатологически незавершенная органоневротическая симптоматика с частой сменой органа без признаков избегающего поведения, субсиндромальные панические атаки, полиморфные алгопатии (вплоть до идиопатических алгий), приобретающие альтернирующий, полисистемный характер. Пациенты жалуются то на учащенное сердцебиение, то на замедление сердечного ритма; шум в голове, головные боли в области затылка чередуются с головокружением при резкой перемене положения тела вплоть до обмороков (при этом регистрируются лабильность АД); запоры, тяжесть в эпигастральной области сменяются метеоризмом, отрыжкой, диареей; чувство жара и субфебрилитет - потливостью, ознобом.

Расширение спектра телесных сенсаций с присоединением на высоте состояния феноменов, гетерономных нормальной перцепции (телесные фантазии, сенестезии, сенестопатии - «хлопающий клапан в гортани», «провалы, падения, невесомость», «набухание сосудов головы»), отражает другую принципиально важную особенность - становление расстройств общего чувства тела, выделяемых в качестве облигатного признака экзацербаций, свойственных проприоцептивному диатезу.

Психопатологический анализ позволил выделить принципиальные характеристики шизотипического PJI с явлениями проприоцептивного диатеза.

Модус реагирования на разнородные триггерные воздействия клинически однотипными квазисоматическими эпизодами (реактивная соматопатическая лабильность) - одна их кардинальных особенностей изученных личностных девиаций. Экзацербации при шизотипическом PJI сопряжены не только с воздействием факторов, к которым обнаруживается уязвимость у носителей невропатического диатеза (соматическое неблагополучие, перемена метеоусловий, нарушение привычного ритма и последовательности трудовых нагрузок), но и с психотравмирующими событиями (ограбление, судебное разбирательство, изнасилование, любовная драма, потеря работы), как правило, чреватыми депрессией.

В противоположность сложившемуся представлению о непременном соучастии в построении невропатии астенических расстройств при изученных характерологических аномалиях признаков астении с тенденцией к формированию невротической ипохондрии не регистрируется ни в картине психосоматических кризов, ни в структуре личности. Напротив (как уже говорилось), пациентов отличают черты экспансивности, контрастирующие с астеническими свойствами личности.

Эгодистонность пациентов по отношению к собственному телу — следующая отличительная особенность шизотипического PJI с явлениями проприоцептивного диатеза. Даже при интеркуррентном заболевании, усугубляющем тягостные телесные сенсации, они не испытывают выраженной тревоги за свое здоровье, не обращаются к врачам, «до последнего» продолжают работать, убеждены в способности преодолеть нездоровье собственными силами.

И наконец, изученный аномальный склад обнаруживает отличия не только от традиционных проявлений невропатической конституции, но и от психопатологических образований (диффузная подозрительность, «бредовые вспышки» с обманами восприятия), выделяемых в литературе (Ильина Н.А., 2001; Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В., 2006) в рамках динамики шизотипического PJI. Расстройств психотических регистров даже в психопатологически незавершенном виде у обследованных пациентов не выявляется.

2. Небредовая ипохондрия (коэнестезиопатия) при вялотекущей шизофрении.

Клиническая гетерогенность ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний, развивающихся при вялотекущей шизофрении, позволила выделить два, различных по особенностям дебюта, клиническим проявлениям, степени прогредиентности и исходу, варианта вялотекущей ипохондрической шизофрении - по типу ипохондрического развития (1 вариант) и по типу прогрессирующей астеноипохондрии (2 вариант)

1 вариант - вялотекущая шизофрения, протекающая по типу ипохондрического развития -37 наблюдений (22 женщины, 15 мужчин; средний возраст — 36, 6 ±2,7лет).

Преморбидные патохарактерологические свойства соответствуют экспансивному полюсу шизотипического PJI с явлениями проприоцептивного диатеза.

Психопатологические проявления латентного этапа характеризуются усугублением черт реактивной соматопатической лабильности с присоединением аутохтонно возникающих гомономных телесных сенсаций. Последние сохраняют феноменологическое сходство с жалобами больных тем или иным телесным недугом, что создает «маскирующий эффект»; в результате больные, обращающиеся в учреждения общемедицинской сети, подвергаются повторным обследованиям («медицинская одиссея» по К. Reckel, 1978) и направляются к психиатру лишь спустя 3-4 года.

Начало активного этапа заболевания приходится на 2-3 десятилетие жизни (средний возраст, в котором дебютирует эндогенный процесс составил 29,8±2,8 лет, а длительность активного периода — от 2-х до 26 лет; в среднем - 6,7±3,8 лет).

Клиническая картина в этом периоде определяется ассоциацией генерализованной соматоформной и тревожно-фобической симптоматики со стойкими сенсорно и пространственно недифференцированными расстройствами общего чувства тела - сенестезиями, эссенциальными сенестопатиями, предпочтительными для патологии эндогенно-процессуального круга (Смулевич А.Б., 2005; Huber G., 1957; Kato S., Ishiguro Т., 1997; Kobayashi Т., Kato S., 2004).

Доминируют следующие основные симптомокомплексы: органоневротический, ограниченной ипохондрии, фобически-ипохондрический.

Органоневротические проявления (в отличие от соматоформных расстройств, формирующихся в рамках пограничной психической патологии) включают наряду с соматовегетативными нарушениями, отражающими неадекватность эрго- и трофотрофической настройки организма (Жмуров В.А., 2002), сенесталгии. При этом последние усиливаются не только вслед за соматогенными влияниями (интеркуррентное заболевание, физическое перенапряжение), но сопровождают даже физиологические процессы.

Определяющие проявления ограниченной (circumscripta) ипохондрии идиопатические алгии (они верифицированы по признакам четкой проекции по отношению к определенным анатомическим образованиям, относительной изолированности и стойкости), по своей мучительности несопоставимые с болями, испытанными в прошлом (травма, родовые схватки, экстракция зубов), приобретают особую индивидуальную значимость и, вытесняя конкурирующие ощущения и представления, становятся «центром притяжения» всей психической жизни.

Тревожно-ипохондрические нарушения (панические атаки, агорафобия, нозофобии) также подвержены процессуальному видоизменению, о чем свидетельствует признаки избегающего поведения, приобретающего все более нелепые формы (избавление от вещей, при пользовании которыми когда-то «становилось плохо», неспособность расстаться с «оберегами», даже в ванной комнате отложить мобильный телефон, «нацеленный» на вызов «скорой помощи»). Несмотря на постепенную редукцию панических атак, малейшее изменение самочувствия сопровождается экзацербацией нозофобий, при этом страх соматической катастрофы с возникающей на высоте состояния убежденностью, уверенностью в том, что смертельная болезнь уже поразила организм и скоропостижная кончина неизбежна, достигает уровня нозомании.

По мере снижения активности эндогенного процесса (5-7 год активного периода) к процессуальной трансформации осевой коэнестезиопатической симптоматике присоединяются признаки нажитого ипохондрического развития, становление которого отражает приближение к этапу стабилизации.

На этом этапе в ряду основных проявлений ипохондрии - сверхценная одержимость мнимым телесным недугом со стремлением к «всестороннему обследованию», многократными обращениями к специалистам различного профиля (Tyrer P. et al, 1990; Starcevic V., 2001). Разубеждения врачей служат лишь подтверждением худших предположений относительно тяжести, необычности, нераспознанности заболевания с формированием убежденности в «бессилии» официальной медицины. Развивается характерное для вялотекущей шизофрении компромиссное охранительное приспособление к нарушенному жизненному стереотипу (Колюцкая Е.В., 2001). Среди поведенческих паттернов на первом плане тенденция к ипохондрическому отказу от вредных привычек и прежних форм активности. Пациенты с односторонним упорством стремятся обезопасить себя от любого риска: неотъемлемой частью образа жизни становится строго регламентированный график оздоровления (диета, контрастный душ, бани, купание в проруби, йога, тяжелая, но «полезная для организма» физическая работа на свежем воздухе). При этом направленное на «восстановление здоровья» поведение приобретает черты утрированности и вычурности: больные появляются в «прокуренных» помещениях в стерильной хирургической маске, пытаются почерпнуть «исцеление» с помощью «природных ресурсов» - дендро- или фелинотерапии, прислоняясь к стволам деревьев, прикладывая кошку к «источнику боли». Отношения с внешним миром строятся теперь по принципу вреда - пользы для здоровья.

Такое изменение стиля жизни с ограничением интересов пространством собственного тела (ипохондрия здоровья - W. Jahrreis, 1930; ригидная ипохондрия - А.Б. Смулевич, 1987) сопровождается грубым аутоагрессивным поведением (небезопасные способы самолечения, обращение к сомнительным, но сулящим «чудеса» парамедидинским вмешательствам, требования оперативных вмешательств).

С характеристикой осевых позитивных расстройств согласуется картина дефицитарных нарушений психопатоподобного типа. Резидуальные коэнестезиопатические феномены становятся источником, порождающим сознание «собственной телесной непригодности» и психической ущербности. Образ жизни сводится к «формуле ипохондрической аутизации» (Воловик В.М., 1981). Стойкая фиксация на мнимом соматическом неблагополучии сопровождается явлениями «моральной ипохондрии» (Falret J., 1866) с сознанием неполноты интеллектуальной деятельности, чувством напряжения, сопровождающим вынужденную необходимость «домысливать разумом» все, протекающие прежде естественно эмоциональные процессы. По мере заострения анестетических свойств нарастает «соматический эгоизм» (Сидельников В.Я., 1975) с грубо-прагматичными требованиями от близких ухода и заботы при черствости по отношению к ним, до неосведомленности о нуждах собственной семьи.

