Автореферат и диссертация по медицине (14.00.39) на тему:Использование милдроната в комплексной терапии остеоартроза и его комбинации с гипертонической болезнью

ДИССЕРТАЦИЯ
Использование милдроната в комплексной терапии остеоартроза и его комбинации с гипертонической болезнью - диссертация, тема по медицине
АВТОРЕФЕРАТ
Использование милдроната в комплексной терапии остеоартроза и его комбинации с гипертонической болезнью - тема автореферата по медицине
Стовичек, Ольга Александровна Ярославль 2007 г.
Ученая степень
кандидата медицинских наук
ВАК РФ
14.00.39
 
 

Автореферат диссертации по медицине на тему Использование милдроната в комплексной терапии остеоартроза и его комбинации с гипертонической болезнью

/

На правах рукописи

Стовичек Ольга Александровна

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ МИЛДРОНАТА В КОМПЛЕКСНОЙ ТЕРАПИИ ОСТЕОАРТРОЗА И ЕГО КОМБИНАЦИИ С ГИПЕРТОНИЧЕСКОЙ БОЛЕЗНЬЮ

14.00.39 - ревматология

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата медицинских наук

Ярославль - 2007

003065129

Работа выполнена в Государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Ярославская государственная медицинская академия Федерального агентства по здравоохранению и социальному развитию»

Научный руководитель

доктор медицинских наук, профессор Чижов Петр Александрович

Официальные оппоненты:

доктор медицинских наук,

профессор Хохлов Александр Леонидович

доктор медицинских наук,

профессор Мясоедова Светлана Евгеньевна

Ведущая организация

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Волгоградский государственный медицинский университет Федерального агентства по здравоохранению и социальному развитию»

вета Д 208.119.01 при ГОУ ВПО «Ярославская государственная медицинская академия Росздрава» по адресу: 150000, г.Ярославль, ул.Революционная, 5.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ГОУ ВПО «Ярославская государственная медицинская академия Росздрава».

Автореферат разослан « 3О» августа 2007 г.

Защита состоится «

октября 2007 г. в

на заседании диссертационного со-

Ученый секретарь Диссертационного совета

Зотов А.А.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ Актуальность проблемы

Остеоартроз (ОА) - одно го наиболее распространенных заболеваний суставов, особенно в старших возрастных группах. В возрасте старше 60 лет ОА страдает 80-97% населения (С.М.Носков, 2002; В.А. Насонова, 2004). ОА характеризуется выраженным болевым синдромом, существенно снижающим функциональную активность больных, приводя к значительному ухудшению качества жизни и инвалидизации больных (А.М, Лила, О.И.Карпов, 2003; D.T. Felson., 2004).

Другой актуальной проблемой современного здравоохранения является эссенциальная артериальная гипертензия (АГ). Её практическая значимость обусловлена, с одной стороны, широкой распространенностью - в России АГ страдает около 30% населения (С.Л.Архипова, 2005; Р.Г.Оганов, Г .Я.Масленникова, 2007), а с другой - тем, что АГ-является одним из главных факторов риска развития ИБС, мозгового инсульта и сердечной недостаточности, внося весомый вклад в число летальных исходов от сердечно-сосудистых заболеваний (Е.Е. Гогин, 2003; В.И. Маколкин, 2007). Все это обусловливает необходимость постоянного адекватного контроля артериального давления у таких больных.

ОА часто сочетается с АГ (И.Э.Корочина, Г.Г.Багирова, 2006; В.И.Мазуров, и соавт., 2006; K.D.Braundt, 2004; D.T.Felson, 2004). Есть данные, что ОА и АГ могут взаимоотягощать течение каждого их них в отдельности. Так, по данным Н.Б. Воронковой (2005) и Е.В. Лыгиной (2006) АГ может усиливать болевой синдром в суставах у больных ОА. Выраженный болевой синдром приводит к возникновению астении и тревожно-депрессивных симптомов (Е.Г.Черкесова, и соавт., 2006; Н.В.Яльцева и соавт., 2006; V.A.Brander et al., 2003; J.A.Druley et al., 2003; E.H Lin. et al., 2003), что может способствовать развитию и усугублению АГ. Повышение активности воспалительного процесса при ревматических заболеваниях (РА, ОА и др.) приводит к дисфункции эндотелия, следствием чего может быть рост периферического сосудистого сопротивления, возрастание вариабельности и величины АД, повышение нагрузки на сердце (Э.В. Михайлова и соавт., 2005; D.J. Margolis et al., 2004).