Параллельно происходит усугубление негативных расстройств, присущих «эволюционирующей шизоидии» (Еу Н., 1955): социальная отгороженность, эмоциональная нивелированность, «коммуникативная дефицитарность» (Коцюбинский А.П. и соавт., 2004) в сочетании с регрессивной синтонностью.

Социальный прогноз при вялотекущей шизофрении с картиной нажитого ипохондрического развития относительно благоприятен: в большинстве случаев болезнь существенно не нарушает профессиональную деятельность и не приводит к инвалидизации. Инвалидность II группы по психическому заболеванию имеют лишь 2 из 37 пациентов - 5,4%.

2-й вариант - шизофрения, развивающаяся по типу прогрессирующей астеноипохондрии - 28 наблюдений (20 женщин, 8 мужчин; средний возраст — 31,3 ± 6,2лет).

Ассоциация осевых - астенических расстройств с занимающими в клинической картине при этом варианте подчиненное положение коэнестезиопатическими проявлениями определяет существенные отличия прогрессирующей астеноипохондрии от вялотекущей шизофрении, протекающей по типу ипохондрического развития.

Полярные отличия выявляются уже при сопоставлении преморбидного склада больных. При рассматриваемом варианте речь идет о противоположном экспансивному — астеническом полюсе шизотипического PJI. Преморбидные черты пациентов соответствуют складу «шизоидных невротиков» (Бунеев А.Н., 1923): замкнутость, боязливость, склонность к фиксации на малейших неприятностях, повышенная утомляемость, неспособность к длительной концентрации внимания сочетается с реактивной соматопатической лабильностью. При этом невропатические стигмы (вегетативная лабильность, склонность к формированию полиморфных соматоформных расстройств) коррелируют с конституциональными астеническими чертами. В этих случаях развитие болезни уже в дебюте сопряжено со снижением возможностей социального приспособления (пропуски занятий в школе, необходимость оформления академических отпусков в период обучения в ВУЗе).

Инициальные признаки заболевания (астенические депрессии и реакции) формируются в более ранние (средний возраст манифестации — 17,4±1,6лет) по сравнению с первым вариантом течения эндогенного процесса сроки, и приходятся на пубертатный и юношеский возраст (средний возраст начала заболевания — 17,4±1,6лет). При этом длительность продромального периода варьирует в достаточно широких пределах (его средняя продолжительность составляет 7,2±4,8лет). Астения, определяющая клиническую картину аффективных фаз и реакций, сопоставима с неврастеническим симптомокомплексом: повышенная утомляемость в течение дня, потливость, лабильность пульса и артериального давления, головные боли по типу «каски неврастеника».

Активный период (его длительность не превышает 7-10 лет) характеризуется формированием (обычно спустя 5-7 лет с момента появления первых признаков заболевания) стойких астенических нарушений. Постепенно утрачивается прямая зависимость между выраженностью предъявляемых астенических жалоб и объемом выполняемой работы. По мере прогредиентного течения заболевания неврозоподобные расстройства приобретают характер гиперестетической астении (Соколовская JI.B, 1991): повышенная чувствительность как к внешним раздражителям (чувство нехватки воздуха, головные боли при изменении температурного режима, переменах атмосферного давления), так и к патологическим телесным сенсациям.

Ипохондрические нарушения возникают на этапе становления симптомокомплекса гиперестетической астении и ограничиваются преимущественно патологией сферы соматопсихики - сенсоипохондрией (Смулевич А.Б., Дубницкая Э.Б., 2006; Leongard К., 1957), что отличает рассматриваемый вариант от шизофрении, протекающей по типу ипохондрического развития, при котором наблюдаются проявления как сенсо-, так и идеоипохондрии. Чувство нарастающей слабости, «недомогания» сопровождается изолированными сенестопатиями (локальные сенестопатии по Fourny L., 1954) и сенестезиями -неврологически-психопатологическими феноменами G. Huber (чувство «расплывчатости» окружающего, воспринимаемого сквозь «туман» или «сетку», преходящее ощущение слабости в конечностях, чувство «легкости» собственного тела, чувство внезапной мышечной слабости или пустоты в теле, полета, падения, проваливания, напряжения или спазма мускулатуры, тяжести в конечностях, неуверенности при оценке расстояния, мнимого движения). В то время как у пациентов с явлениями ипохондрического развития (1 вариант) сенестезии носят ограниченный характер (чувство головокружения, шаткость походки), для этой части наблюдений характерны их полиморфизм и генерализация.

Течение болезни (в отличие от первого варианта) сопровождается неуклонным падением работоспособности (28,6% инвалидов по психическому заболеванию против 5,4%); вялость и пассивность сочетаются с крайней чувствительностью к малейшему изменению сложившегося жизненного стереотипа. Любое непредвиденное задание надолго «выбивает из колеи»; из-за опасений ухудшения самочувствия (усиления астенической симптоматики) больные минимизируют объем служебных обязанностей и домашних дел, отказываются от общения даже в кругу семьи («астенический аутизм» по А.В. Снежневскому, 1974).

Прогрессирование симптомов гиперстетической астении завершается (обычно к 7-10 году активного периода болезни) формированием астенического дефекта с явлениями «соматопсихической хрупкости» (Внуков В.А., 1937). Сенсоипохондрические проявления интегрируются при этом в структуру астенического дефекта: усиление астенических проявлений опосредовано экзацербацией телесных сенсаций. Даже при незначительных физических и психоэмоциональных нагрузках (просмотр кинофильма, общение с родственниками) возникают и/или усиливаются неприятные физические ощущения (чувство «тяжести» в голове, «стягивания» в затылке), сопровождающиеся нарастанием интенсивности астенических расстройств (слабости, вялости, чувства «разбитости»).

Дихотомическое деление вялотекущей шизофрении, предпринятое в настоящем исследовании, отражает неоднозначность клинического значения ипохондрии. Если в структуре нажитого патологического развития (1 вариант) ипохондрия представляет «осевое» расстройство, полностью обуславливающее клинические проявления как позитивных, так и негативных нарушений, то в картине шизофрении, протекающей по типу прогрессирующей астеноипохондрии (2 вариант), базисной психопатологической «осью» является астения, завершающаяся формированием одноименного дефекта. При этом ипохондрические проявления могут рассматриваться лишь как дополнительные, не определяющие основные тенденции развития болезненного процесса, но вносящие вклад в построение как позитивных, так и дефицитарных расстройств.

Установленные зависимости распространяются и на социальный прогноз изученных состояний: в то время как при ипохондрическом развитии (1 вариант) прогностическое суждение относительно благоприятно -инвалидизирующие тенденции реализуются достаточно медленно, то прогрессирующая астеноипохондрия сопровождается быстро нарастающей социальной дезадаптацией — более 1/4 больных становятся инвалидами по психическому заболеванию.

3. Терапия ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний при шизотипическом расстройстве личности и вялотекущей шизофрении.

Активная терапия с применением психотропных средств как основного метода лечения в стационарных условиях проводилась 73 пациентам (84,9%), поскольку при шизотипическом PJI в большей части случаев (13 из 21 пациентов) в таких воздействиях не было необходимости. Поддерживающая/корригирующая терапия проводилась в этих наблюдениях в экстрамуральных условиях. Набор использованных при терапии ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний психотропных средств включал медикаменты всех основных психофармакологических классов; в качестве препаратов выбора в согласии с данными литературы (Смулевич А.Б., 1987, 2000; Смулевич А.Б., Дубницкая Э.Б., 2006; Бурлаков А.В., 2002, 2005; Ильина Н.А., 2006) использовались антипсихотики, обнаруживающие аффинитет к телесным сенсациям: сульпирид, кветиапин, амисульприд. Средняя длительность курсовой психофармакотерапии составила 4,5±1,3 недель.

Суммарная эффективность психофармакотерапии (выраженное и умеренное улучшение в оценке по CGI-I) составила 65%; минимальный эффект с частичной редукцией психопатологических расстройств или полное отсутствие положительного ответа на терапию зарегистрированы у 20 и 15% пациентов соответственно.

При оценке результатов терапии ипохондрического развития, формирующегося при вялом течении эндогенного процесса (I вариант) оказалось, что оптимальным - 70% - клиническим эффектом обладает кветиапин (среднесуточная доза - 325мг). Несколько ниже - 65 и 60% -положительный ответ на монотерапию амисульпридом в тех же средних дозах и сульпирид ом в средней дозе 350мг/сут при пероральном и ЗООмг/сут - при парентеральном введении.

Существенно более низкие результаты были получены при применении тех же антипсихотиков у больных, отнесенных к вялотекущей коэнестезиопатической шизофрении по типу прогрессирующей астеноипохондрии (И вариант): соответствующий показатель составил для сульпирида - 55%, кветиапина - 50%, амисульприда - 45%. Этот факт интерпретировался как признак недостаточной эффективности лечения в режиме монотерапии. Поэтому к базисным антипсихотическим препаратам присоединялись назначаемые короткими курсами транквилизаторы (производные бензодиазепина) и/или тимоаналептики (СИОЗС, антидепрессанты двойного действия).

Комбинированная терапия «антипсихотик+антидепрессант» использовалась при выявлении аффективных (астенодепрессивных) расстройств, сопровождающих коэнестезиопатические нарушения. Наибольшую эффективность продемонстрировали эсциталопрам (15мг/сут) и дулоксетин (бОмг/сут).

Эсциталопрам назначался с учетом легкости депрессии и признаков негативной аффективности в ее структуре, а также особой чувствительности пациентов к нежелательным явлениям. По шкалам MADRS и HDRS-21 50% редукция депрессивной симптоматики зарегистрирована у 65,3% пациентов (у респондеров отмечена обратное развитие адинамических расстройств, признаков отчуждения активности, повышение побуждений к деятельности). При этом частота нежелательных явлений - 3,3% не превышала 5% «граничного барьера», установленного для плацебо.

Анализ эффективности дулоксентина, проведенный в ходе исследования, подтверждает представление об этом препарате как о средстве, избирательно воздействующим на алгопатические нарушения в структуре астенодепрессивного синдрома, о чем свидетельствуют снижение показателей по Визуальной аналоговой шкале (VAS).

В комплексе реабилитационных воздействий наряду с медикаментами применялась физио-, фитотерапия, лечебная физкультура, а также психотерапия, направленная на формирование адекватного отношения к болезненным симптомам, убежденности в отсутствии соматического заболевания, предотвращение повторных необоснованных обращений к интернистам с требованиями все новых диагностических манипуляций и лечебных процедур, а также возможного злоупотребления лекарственными средствами. Психотерапевтические воздействия были дифференцированы в зависимости от нозологической принадлежности и типологии небредовых ипохондрических (коэнестезиопатических) состояний.

При шизотипическом PJI наиболее эффективным являлось нейролингвистическое программирование, способствующее восстановлению позитивных представлений с реалистичным восприятием образа телесного Я.

Реабилитационные программы при ипохондрической коэнестезиопатической) шизофрении строились на противоположных принципах - директивном (вариант по типу ипохондрического развития) и адаптивной поддержки (вариант по типу прогрессирующей астеноипохондрии). При первом варианте оптимальные результаты получены с помощью когнитивно-поведенческой психотерапии, нивелирующей устойчивые интерпретации, сопряженные со сверхценными образованиями; при втором - действенной оказалась рациональная психотерапия, мобилизующая адаптивные механизмы совладания и снижающая уровень гиперестетического восприятия патологических телесных сенсаций.

161

 
 

Список использованной литературы по медицине, диссертация 2007 года, Серебрякова, Екатерина Владимировна

1. Аведисова А. С. Начальные этапы малопрогредиентной ипохондрической шизофрении. // Автореф. дисс. канд. мед. наук — М., 1983. —24 с.

2. Агишев В.Г., Шаламайко Г.М., Кондратьева Н.А., Речкин А.Н. Клиническая эффективность препарата "Эглек" (сульпирид) при лечении психических расстройств. // Психиатрия и психофармакотерапия. М., 2005. - N5.

3. Ануфриев А. К. Ипохондрические синдромы (клиника, генез, лечение). // Автореф. дисс. канд. мед. наук. —М., 1963.

4. Ануфриев А.К. Скрытые эндогенные депрессии. Сообщ. II: клиническая симптоматика. // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова -1978. -№9.-С. 1202-1208.

5. Бамдас Б. С. Астенические состояния. — М., 1961. 203 с.

6. Барзах Е.Н. Юношеские астенические состояния несостоятельности в клинике малопрогредиентной шизофрении. // Ранняя реабилитация психически больных. В Сб. научных трудов. JL, 1984. - Т. 108. - С. 130-135.

7. Басов A.M. , Сенестопатическая шизофрения (клиника, терапия, реабилитация). //Автореф. дисс. канд. мед. наук М., 1981.

8. Батурин К.А. Невротические расстройства у больных бронхиальной астмой. // Автореф. дисс. канд. мед. наук — М., 2003.

9. Бехтерев В.М. О расстройствах в сфере чувственного восприятия у душевнобольных. Избранные труды. -М., 1954.

10. Ю.Бехтерев В.М. Соматофрения. // Обозрение псих, невропат, и рефлексологии. Л., 1928. - № I, Ш, (XXVI).

11. П.Блейхер В.М. Об ипохондрической симптомообразовании при шизофрении. // Автореф. дисс. канд. мед. наук. Киев, 1959, - 14 с.

12. Боголепов Н.К., Ноткина Ф.Я. К изучению соматики у шизофреников. // В кн.: Проблемы пограничной психиатрии (клиника и трудоспособность). JI.-M., 1935, - С. 7-36.

13. И.Бородин В.И., Канаева JI.C., Миронова Н.В., Захарова К.В.Клиническая эффективность и переносимость препарата «Ципралекс» (эсциталопрам) при терапии легких и умеренно выраженных депрессий. // Психиатрия и психофармакотерапия. №5

14. М.Бунеев А.Н. О шизоидных невротиках. // Журн. психологии, неврологии, психиатрии.-1923.-№2.-С. 198-211.

15. Буренина Н.И. Патологические телесные сенсации в форме телесных фантазий (типология, клиника, терапия). // Автореф. дисс. канд. мед. наук-М., 1997.

16. Бурлаков А.В. К проблеме лечения шизофрении, протекающей с сенестоипохондрическими расстройствами (опыт применения сероквеля). // Психиатрия и психофармакотерапия. М., 2002, - N3.

17. Бурлаков А.В. Шизофрения и расстройства шизофренического спектра, коморбидные сердечно-сосудистой патологии (клиника, психосоматические соотношения, терапия). // Автореф. дисс. канд. мед. наук. М., 2006, - 24 с.

18. Введенский И.Н. К вопросу о мягких формах шизофрении. // Клиническая медицина. 1934, - Вып. 9, - С. 1286-1292.

19. Вейн A.M., Соловьева А.Д., Колосова О.А. Вегетососудистая дистония. -М, 1981,-316с.

20. Внуков В.А. О дефекте при шизофреническом процессе. // Тр. 2-го Всесоюзного съезда психиатров и невропатологов. М., 1937. - С. 466470.

21. Воловик В.М. Семейные исследования в психиатрии и их значение для реабилитации больных. В кн.: Клинические и организационные основы реабилитации психических больных. Под ред. М.М.Кабанова, К.Вайзе. М., 1981.

22. Воробьев Ю.В. Шизофренический дефект (на модели шизофрении, протекающей с преобладанием негативных расстройств). // Автореф дисс. докт. мед. наук. М., 1988. - 24 с.

23. Воскресенский В.А. О псевдоастеническом синдроме в инициальном периоде шизофрении. // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова 1984. -№1.- С. 70-74.

24. Вроно М.С. Нервный ребенок. // Педиатрия им. Сперанского. 1987. -№1. - С. 78-83.

25. Выборных Д.Э. Нозогенные паранойяльные реакции (клиника, эпидемиология, терапия). // Автореф. дисс. канд. мед. наук. М., 2000.

26. Галант И.Б. Об ипохондрии и ипохондрической шизофрении. // Вопросы невропатологии и психиатрии. Сборник трудов хабаровского научного общества невропатологов и психиатров. М., 19656, — С. 101-111.

27. Талант И.Б. Об ипохондрических синдромах и их отношении к шизофрении. // В кн.: Труды 4-го Всесоюзного съезда невропатологов и психиатров. М., 1965а.-Т.З,-Вып.1, - С. 244-248.

28. Ганнушкин П. Б. Клиника психопатий: их статика, динамика, систематика. — М., 1933. 142 с.

29. Гарбузов В.И., Захаров А.И., Исаев Д.Н. Неврозы у детей и их лечение. -Л., 1977.

30. Герцберг М.О. Органо-невротический синдром при шизофрении. // Невропатология и психиатрия. 1937, - Т. VI, - Вып.9, - С. 86-97.

31. Гиляровский В.А. О ранних симптомах шизофрении. // Журн. Врачебное дело. 1925.-№24-26.-С. 1866-1870.

32. Гиляровский В.А. Психиатрия. —М.: Медгиз, 1954. 520 с.

33. Гиляровский В.А. Психиатрия. —M.-JL: Биомедгиз, 1935.

34. Гиляровский В.А. Сомато-психические реакции и состояния. // В сб: Старые и новые проблем психиатрии. М., 1946. - С. 104-108.

35. Гольденберг С.И. К проблеме микропроцесссуальных форм. Мягкая соматопсихическая форма шизофрении. // Сов. невропатол. псих, и психогигиена. М., 1934. - С. 48-62.

36. Горбацевич JI.A. Динимика клинических проявлений и социалной адаптации больных вялотекущей шизофренией (эпидемиологическое исследование) // Журн. невропатол. и психиатр, им. С.С. Корсакова -1990. -№1. -С.1126-121.

37. Горчакова JI. Н. Вялотекущая шизофрения с преобладанием астенических расстройств // Журн. невропатол. и психиатр, им. С.С. Корсакова 1988. № 5. - С. 76-82.

38. Горчакова JI.H. Вялотекущая шизофрения с преобладанием астенических расстройств. // Автореф. дисс. канд. мед. наук. — М., 1989.

39. Гуревич М.О. Психиатрия. М.,1949.

40. Гурович И.Я., Шмуклер А.Б. Опросник для оценки социального функционирования и качества жизни психически больных. // Социальн. и клин, психиатр. 1998. - Вып.2, - С. 35-39.

41. Гутенева Т. С. Клинико-психопатологические особенности сенестопатических расстройств при шизофрении. // Автореф. дисс. канд. мед. наук. -М., 1981.

42. Давиденков С.Н. Неврозы. М., 1963.

43. Дробижев М.Ю. Нозогении (психогенные реакции) при соматических заболеваниях. // Автореф дисс. докт. мед. наук. М., 2000, - 45 с.

44. Дробижев М.Ю. Распространенность психических расстройств в общемедицинской сети и потребность в психофармакотерапии. // Психиатрия и психофармакотерапия. М., 2002. - Т.4, - N5.

45. Дробижев М.Ю., Лебедева М.О. Психофармакотерапия соматоформных расстройств. // В сб.: Ипохондрия и соматоформные расстройства. Под ред. А.Б. Смулевича. М., 1992.

46. Дубницкая Э.Б. Малопрогредиентная шизофрения с преобладанием истерических расстройств. // Дисс. канд. мед. наук. М., 1979. - 191 с.