Для самой АГ также характерны проявления астении, тревоги и депрессии (В.Р.Вебер и соавт., 2006; А.В.Недоступ и соавт., 2007; Е.И.Чазов и соавт., 2007; А.А Ariyo et al., 2000; S.L. Larson et al. 2001), a это, в свою очередь, может еще в большей степени ухудшать качество жизни больных ОА. Астенический синдром и тревожно-депрессивные расстройства при сочетании ОА и гипертонической болезни (ГБ) выражены значительно больше, чем при каждом заболевании в отдельности (Е.П.Кошурникова, М.Д.Зубова, 2006; V.Diaz et al., 2003).

Учитывая вышесказанное, актуальной научной и практической задачей является исследование особенностей клинических проявлений у больных ОА при наличии и отсутствии АГ, что позволит разработать более индивидуализированный подход к терашга таких больных.

С современных позиций ОА рассматривают как метаболическое заболевание суставного хряща, обусловленное несбалансированностью процессов репарации и деградации хрящевой ткани (Н.А.Шостак, 2003; К.В.Курылева, 2005; Р-ШсИеИе е1 а1., 2004). Основное значение в патогенезе ОА имеет нарушение метаболизма соединительной ткани, в частности, коллагена, маркером которого является оксипролин (ОП). Сведения о нарушении обмена коллагена у больных ОА относительно немногочисленны и разноречивы (С.М.Носков, 2002; В.А.Насонова, 2003), а при ГБ единичны (С.Н.Поливода и соавт., 2004). Данные об изменениях обмена оксипролина при сочетании ОА с ГБ вообще отсутствуют.

Немаловажное значение в патогенезе ОА отводится активации перекис-ного окисления липидов (ПОЛ), следствием чего может быть высвобождение провоспалительных цитокинов, нарушение микроциркуляции, структуры коллагена и прогрессирование дегенеративного процесса в суставных тканях (В.А.Насонова 2004; К.Рикигате-а е1 а1., 1995). Продукты ПОЛ вызывают также повреждение эндотелия сосудов, спазм артериол и повышение общего периферического сопротивления, что может способствовать повышению артериального давления у больных ОА и снижать антигипертегаивный эффект гипотензивных препаратов у больных с комбинацией ОА и ГБ (В.З.Ланкин. и соавт., 2004; Т.В.Чурсина и соавт., 2007). Причем активации ПОЛ у больных с комбинацией ОА и ГБ может способствовать не только ОА, но и сама АГ (Н.В.Карташова и соавт., 2004; В.З.Ланкин и соавт., 2004; А.Д.Велинкевич. и соавт., 2006; М.А.Луцкий и соавт., 2006). Вместе с тем, работы, посвященные изучению активности ПОЛ при сочетании ОА с ГБ, несмотря на их важное практическое значение, в доступной литературе отсутствуют.

У больных с сочетанием ОА и АГ могут возникать проблемы с лечением ГБ, поскольку нестероидные противовоспалительные средства (НПВС), традиционно используемые в лечении ОА, могут способствовать возрастанию АД (Д.А.Аничков, Н.А.Шостак 2004; Л.Б.Лазебник и соавт., 2004; С.СЛкушин, Е.В.Лыгина, 2006; Б.С.Вга1ег е1 а1., 2001; А.текоп., 2000) или уменьшать антигипертегаивный эффект лекарственных средств (В.Ю.Мареев, 2003; В.И.Мазуров и соавт., 2004; В.В.Лялина, 2007; МШ.РпвЬтап. 2002; Р.Я.СопНп et а1., 2004.). Все это определяет необходимость поиска новых методов терапии ОА, которые, с одной стороны, повысят эффективность его лечения, а с другой, не будут оказывать негативного влияния на артериальное давление и противодействовать влиянию гипотензивных препаратов у больных с комбинацией ОА и АГ.

Учитывая патогенез ОА и АГ, перспективным в лечении ОА, особенно при его комбинации с АГ, представляется использование милдроната. Последний активизирует энергетические процессы в клетке, снижает ПОЛ, предотвращая выделение цитокинов и повреждение клеточных мембран, снижает мышечный тонус, уменьшает симптомы психического и физического перенапряжения (И.Я.Калвиньш,2002; А.В.Шабалин и соавт., 2005; Виничук и соавт., 2006; Г.А.Лазарева, 2006). Применение милдроната при лечении ГБ оправдано тем, что он обладает способностью увеличивать образование оксида

азота и нормализовать сосудистый тонус, не оказывая действия на нормото-нические сосуды (Ф.Е.Хлебодаров и соавт., 2005; С.Бези. м а!., 2005; 1.Ка1у1ПБЬ сг а1., 2006). Исследование эффективности милдроната в терапии ОА и его комбинации с ГБ никогда не проводилось.

Цель исследования

Изучить особенности клинических проявлений, обмена оксипролина и перекисного окисления липидов у больных остеоартрозом при наличии и отсутствии гипертонической болезни и исследовать эффективность милдроната в комплексной терапии таких больных.