47. Дубницкая Э.Б., Романов Д.В. Транзиторные психозы с картиной экзистенциального криза. // Психиатрия (научно-практический журнал) -принято к печати.

48. Жариков Н.М. Эпидемиологические исследование в психиатрии // Руководство по психиатрии под ред. Г.В. Морозова. М., 1988. - С. 382390.

49. Жмуров В.А. Психопатология. — Н. Новгород, 2002.

50. Иванов С.В. Соматоформные расстройства (органные неврозы): эпидемиология коморбидные психосоматические соотношения, терапия // Дисс. докт. мед. наук, М., 2002. - 306 с.

51. Иванова Е.И. Население России 1998 Шестой ежегодный демографический доклад ЦДЭЧ ИНП РАН. - М. - 1999. - С. 29.

52. Ильина Н.А. Применение рисполепта в терапии аффективных расстройств, коморбидной патологии шизотипического и шизоидного круга. // Психиатрия и психофармакотерапия 2001, 3,1.

53. Каменева Е.Н. Шизофрения, клиника и механизмы шизофренического бреда.-М., 1957.

54. Каплинский М.З. Постановка вопроса о роли астении в течении шизофренического процесса. // Труды института им. П.Б. Ганнушкина. -М., 1936, Вып. 1. С. 229-236.61 .Карлов В.А. Неврология. Руководство для врачей. М., 1999 - 620 с.

55. Кельмишкейт Э.Г. Астеновегетативный синдром при вялопротекающей перемежающее-поступательной шизофрении. // Труды Московского НИИ психиатрии МЗ РСФ СР. М., 1979. - Т.87. - С.116-125.

56. Кербиков О.В. Избранные труды. М., 1971

57. Кербиков О.В. Острая шизофрения. -М., 1949

58. Коган С.И. К критике так называемой ипохондрической формы шизофрении. // Вопросы психиатрии и невропат. JL, 1957

59. Козловская Г.В., Горюнова А.В. Особые формы дизонтогенеза в группах высокого риска по психической патологии. // Рук-во по психиатрии в 2-х томах. Под ред. А.С. Тиганова. М., 1999.- С. 715-720.

60. Колюцкая Е.В. 2001 Обсессивно-фобические расстройства при шизофрении и нарушениях шизофренического спектра. // Дисс. докт. мед. наук, 2001

61. Колюцкая Е.В. Дистимические депрессии (психопатология, типологическая дифференциация, терапия). // Автореф. дисс. канд. мед. наук. М., 1993.

62. Консторум С. И., Окунева Э. Г., Барзак С. Ю. Ипохондрическая форма шизофрении. // В кн.: Проблемы пограничной психиатрии. М.-Л., 1935. -С. 150—203.

63. Консторум С.И., Барзак С.Ю., Окунева Э.Г. Ипохондрическая форма шизофрении II. // Тр. Ин-та им. Ганнушкина. - М., 1939, Вып.З. - С. 8592.

64. Королев В.В. Вопросы клиники, течения и терапии неврастении // Автореф. дисс. канд. мед. наук. М., 1964. - 285 с.

65. Королева Е.Н. Клинические особенности простой формы шизофрении с ипохондрическими нарушениями. // Вопросы социальной и клинической психоневрологии. М., 1965. - С. 90-97.

66. Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. Личностные и диссоциативные расстройства. Новосибирск, 2006. - 446 с.

67. Корсаков С. С. Курс психиатрии. М., 1901. - Т. 1. - 677 с.

68. Косенко З.В., Толмасская Э.С., Титаева М.А. Клиничечские и патофизиологические особенности сенестопатически-ипохондрического синдрома при шизофрении и последствиях энцефалита. // Проблемы шизофрении. М., 1962. - Т.1, - с. 274-290.

69. Коцюбинский А.П., Скорик А.И., Аксенова И.О., Шейнина Н.С., Зайцев В.В. Шизофрения: уязвимость диатез - стресс - заболевание. - С-П., 2004.-335 с.

70. Крылов В.И. Психопатология телесной перцепции. // Психиатрия и психофармакотерапия. М., 2006. - Т.11, Вып.2.

71. Лакосина Н.Д., Трунова М.М., Неврозы, невротические развития личности. М., 1994. - 192 с.

72. Лебедева М.О. Соматоформные расстройства (типология и аспекты конституционального предрасположения). // Автореф. дисс. канд. мед. наук. — М., 1992.-21 с.

73. Левензон Ф.А. Трудоспособность при шизофрении с выраженным ипохондрическим синдромом. // Труды ин-та им. Ганнушкина. М., 1939. Вып.З.

74. Личко А.Е. Подросковая психиатрия (руководство для врачей). — Л., 1985.-410 с.

75. Лобова Л.П. К клинике и патофизиологии ипохондрически-сенестопатических синдромов при шизофрении. // Проблемы шизофрении. Под редакцией Л.Л. Рохлина. М., 1962. - С. 238- 246.

76. Мазаева Н. А. Об одной из разновидностей шизоидной психопатии // Журн. невропатол. и психиатр. М.,1974. - № 5. - С. 732-738.

77. Максимов В.И. Исходы бедной симптомами вялотекущей шизофрении. // Автореф. дисс. канд. мед. наук. М.,1987. - 20 с.

78. Маслов М.С. Учение о конституциях и аномалиях конституции в детском возрасте. -М., 1925.

79. Матвеев В.Ф., Ковалев А.А. Клиника и особенности течения затяжных психогенных астенических расстройств. // Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. -М., 1979. №6. - С. 1686-1690.

80. Маховская Т.Г. Соматоформная дисфункция вегетативной нервной системы в структуре пограничных психических расстройств (клинико-эпидемиологическое исследование). // Российский психиатрический журнал. М., 2004. - №3.

81. Международная классификация болезней (10-й пересмотр) -классификация психических и поведенческих расстройств (клинические описания и указания по диагностике). Перевод на русский язык под редакцией: Нуллера Ю.Л., Циркина С.Ю., С-П., Оверлайд, 1994.

82. Мелехов Д.Е. Клинические основы прогноза при шизофрении. М., 1963.

83. Мелехов Д.Е. Проблема дефекта в клинике и реабилитации больных шизофренией. // Врачебно-трудовая экспертиза и социально-трудоваяреабилитация лиц с психическими заболеваниями. М., 1977. - С. 2741.

84. Молохов А.Н. К учению о формах шизофрении. // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова. М.,1960. - №9.

85. Мол охов А.Н. К учению об абиотрофических формах шизофрении. // Труды психиатрической клиники I ММИ. М., 1934. - С.44-59.

86. Момот Г.Н. К вопросу о сенестопатическом синдроме при шизофрении. // Журн. невропатол. и психиатр, им. С.С. Корсакова. М., 1959. -Вып. 5.

87. Момот Г.Н. Сенестопатический синдром при шизофрении. // Автореф. дисс. канд. мед. наук. -М., 1957.

88. Морозов В.М., Тарасов Ю.К. Некоторые типы спонтанных ремиссий при шизофрении. // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова. М., 1951. -№ 4. - С. 44-47.

89. Мясищев В.Н., Озерецкий Н.И. Дети-психоневротики и учебно-воспитательная работа с ними. -M.-JL, 1934.

90. Наджаров Р. А. Так называемая неврозоподобная (стертая) форма шизофрении. // Труды научно-практической конференции, поев. 100-летию со дня рождения С.С. Корсакова. М., 1955. - С. 175-178.

91. Неврология для врачей общей практики под ред. Вейна A.M. - М., 2001.-502 с.99.0зерецковский Д.С. К вопросу о медленно текущих формах. // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова. М.,1959. - №5, - С. 556562.

92. Ордянская А.Б. К дифференциальной диагностике простой формы шизофрении с благоприятным течением от невротических развитий и психопатий. //Шизофрения. М., 1975. - С. 80-84.

93. Осипов В.П. Курс учения о душевных болезнях (Общая психиатрия). -Петроград, 1917.

94. Осипов В.П. Руководство по психиатрии. M.-JL, 1931.

95. Осипова Е.А., Ижболдина О.Ф. Врожденные невропатические состояния в детском возрасте. // В кн.: Вопросы психоневрологии детей и подростков. -М., 1934. Т. 2, - С. 131-151.

96. Остроглазов В.Г. Психопатология сенестопатий и галлюцинаций общего чувства. // Автореф. дисс. канд. мед. наук. М., 1975.

97. Остроглазов В.Г., Лисина М.А. Клиника и динамика психопатологических состояний, имитирующих вертеброгенную патологию. // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова. М., 1989. - №5, - С.82-86.

98. Попов Н.М. Лекции по частной психопатологии. Казань, 1897.

99. Рахальский Ю.Е. О трудностях диагностики начальной шизофрении. // Труды Моск. НИИ психиатрии. Вопросы ранней диагностики психических заболеваний. М., 1977. - Т. 78, Вып. 1., - С. 23-30.

100. Ротштейн Г. А. Ипохондрическая шизофрения. М., 1961. - 136 с.

101. Рохлин Л. Л. Вопросы клиники шизофрении с ипохондрическими проявлениями // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова -М.,1961. -№ 6. С. 565-572.

102. Рохлин Л.Л. Вопросы клиники шизофрении с ипохондрическими проявлениями. // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова. М., 1961. - Т.61, Вып.4.

103. Рохлин Л.Л. Ипохондрическая форма шизофрении. // В кн.: Актуальные проблемы невропат, и психиатр. — Куйбышев, 1957. С. 179-187.

104. Северный А.А., Иовчук Н.М., Киреева И.П., Брутман С.И. Вегетативно-сосудистые расстройства как проявление патологического реагирования у подростков. // Российский психиатрический журнал. -1999. -№3,- С. 43-45.