Задачи исследования

1. Изучить особенности болевого синдрома и проявлений астении, тревоги и депрессии, качества жизни у больных остеоартрозом и его комбинацией с гипертонической болезнью.

2. Установить закономерности изменения перекисного окисления липидов и обмена оксипролина у больных остеоартрозом при наличии и отсутствии гипертонической болезни.

3. Оценить клиническую эффективность милдроната в комплексной терапии остеоартроза и его комбинации с гипертонической болезнью.

4. Изучить динамику перекисного окисления липидов и обмена оксипролина при остеоартрозе и его комбинации с гипертонической болезнью под влиянием комплексной терапии, включающей милдронат.

Научная новизна

Впервые проведена комплексная оценка интенсивности болевого синдрома в суставах, проявлений астении, тревоги, депрессии, качества жизни, активности перекисного окисления липидов и обмена оксипролина у больных остеоартрозом и его комбинацией с гипертонической болезнью. Установлено, что наличие гипертонической болезни у больных остеоартрозом не влияет на интенсивность артралгии, но усугубляет проявления астении, тревоги и депрессии и способствует более выраженным нарушениям обмена оксипролина и перекисного окисления липидов.

Впервые изучена эффективность милдроната в комплексной терапии остеоартроза и его комбинации с гипертонической болезнью. Показано, что включение милдроната в терапию больных остеоартрозом способствует более эффективному купированию артралгии и уменьшению выраженности астении, тревоги и депрессии, а также более полной нормализации активности перекисного окисления липидов и обмена оксипролина. У пациентов с комбинацией остеоартроза и гипертонической болезни милдронат потенцирует гипотензивное действие антигштертензивных средств.

Практическая значимость

Показана необходимость определения уровня астении, тревоги и депрессии у больных остеоартрозом, особенно при комбинации с гипертонической болезнью.

Разработан новый способ лечения больных остеоартрозом путем включения милдроната в комплексную терапию таких пациентов, позволяющий более эффективно, чем традиционная терапия нестероидными противовоспа-

лительными средствами, купировать различные клинические и биохимические проявления остеоартроза, а у больных с комбинацией остеоартроза и гипертонической болезни, помимо этого, способствовать нормализации артериального давления.

Основные положения, выносимые на защиту

1. Интенсивность болевого синдрома у больных остеоартрозом не зависит от наличия артериальной гипертензии. Астенический синдром имеет место у всех больных остеоартрозом, а степень его выраженности зависит от стадии остеоартроза. Проявления астенического синдрома у женщин больше, чем у мужчин. Выраженность астении у больных с сочетанием остеоартроза и гипертонической болезни выше, чем у пациентов с остеоартрозом без артериальной гипертензии.

2. Повышение уровня тревоги и депрессии наблюдается более чем у двух третей больных с остеоартрозом. У женщин проявления тревоги выражены больше, чем у мужчин. Депрессия выявляется только у женщин. Выраженность тревоги и депрессии не зависит от клинической формы и стадии остеоартроза. Различия уровня тревоги и депрессии у больных с остеоартрозом при наличии и отсутствии гипертонической болезни отсутствуют.

3. Активность перекисного окисления липидов и концентрация свободного и белковосвязанного оксипролина в крови у больных остеоартрозом выше, чем в контрольной группе. При сочетании остеоартроза с гипертонической болезнью активность перекисного окисления липидов и уровень свободного и белковосвязанного оксипролина в крови достоверно больше, чем у пациентов с остеоартрозом без гипертонической болезни.

4. Включение милдроната в комплексную терапию остеоартроза способствует более выраженному уменьшению артралгии и проявлений астении, тревоги и депрессии, чем традиционная терапия НПВС. У больных с комбинацией остеоартроза и гипертонической болезни милдронат повышает эффективность антигипертензивной терапии.

5. Комбинированная терапия больных остеоартрозом, включающая милдронат, в большей степени, чем традиционная терапия НПВС, нормализует активность перекисного окисления липидов и метаболизм оксипролина.

Вклад автора

Автору принадлежит ведущая роль в выборе направления исследования, отборе и ведении пациентов, анализе и обобщении полученных результатов. В работах, выполненных в соавторстве, вклад автора является определяющим и заключается в непосредственном участии во всех этапах исследования: постановке задач, клиническом и биохимических исследованиях, обсуждении результатов в научных публикациях и докладах, внедрении их в практику.

Внедрение результатов исследования в практику

Основные положения диссертации внедрены в практику работы терапевтического и кардиологического отделений МУЗ КБ им. Н.А.Семашко и используются для обучения студентов, интернов и ординаторов на кафедре факультетской терапии ЯГМА.