105. Северный А.А., Киреева И.П., Осокина Г.Г., Шварков С.Б. Психовегетативные соотношения при вегето-сосудистой дистонии вюношеском возрасте. // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова. -М., 1991. -№ 8. -С. 66-70.

106. Сейку Ю.В., Харькова Т.А., Солохина Т.А. основные тенденции демографического развития России и динамика численности больных шизофренией. // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова. -М., 1998. Т. 98. - № 1. - С. 40-44.

107. Семенов С.Ф. Шизофрения. Киев, 1961.

108. Сербский В. Руководство к изучению душевных болезней. М., 1906.

109. Сидельников В.Я. К вопросу о так называемой сенестопатически-ипохондрической шизофрении. В кн.: Шизофрния. (Диагностика, соматические изменения, патоморфоз). -М., 1975, с. 65-78

110. Симеон Т.П., Модель М.М., Гальперин Л.И. Психоневрология детского возраста. -М.-Л., Биомедгиз, 1935.

111. Скворцов К. А. Трудности клинического разграничения ипохондрических состояний // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова. 1961.-№ 8.-С. 1193-1198.

112. Скворцов К.А. Особенности телесных ощущений при шизофрении. // Сов. невропат., психиатр, и психогиг., 1935. - №5, - С. 69-82.

113. Скрыль Э.Н. О некоторых клинических особенностях ремиссий астенического типа при шизофрении. // В сб. тезисов «Шизофрения (клиника, патогенез, терапия). Караганда, 1971.

114. Случевский И.Ф. Психиатрия. М., 1957

115. Смулевич А. Б. Малопрогредиентная шизофрения и пограничные состояния. — М., Медицина, 1987. 240 с.

116. Смулевич А. Б., Дубницкая Э. Б., Соколовская Л. В. Психопатологическая характеристика динамики и исходов астении // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова. М.,1991. - № 5. - С. 33-38.

117. Смулевич А.Б. Вялотекущая шизофрения (актуальные проблемы клиники и систематики). // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова. М.,2003. - №1.

118. Смулевич А.Б. Вялотекущая шизофрения (актуальные проблемы клиники и систематики). // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова. М., 2003. - № 1. - С. 4-9.

119. Смулевич А.Б. Вялотекущая шизофрения в общемедицинской практике. // Психиатрия и психофармакотерапия. — М., 2002. Т.4, N5, -С. 172-175.

120. Смулевич А.Б. Вялотекущая шизофрения. // Рук-во по психиатрии в 2-х томах. Под ред. А.С. Тиганова. М.Д999. - С. 437-446.

121. Смулевич А.Б. Вялотекущая шизофрения. В кн.: Шизофрения и расстройства шизофренического спектра. Под ред. А.Б. Смулевича. — М., 1999.-С. 45-61.

122. Смулевич А.Б. Депрессии в общей медицине. — М., 2001. 253с.

123. Смулевич А.Б. Депрессии при соматически и психических заболеваниях. МИА, 2003в. - 425 с.

124. Смулевич А.Б. Ипохондрия и соматоформные расстройства. М., 1992.- 175с.

125. Смулевич А.Б. Нажитые, соматогенно обусловленные, ипохондрические психопатии (к систематике расстройств личности). // Психиатрия и психофармакотерапия. М., 2006. - N1.

126. Смулевич А.Б. Неманифестные этапы шизофрении психопатология и терапия. // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова. - 2005. -№5.

127. Смулевич А.Б. Неманифестные этапы шизофрения -психопатология и терапия.// Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова. Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. - М., 2005. - №5. - С.4-11.

128. Смулевич А.Б. Расстройства личности и соматическая болезнь (к проблеме нажитых ипохондрических состояний). // Психиатрия М., 2005.- №5.

129. Смулевич А.Б. Расстройства личности. М., 2007.

130. Смулевич А.Б. Учение А.В. Снежневского и концепция позитивной-негативной шизофрении. // Психиатрия и психофармакотерапия. М., 2004,-№2,-С. 52-54.

131. Смулевич А.Б. Учение А.В. Снежневского и концепция позитивной-негативной шизофрении.// Психиатрия и психофармакотерапия. М., 2004.-№2. -С. 52-54.

132. Смулевич А.Б., Аведисова А.С., Гиндикин В.Я. В проблеме невропатий (соматопатий). // Актуальные вопросы психиатрии. Томск, 1984.-№9.-С. 1345-1351

133. Смулевич А.Б., Волель Б.А. Современные аспекты психофармакотерапии расстройств личности.// Психиатрия. М.,2004. -№5.-С. 7-13.

134. Смулевич А.Б., Дробижев М.Ю., Иванов С.В. Клинические эффекты бензодиазепиновых транквилизаторов в психиатрии и общей медицине. -М., 2005.-88 с.

135. Смулевич А.Б., Дубницкая Э.Б. К проблеме эволюции астенических состояний. // В сб.: Ипохондрия и соматоформные расстройства (под ред. А.Б. Смулевича). -М., 1992.

136. Смулевич А.Б., Дубницкая Э.Б. Психопатология и терапия шизофрении на неманифестных этапах процесса. // Психиатрия и психофармакотерапия. М., 2005. - №4, - С. 184-189.

137. Смулевич А.Б., Дубницкая Э.Б. Современный взгляд на проблему ипохондрии в аспекте клиники и терапии. // Фарматека. Неврология, психиатрия. М.,2006. - №7 (122).

138. Смулевич А.Б., Дубницкая Э.Б., Ильина Н.А. Расстройства личности: актуальные аспекты систематики, динамики, терапии.// Психиатрия. -М., 2003.-№5.-С. 7-16.

139. Смулевич А.Б., Иванов С.В. Терапия психосоматических расстройств. Клинические эффекты Эглонила (сульпирида). // Психиатрия и психофармакотерапия. Приложение. М., 2000. - N3.

140. Смулевич А.Б., Козырев В.Н. Интегрированная медицина модель организации помощи больным с депрессивными расстройствами. // В кн. Смулевич А.Б. Депрессии в общей медицине. - М., 2001. - С. 183-190.

141. Смулевич А.Б., Психосоматические расстройства (клиника, терапия, организация медицинской помощи). // Психиатрия и психофармакотерапия. М., 2000. - Т.2, - №2.

142. Смулевич А.Б., Сыркин А.Л., Дробижев М.Ю., Иванов С.В. Психокардиология М., 2005. - 870 с.

143. Смулевич А.Б., Фильц А.О., Лебедева М.О. К проблеме алгопатических состояний». // В сб: Ипохондрия и соматоформные расстройства. М., 1992. - С. 40-59.

144. Смулевич А.Б., Фролова В.И. Ипохондрия циркумскрипта (к проблеме коэнестезиопатической паранойи). // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова. М., 2006. - №3. - С. 4-9.

145. Смулевич А.Б., Э.Б. Дихотомическая модель шизофрении в свете учения А.В. Снежневского. // Психиатрия. М., 2004. - №4.

146. Смулевич А.Б., Э.Б.Дубницкая Расстройства личности: клиника и терапия. // Психиатрия и психофармакотерапия. М.,2003. -N6.

147. Снежневский А.В. Nosos et pathos schizophreniae. Шизофрения. Мультидисциплинарное исследование под ред. А. В. Снежневского. -М, 1972.-С. 5-15.

148. Соколовская JL В. Астения — типология, динамика (пограничные состояния и эндогенные заболевания) // Автореф. дисс. канд. мед. наук -М., 1991.

149. Соколовская JI. В. Типология астенических состояний (реакции, фазы) при психопатиях // Журн. невропат, и психиатр. им. С.С. Корсакова. -М., 1989,- № 11.-С. 110-114.

150. Сухарева Г.Е. Лекции по психиатрии детского возраста. Избранные главы. М., Медицина, 1934. - 320 с.

151. Точилов В.А., Протальская А.Г. Нейролептики производные бензамидов в психиатрической практике. // Социальная и клиническая психиатрия. - М., 1998. - №8.

152. Трекина Т.А. Течение и исходы шизофрении с ипохондрическим синдромом. // Проблемы шизофрении. Вопросы клиники. Под ред. Л.Л. Рохлина. М., 19626. - с. 247-259.

153. Трекина Т.А. Типы дефектных состояний при вялотекущей шизофрении. // Проблемы шизофрении. Вопросы клиники. Под ред. Л.Л. Рохлина, М., 1962а. - с. 454-465.

154. Тхостов А.Ш. Топология субъекта. Вестник МГУ, серия «Психология». М., 1994; 1-2.

155. Ушаков Ю.В., Шипин С.В., Мирзоян М.Г. Некоторые результаты социально-экономического изучения больных шизофренией. // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова. М.,1991. -Вып.10. - С. 9194.

156. Фильц А.О. Проблема небредовой ипохондрии. // Дисс. докт. мед. наук.-М., 1993.

157. Фридман Б.Д. Основные вопросы построения мягкой формы шизофрении. // Сов. невропат., психиатр, и психогиг М., 1934. - Т.З, Вып.5, - С. 14-26.

158. Фролова В.И. Коэнестезиопатическая паранойя (клинические и терапевтические аспекты дерматозойного бреда). // Автореф. дисс. канд. мед. наук. М., 2006.

159. Циркин С.Ю. Концептуальная диагностика функциональных расстройств: диатез и шизофрения. // Соц. клин, психиат. -М., 1995. -№2, -С. 114-118.

160. Циркин С.Ю. Концепция психопатологического диатеза. // Независимый психиатрический журнал. 1998. -№4. - с. 5-8.

161. Цуцульковская М.Я. Шизофрения, протекающая в виде атипичного затяжного пубертатного приступа. // Руководство по психиатрии. Под ред. А.С. Тиганова. М.,1999. - С. 446-457.

162. Шашкова И.А. Шизофрения с психопатоподобными проявлениями у детей и подростков. // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова. М.,1970. - Т.50, Вып.2, - С. 251-256.

163. Шенгелая Г.Г. Своеобразие ипохондрического синдрома в клинике шизофрении. // Автореф. дисс. канд. мед. наук. -М.,1974.

164. Шихмамедбекова Х.З., Пинская JI.JL, Клюско В.М. К клиническому отграничению ипохондрической шизофрении. // Материалы первой закавказской конференции психиатров. Клиника, терапия и патобиология шизофрении. Баку, 1963. - С. 269-273.

165. Шмаонова JI.M. Клиника вялотекущей шизофрении по данным отдаленного катамнеза. // Дисс. канд. мед. наук. -М., 1968.

166. Шмаонова JI.M. О профессиональной адаптации больных вяло текущей шизофрении.// В сб.: Социальная реадаптация психически больных. Под редакцией Д.Е.Мелехова. М.,1965. - С.56-64.

167. Шмуклер А.Б. Особенности и динамика социального функционирования и качества жизни психически больных, находящихсяпод диспансерным наблюдением. // Социальн. и клин, психиатр. 1998. -Вып.4. - С.21-29.

168. Шостакович Б.В. О классификации психопатий // Журн. невропат, и психиатр, им. С.С. Корсакова. М.,1988. - №88(11). - С. 1675-1684.

169. Шостакович Б.В. Расстройства личности (психопатии) в судебно-психиатрической практике. М., 2006.

170. Эглитис И. Р. Сенестопатии. Рига, 1977. - 184 с.

171. Asperger Н. «Autischen psychopathen» in kindersalter. // Arch. Psychiatr. Nervenkrankh. 1944. - Vol. 117, N1. - P.76-136.

172. Barsky A. J., Klerman G. L. Owerview: Hipochondriasis, Bodily Complaints, and Somatic Styles // Am. J. Psychiatr. 1983. - Vol. 140. -N3. -P. 273-283.

173. Barsky A. Patients who amplify bodily symptoms // Ann. Intern. Med. -1979.-Vol. 91.-P. 63-70.

174. Barsky A J. The patient with hypochondriasis. // N. Engl. J. Med. 2001. Vol. 345, №.19. Nov 8.

175. Barsky A.J., Ahern D.K., Bailey E.D., Sainform R., Liu E.B., Peekna H.M. Hypochondriacal patients' appraisal of health and physical risks. // Am. J. Psychiatry 2001(may); 158(5): 783-7.

176. Barsky A.J., Borus J.F. Functional somatic syndromes // Ann. Intern. Med. -1999; 130:910-921.

177. Barsky A.J., Wyshak G., Latham K.S., Klerman G.L. Hypochondriacal patients, their physicians, and their medical care. // J. of Gen Int. Med. 1991, 6,413-419.

178. Bass С., Murphy M. Somatoform and personality disorders: syndromal comorbidity and overlapping developmental pathways. // J. of psychosomatic research 1995; 39(4):403-427.

179. Beard G. M. American nervousness, its causes and consequences. — New York, 1980.

180. Beard G. Neurasthenia or Nervous Exhaustion // Boston Med. Surg. J. -1869.-Vol.3.-P. 217-320.

181. Beck A. Cognitive therapy and the emotional disorders. -NY., 1976.

182. Benjamin L. Interpersonal diagnosis and treatment of personality disorders. -NY, 1993.

183. Berthier P. Des nervoses diathesques. Paris, 1875.

184. Bilikiewicz T. Psychiatria Klinizna. — Warszawa, 1969.

185. Birnbaum K. Uber degenerative Verschrobene.// Monatschr. Psychiat. Neurol. 1906. - №21. - S. 308-320.

186. Black D.W., Okiishi C., Schlosser S. The Iowa follow-up of chemically sensitive persons. // Ann. NY Acad. Sci. 2001 Mar; 933:48-56.

187. Blackmore R. A treatise of the spleen and vapours: or, hypochondriacal and hysterical affections with three discourses on the nature and cure of cholick, melancholy, and palsies. — London, 1725.

188. Borchardt L. Klinische Konstitutionslehre. Berlin, 1924.

189. Bornschein S., Forstl H., Zilker T. Idiopathic environmental intolerances (formerly multiple chemical sensitivity) psychiatric perspectives. // J. Intern. Med. 2001 Oct; 250(4):309-21.

190. Bornstein M. Hypochondrische Form der Schizophrenie. // Ksisge Jubileustowa Edwart Tlatan. 1928. - S.612-618.

191. Bouchut E. Du nervosisme aigu et chronique. Paris, 1877.

192. Brautigam W., Christian P. Psychosomatische Medizin ein kurzgetasstes Lehrbuch. Stuttgart-New York, 1981 - 330s.

193. Burton R. The anatomy of melancholy. London, 1883.

194. Charcot J.M. Lefons sur les maladies du Syst. Nerveux. Т. III. Paris, 1883.

195. Cheyne G. The English malady: or, a treatise of nervous diseases of all kinds, as spleen, vapours, lowness of spirits, hypochondriacal, and hysterical distempers. London, 1733.

196. Colombel J.-C. Aspectes cliniques et terapeutiques des cenestopathies // These pour le doctorant en medecine. Toulouse, 1964. - 147 p.

197. Cotard J. Du d61ire hypochondriaque dans une forme grave de la m61ancholie anxieuse. Annales medico-psychologiques. 1880, 38: 168-174.

198. Creed F., Barsky A. A systematic review of the epidemiology of somatization disorder and hypochondriasis. // J. Psychosom Res. 2004; 56:391-408.

199. Cullen W. The works of William Cullen, 2 vols., (ed. By Thomson J.). -Edinburgh, 1927.

200. Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders (III ed.) -Washington, DC: American Psychiatric Press, 1980.

201. Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders (IV ed. Tr) -Washington, DC: American Psychiatric Press, 2000.

202. Dimitrijewicz D.T. Actereognosis in functional diseases. // Med. Arch. -1952. -No.6. -P.51-59.

203. Dismukes W.E. A randomized double-blind trial of nistatin therapy for the candidiasis hypersensitivity syndrome // N. Engl. J. Med. 1990. - Vol.323. -P.1717.

204. Dupre E., Camus P. Les Cenestopathies // L'Encephale. 1907. - 2. annee. -N. 12.-P. 616—631.

205. Ekbom K. Der Praesenile Dermatozoenwahn. // Acta, psychiat. Neurol. Scand. 1938; 13. - P. 227-259.

206. Escobar J., Rubio-Stipec M., Canino G. et al. Somatic Symptom Index (SSI): a new and abridged somatization construct. Prevalence and epidemiological correlates in two large community samples. // J Nerv Ment Dis 1989;177. -P. 140-146.

207. Escobar J.I., Gara M., Waitzkin H., Silver R.C., Holman A., Compton W. DSM-IV hypochondriasis in primary care. // Gen. Hosp. Psychiatry. 1998, 20.-P. 155-159.

208. Ey H. Hypochondrie. // Lbid. 1967.

209. Ey H. Schizophrenics. // Encycl. med. chirur. Paris, 1955.

210. Fallon В A, Qureshi Al, Schneier FR, Sanchez-Lacay A, Vermes D, Feinstein R, Connelly J, Liebowitz MR. An open trial of fluvoxamine for hypochondriasis. // Psychosomatics. 2003 Jul-Aug;44(4). - P.298-303.

211. Fallon В A. Pharmacotherapy of somatoform disorders. // J. Psychosom. Res. 2004 Apr;56(4). - P.455-460.

212. Falret J. Societe medico-psychologique. Paris, 1966. - S. 410-413.

213. Faraone S.V., Green A.I., Seidman L.S., Tsuang M.T. «Schizotaxia»: clinical implications and new directions for research. // Schiz. Bull. 2001; 1. — P.l-18.

214. Faravelli C., Salvatori S., Galassi F., Aiazzi L., Drei C., Cabras P. Epidemiology of somatoform disorders: a community survey in Florence. // Social Psych, and Psychiatric Epidem. 1997; 32. - P.24-29

215. Feldman H. Hypochondrie. Berlin, Heidelberg, N.Y., 1972. - 118p.

216. Fere Ch. La famille nevropathique. Paris., 1894.

217. Fink P. The use of hospitalizations by persistent somatizing patients. // Psychol. Med. 1992 Feb;22(l). -P. 173-180.

218. Fink P., Ornbol E., Toft T. A new empirically established hypochondriasis diagnosis.//Am. J. of Psych-2004; 161.-P. 1680-1691.

219. Fink P., 0rnbol E., Toft Т., Sparle K.C., Frostholm L., Olesen F. A new empirically established hypochondriasis diagnosis. // Am. J. Psychiatry -2004(sep); 161(9).-P. 1680-1691.

220. Fltigel K. Hercunft. psychovegetativer Storungen. // Med. Welt. 1974. -Bd.25.-N.7.-P. 301-302.

221. Fourny L. De la cenesthopathie. These. Toulouse, 1954.

222. Glatzel J. Autochtone Asthenien // F. Neurol. Psychiat. 1972. - Bd. 40. -N8.-S. 596-619.

223. Glatzel J. Leibgefuhlsstorungen bei endogenen Psychosen // Schizonh-renie und Ziclothymie. Stuttgart. Thieme, 1969. - S. 163-176.

224. Gmiir M. Schizophrenieverlauf und Entinstitutionalisierung. Stuttgarg: Verlag F.Enke, 1986. - 202 s.

225. Guislain J. Lecons orales sur les phrenopathies, ou traitd theorigue et pratique des maladies mentales, 3 vols. Gand, Belgium, 1852.

226. Gunderson J.G., Siever L.J., Spaulding E. The search for a schizotype. // Arch. Gen. psychiatry Vol.40, Jan 1983. P. 15-22.

227. Gureje O., Ustiin T.B., Simon G.E. The syndrome of hypochondriasis: a cross-national study in primary care. // Psychol. Med. 1997;27. - P. 10011010.

228. Hafher H., Heiden W., Behrens St. Caused and consequences of the gender difference in age at onset of schizophrenia. // Schizophrenia bulletin. 1998. -Vol.24.-P. 99-113.

229. Hallen O. Uber Circumscripte Hypochondrien. // Nervenarzt. 1970;41(5). -S. 215-220.

230. Hamilton M. A Rating scale for depression. // J.Neurol. Neurosurg. Psychiatry. 1960, Vol.23. -P. 56-62.

231. Handest P., Parnas J. Clinical characteristics of first-admitted patients with ICD-10 schizotypal disorder. // Brit. J. of Psychiatry. 2005, 187 (suppl. 48), -P. 49-54.

232. Hansen M.S., Fink P., Frydenberg M., Oxhoj M., Sondergaard L., Munk-Jorgensen P. Mental disorders among internal medical inpatients: prevalence, detection and treatment status. // J. Psychosom. Res. 2001(apr); 50(4). - P. 199-204.

233. Haverkamp F., Propping P., Hilger T. Is there an increase of reproductive rates in schizophrenics? // Arch. Psychiat. Nervenkr. 1982. - Bd. 232. - S. 439-450.

234. Hippocrates. Works (with English translation by W.H.S. Jones). London: Loeb Classical Library, William Heinemann 1972.

235. Hoch P., Polatin J. Pseudoneurotic forms of schizophrenia. // Psychiatr. Quart., -1949, 23, 2. P. 248-278.

236. Hollifield M., Hypochondriasis. In. Kaplan & Sadock's Comprehensive Textbook of Psychiatry, eighth ed. Editors Sadock В., Sadock V. Vol. 1, Lippincott Williams & Wilkins, 2005. P. 1810-1814.

237. Hollifield M., Tuttle L., Paine S., Kellner R. Hypochondriasis and somatization related to personality and attitudes toward self. // Psychosomatics. 1999: 40. - P. 387-395.

238. Huber G. Die «coenasthetische Schizophrenie» als ein Pragnanztyp schizophrener Erkrankungen. //Acta psychiat. scand. 1971, voi. 47, fasc. 3, -P. 349-362.

239. Huber G. Die coenasthetische Schizophrenie. // Fortschr. Neurol. Psychiat. -1957, 25, H.9.-S. 491-520.

240. Huber G. Psychiatrie. Systematischer Lehretext for Studenten und Arz-te. — Sttutgart — New York. 1974. - P. 236-266.

241. Huber G. Indizien fur die Somatosehypothese bei den Schizophrenien.//Fortschr. Neurol. Psychiat. -1976. Bd.44. - № 3. - S.77-94.

242. Jahrreis W. Das hypochondrishe Denken. // Arch. Psychiatr. Nervenkr. -1930.-Bd. 92.-S. 686-823

243. Jaspers К. Allgemeine Psychopatologie (9 Aful.). Berlin—Heidelberg-New York: Springer. 1976.

244. Jolli F. Hypochomdrie. Handbuck der specielle Pathologie und Therapie, Bd. XII, H.2,2 Aufl. Hsg. v. Ziemssen. Leipzig, 1878.

245. Jung K. Ueber die Verriicktheit. Allg. Ztschr. f. Ps., 1881.

246. Kahn E. Die Psychopathischen Personalichkeiten. // Handbuch der Geis-teskrankheiten/Hrsg. O. Bumke.—Berlin: Spezieller Teil I, 1928a. S. 227486.

247. Kahn E. Hypochondrische Psychopathen In. Handbuch der Geisteskrankheiten, herausg. O. Bumke, Bd. 15, spez. teil 1. Berlin, 19286. -P. 438-442.

248. Kahn E. Zur Frage des schizophrenen Reaktionstypus // Z. Ges. Neurol. Psychiat. 1921; 66. - P. 273-282.

249. Kaplan H.I., Sadock B.J. Synopsis of Psychiatry. N-Y, 2005.

250. Karno M., Norquist G.S. Schizophrenia: Epidemiology. // Comprehensive Textbook of Psychiatry. 5th ed./ Eds H.I. Kaplan, B.J. Sadock. - Baltimore: Williams and wilkins, 1989. - Vol. 1. - P. 699-705.

251. Kato S., Ishiguro T. Clinical courses of hypochondriac-cenesthopathic symptoms in schizophrenia. // Psychopatology. 1997(mar-apr); 30(2). - P. 76-82.

252. Katz M.M., Lyerly S.B. Methods for measuring adjustment and social behavior in the community: I. Rationale description, discriminative validity and scale development. // Psychol. Rep. 1963. - Vol.13. - P. 503-535.

253. Katzenelbogen S. Hypochondriacal complaints with special reference to personality and environment. // Am. J. of Psychiatry 1942; 98. - P. 815-822.

254. Kellner R. Somatization and hypohondriasis. —New-York: Praeger, 1986.

255. Kenyon F.E. Hypochondriasis: a clinical study. // Br. J. Psychiatry 1964; 110.-P. 478-488.

256. Kety S., Rosenthal D., Wender P. et al. Mental illness in the biological and adoptive families of adopted schizofrenics. // Am. J. Psychiat. 1971 ;3. — P. 302-306.

257. Kleist K. Gehirnpathologie. Leipzig, 1934.

258. Kobayashi Т., Kato S. Psychopatology and outcome of first-admission schizophrenic patients: hypochondriac-cenesthopathic symptoms as predictors of unfavorable outcome. // Psychiatry Clin. Neurosci. 2004(oct); 58(5). - P. 567-572.

259. Kraepelin E. Psychiatrie (6 Aufl.) — Leipzig, 1910.

260. Ladee G. Hypochondrical syndromes. Amsterdam, 1966.

261. Ladwig K.H., Marten-Mittag В., Erazo N., Gundel H. Identifying somatization disoreder in a population-based health examination survey: psychosocial burden and gender differences. // Psychosomatics. 2001(nov-dec);42(6). -P. 511-8.

262. Laignel-Lavastine Syndromes sympathiques trophigues generaux. Paris, 1923. -Med. #43.

263. Leon J. de, Saiz-Ruiz J., Chinchilla A., Morales P. Why do some psychiatric patients somatize? // Acta, psychiatr. Scand. 1987:76. - P. 203209.

264. Leonhard K. Aufteilungder endogenen Psychosen. Berlin, 1957.

265. Magarinos M, Zafar U, Nissenson K, Blanco C. Epidemiology and treatment of hypochondriasis. // CNS Drugs. 2002; 16(1). - P. 9-22.

266. Magnan V. Lecons cliniques sur les maladies mentales. Paris, 1883. -334 p.

267. Maier W., Lichtermann D., Klinger T. et al. Prevalences of personality disorders (DSM-III-R) in the community. // J. Personal Disord. 1992;6. - P. 187-196.

268. Mason P., Harrison G., Glazebrook The course of schizophrenia over 13 years: A report from the international study on schizophrenia ISO's. coordinated by the world health organization. // Brit. J. Psychiat. 1996. -Vol.169. -P.580-586.

269. Mayer-Gross W. Die Klnik. // Handbuch der Geiateskrankheiten. Berlin, 1932.

270. Mayou R., Kirmayer L.J., Simon G., Kroenke K., Sharpe M. Somatoform disorders: time for a new approach in DSM-V. // Am. J. of Psychiatry. -2005, (may). 162(5). - P. 847-55.

271. Mc Craine E. Hypochondrical neurosis. // Psychosom. 1979. -Vol.20. -P. 11-15.

272. Meehl P.E. Schizotaxia, schizotypy, schizophrenia // Am. Psychol. 1962; 17.-P. 827-838.

273. Meehl P.E. Toward an integrated theory of schizotaxia, schizotypy, andschizophrenia. // J. Personality Disorders. 1990; 4. - P. 1-99.

274. Menninger K.A. Polysurgery and polysurgery additions. Psychoanalytic Quarterly. 1934; Vol.3. - P. 173-199.

275. Miller J.B. Food allergy: provocative testing and injection therapy. -Sprinfield, IL; 1972.

276. Millon T. Disorders of personality DSM-IV and Beyond. New-York, Toronto, Singapore 1996.

277. Montgomery SA, Asberg M. A new depression scale designed to be sensitive to change. // Br. J. Psychiatry. 1979; 134. - P. 382-389.

278. Morel B. D. Traite des maladies mentales // Livre IV. Pathologie spe-ciale et theraputique generale. Paris, 1860. - P. 668-772.

279. Munro K. Monosymptomatic hypochondrical psychosis // Br. J. Hosp. Med. 1980. - Vol. 24. - P. 34-38.

280. Munro K. Monosymptomatic hypochondrical psychosis // Br. J. Psychiatr. -1976.-Vol. 113.-P. 116-119.

281. Nemeroff C.B., Schatzberg A.F., Goldstein D.J., Detke M.J., Mallinckrodt C., Lu Y., Tran P.V. Duloxetine for the treatment of major depressive disorder. // Psychopharmacol. Bull. 2002 Autumn;36(4). - P. 106-32.

282. Nissen G. Depressive Syndrome im Kindes und Jugendalters. - New York, 1973.

283. Noyes R Jr Comorbidity of generalized anxiety disorder. // Psychiatr. Clin. North Am. 2001 (mar); 24( 1). - P. 41 -55.

284. Noyes R., Jr, Kathol R.G., Fiher M.M., Philips B.M., Suelzer M.T., Holt

285. C.S. The validity of DSM-III-R hypochondriasis. // Arch. Of Gen. Psych. -1993, 50.-P. 961-970.

286. Nuechterlein K.H., Asarnow R.F., Subotnik K.L., Fogelson D.L., Payne

287. Oosterbaan DB, van Balkom AJ, van Boeijen CA, de Meij TG, van Dyck R. An open study of paroxetine in hypochondriasis. // Prog. Neuropsychopharmacol. Biol. Psychiatry. -2001 Jul;25(5). P. 1023-33.

288. Parnas J., Licht D., Bovet P. Claster A personality disorders: a review. In: Personality disorders. // Maj M., Akiskal H.S., Mezzich J.E., Okasha A. -2005.-525 p.

289. Pende N. Les biotypes et les diathesis, dans Traitd de medicine biotypologique. Paris, 1955.

290. Petrilowitsch N. Abnorme Personlichkeiten. Bazel-NY, 1960. - 178 p.

291. Pilowsky I. Abnormal illness behavior (dysnosognosia) // Psychother. Psychosom. 1986. - Vol. 46. - P. 248-256.

292. Pilowsky I. Abnormal illness behavior. Chichester; 1997.

293. Pilowsky I. Hypochondriasis, abnormal illness behavior and social context. In: Starcevic V., Lipsitt D.R. Hypochondriasis. Modern perspectives on an ancient malady - Oxford University Press, 2001. - P. 249-262.

294. Pilowsky I. Primary and secondary hypohcondriasis // Acta Psychiatr. Scand. 1970. - Vol. 46. - P. 273-285.

295. Pilowsky I. The concept of abnormal illness behavior (dysnosognosia) // Psychosom. 1990. - Vol. 31. - P. 207-213.

296. Planansky K. Conceptual boundaries of schizoidness. Suggestions for epidemiological and genetic research // J. nerv. Ment. Dis. 1966a. - Vol. 142.-N. 4.-P. 318-331.

297. Planansky K. Schizoidness in twins. // Acta Gen. Med. Gemellol. 19666. -Vol. 15.-N. 2.-P. 151-166.

298. Popper E. Der schizophrene Reaktionstypus // Z. Ges. Neurol. Psychiat. -1920; 62.-P. 194-207.

299. Rado S. Dynamics and classification of disturbances of behavior. // Am. J. Psych.- 1953; 6.

300. Rado S. Schizotypal organization. Preliminary report on a clinical study of schizophrenia. In. S. Rado&G.E.Daniels (Eds.) Chenging concepts of psychoanalytic medicine. 1956. - P. 225 -236.

301. Ray S.D., Advani M.T. A survey of 200 cases of hypochondriasis. // J. of Ind. Med Assoc. 1962;39. - P. 419-421.

302. Reckel K. Zur Psychodinamik asthenischer Entwicklungen bei unverheirateten Mannern in mittleren Lebensalter (sogenannte Juggesellen -Asthrnie). // Psychother. Med. Psychol. 1978. - Vol.28. -Nl. - S.l-10.rr

303. Reil J.C. Uber die Erkentnip und Kur der Fieber, Nervenkrankheiten. -1805, 4;- S. 33-36; 288-302.

304. Ritsner M., Polizovsky A., Kurs R., Modai I. Somatization in an immigrant population in Izrael: a community survey of prevalence, risk factors and help-seeking behavior. // Am. J. Psychiatry. 2000(mar); 157(3). -P. 385-92.

305. Rush B. Medical inquiries and observations upon the diseases of the mind (1812).-New York, 1962.

306. Schneider K. Die psychopatischen Personlichkeiten. Deuticke, Leipzig — Wien: 1928. —87 s.

307. Shontz FC. Body image and its disorders. // Intl J Psychiatry Med 1974;5:4:461-72

308. Simko A. Pseudoneurotische Schizophrenien im Zichte einer strukturellen Psychopatologie. // Nervenarzt. 1968, 39Jg., h.4. - S. 242-250.

309. Slavney P.R., Teitelbaum M.L. Patients with medically unexplained symptoms: DSM-III diagnosis and demographic characteristics. // Gen. Hosp. Psychiatry. 1985;7. -P. 21-25.

310. Smith G.C., Clarke D.M., Handrinos D., Dunsis A., McKenzie D.P. Consultation-liaison psychiatrists' management of somatoform disorders. // Psychosomatics. 2000(nov-dec);41(6). - P. 481-9.

311. Speer F. The allergic tension-fatigue syndrome. // Pediatr. Clin. North Am. -1954.-Vol.1.-1029 p.

312. Starcevic V. Clinical features and diagnosis of hypochondriasis. // In: Starcevic V., Lipsitt D.R. Hypochondriasis. Modern perspectives on an ancient malady Oxford University Press, 2001. - P. 21-60.

313. Starcevic V. Contrasting patterns in the relationship between hypochondriasis and narcissism. // Brit. J. of Med. Psychol., 1989: 62. P. 311-323.

314. Starcevic V., Lipsitt D.R. Hypochondriasis. Modern perspectives on an ancient malady Oxford University Press, 2001. - 402 p.

315. Staudenmayer H., Binkley K.E., Leznoff A. Idiopathic environmental intolerance. // Toxicol Rev. 2003;22(4):247-61.

316. Stenback A., Jalava V. Hypochondria and depression. // Acta. Psychiatr. Scand. Suppl. 1961 ;37(162). P. 240-6.

317. Stenback A., Rimon R. Hypochondria and paranoia. // Acta. Psych. Scand. 1964;40. P. 379-385.

318. Stewart D.E., Raskin J. Psychiatric assessment of patient with «20th century disease» («total allergy syndrome») // Can. Med. Assoc. J. 1985. -Vol.133. - 1001 p.

319. Sydenham Th. The works of Thomas Sydenham (trans. By G. Latham), 2 vols. London, 1850.

320. Taube W. Ueber hypochondrische Verrticktheit. Inaugural Dissertation, -Dorpat, 1886.

321. Terr A.I. "Multiple chemical hypersensitivities": immunologic critique of clinical ecology theories and practice // J. Occup. Med. 1987. - Vol.2. -683 P

322. Terr A.I. Environmental illness: clinical review of 50 cases // Arch. Intern. Med. 1986. - Vol.146.-145 p.

323. Thiele W. Das Psychovegetative Syndrom. // Munch. Med. Wschr. 1958. -Bd.100.-N. 49.-s. 1918-1923.

324. Thiele W. The Psychovegetative Syndrom // Anxiety and Tension. New Therapeutic aspect. Basel, 1970. - P. 24-28.

325. Tollefson GD, Birkett MA, Kiesler GM, Wood AJ. Double-blind comparison of olanzapine versus clozapine in schizophrenic patients clinically eligible for treatment with clozapine. // Biol. Psychiatry. 2001 (Jan) 1; 49 (l).-P. 52-63.

326. Trotman H., McMillan A., Walker E. Cognitive function and symptoms in adolescents with schizotypal personality disorder. // Schizophrenia Bull. — 2006 Vol. 32 no.3 P. 489-497.

327. Tyrer P., Fowler-Dixon R., Ferguson В., Kelemen A. A plea for the diagnosis of hypochondriacal personality disorder. J Psychosomatic Research, -1990; 6.-P. 637- 642.

328. Tyrer P., Seivewright N., Seivewright H. Long-Term outcome of Hypochondrical Personality Disorder. // J. Psychosomatic Research. 1999; 2: -P. 177- 185.

329. Tyrer P. Somatoform and personality disorders: personality and the soma. J Psychosomatic Research. 1995; 39: 395-397.

330. Vangaard T. Diagnosis of schizophrenic borderline states // Acta psyciat. Scand., 1978, 58, P. 213-230.

331. Venables P.H. Schizotypal status as a development stage in studies of risk for schizophrenia. In: Raine A., Lencz Т., Mednick S.A. (Eds) Schizotypal personality. // 1995, Cambridge. P. 107-134.

332. Wade A., Lemming O.M., Hedegaard K.B. Escitalopram 10 mg/day is effective and well tolerated in a placebo-controlled study in depression in primary care. //Int Clin Psychopharmacol, May 2002; 17(3): 95-102

333. Waldeck T.L., Miller L.S. Social skills deficits in schizotypal personality disorder. // Psychiatry research 93 (2000). P. 237-246.

334. Watanabe H., Takahashi Т., Tonoike Т., Suwa M., Akahori K. Cenesthopathy in adolescence. // Psychiatry and clin neuroscience, 2003, 57. -P. 23-30.

335. Weitbrecht H. Uber Hypochondrie // Dtsch. Med. Wschr. 1951. - Bd. 76. -S. 312-315.

336. Weitbrecht H., Glatzel J. Psychiatrie im Grundrip. Springer-Verlag, Berlin-Heidelberg-New York, 1979.

337. Wernicke C. Grundriss der Psychiatrie in klinischen Vorlesungen. -Leipzig, 1900.

338. Whytt R. Observations on the nature, causes and cure of those diseases which are commonly called nervous, hypochondriac or hysteric, first edition. In the works of R. Whytt. Published by his son. Edinburgh, 1764.

339. Wieck H. Psychovegetative Allgemeinstorungen in der Sprectunde. // Med. Welt. 1974, 25, 8, - S. 295-298.

340. Willis Th. The London practice of Physics. London, 1685.

341. Wolf C. Multiple chemical sensitivity syndrome / Wolf C. // Schweiz. Med. Wochenschr. -1998 Aug 15;128(33). -P.1217-22.i