Апробация работы

Основные положения диссертации доложены и обсуждены на Межрегиональной научно-практической конференции геронтологов и гериатров (Ярославль, 2003), 3 северо-западной конференции по ревматологии (Псков, 2003), Межрегиональной научно-практической конференции «Что мешает жить пожилому человеку? Болезни суставов и сердца» (Ярославль, 2003), юбилейной научно-практической конференции врачей больницы им. H.A. Семашко (Ярославль, 2004), 11 Российском национальном конгрессе «Человек и лекарство» (Москва, 2004), 5 межрегиональной научно-практической конференции «Актуальные вопросы клинической лабораторной диагностики» (Ярославль, 2005), 20 научно-практической конференции врачей г. Ярославля «Первичная медико-санитарная помощь: проблемы и перспективы развития» (Ярославль, 2005), 1 Национальном конгрессе терапевтов «Новый курс: консолидация усилий по охране здоровья нации» (Москва, 2006).

Публикации

По теме диссертации опубликовано 20 научных работ, из них 6 - в центральной печати, 2 - в рецензируемых научных журналах, рекомендованных ВАК.

Объем и структура диссертации

Диссертация изложена на 158 страницах машинописного текста и состоит из введения, обзора литературы, главы, посвященной характеристике обследованных больных и описанию методов исследования, 3 глав собственных исследований, обсуждения полученных результатов, выводов, практических рекомендаций и списка литературы. Указатель литературы включает 358 источников (190 отечественных и 168 зарубежных). Диссертация иллюстрирована 52 таблицами и 5 рисунками.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ Результаты работы основаны на данных комплексного обследования 98 амбулаторных больных остеоартрозом в возрасте от 32 до 66 (средний возраст 48,7±0,8) лет. У 36 больных (средний возраст 46,1±1,5) диагностирован только ОА, у 62 (средний возраст 50,1±0,9) - ОА в сочетании с гипертонической болезнью. В качестве контроля обследованы 50 практически здоровых лиц аналогичного пола и возраста (47,9±2,6). Больные и лица контрольной группы обследованы автором работы.

Диагноз ОА ставился в соответствии с рабочей классификацией (В.А.Насонова, М.Г.Астапенко, 1989) и диагностическими критериями (Л.И.Беневоленская и соавт., 1993). Рентгенологическую стадию заболевания определяли по классификации J.H.Kellgren и J.S.Lawrense (1957). Диагноз ГБ ставили в соответствии с Национальными рекомендациями по диагностике и лечению АГ (2001, 2004).

У всех обследованных больных диагностирован первичный остеоарт-

роз.

Клиническая характеристика больных ОА представлена в таблице 1.

Таблица 1

Клиническая характеристика больных остеоартрозом_

Показатели Все обследованные больные (ОА и ОА+ГБ) - 98 человек Больные ОА -36 человек Больны; ОА+ГБ -62 человека

число больных % от данной группы число больных %от данной группы число больных % от данной группы

Мужчины 18 18,4 10 27,8 8 12,9

Женщины 80 81,6 26 72,2 54 87,1

МоноОА 17 17,3 И 30,7 6 9,7

ОлигоОА 28 28,6 14 38,9 14 22,6

ПолиОА узелковый 35 35,7 7 19,4 28 45,2

ПолиОА безузелковый 18 18,4 4 11,1 14 22,6

Быстропрогрес-сирующий

Медленно-прогрессирующий 98 100 36 100 62 100

Рентгенологическая стадия 1 22 22,4 И 30,7 И 17,7

2 72 73,5 24 66,7 48 77,4

3 4 4,1 1 2,8 3 4,8

4 0

ФНС 0 39 39,8 14 38,9 25 40,3

1 59 60,2 22 61,1 37 59,7

2 0

3 0

Все больные предъявляли жалобы на боли в суставах. Наиболее распространенной локализацией ОА среди обследованных был гонартроз (43,9%) и ОА мелких суставов кистей (38,8%). Реже в процесс вовлекались тазобедренные суставы (18,4%) и мелкие суставы стоп (17,4%). У 80 больных (81,6 %) в патологический процесс было вовлечено 2-3 сустава. 30 человек (30,6%), наряду с болями в тех или иных суставах, жаловались также на боли в позвоночнике. На момент обследования признаков синовита не было ни у одного больного.

В подгруппе больных с комбинацией ОА и ГБ у 29 человек (46,8%) выявлена 2 стадия ГБ, у 25 (40,3%) - 1, у 8 (12,9%) - 3 стадия. У всех больных с 3 стадией ГБ диагностирована ИБС: стенокардия напряжения 1-2 ФК. У 30 человек (48,4%) цифры АД соответствовали 2 степени АГ, с одинаковой частотой встречались пациенты с 1 и 3 степенью (17 - 27,4% и 15 - 24,2% соответственно). Первый уровень риска отмечен у 4 больных (6,5%), второй уровень - у 11 (17,7%), третий - у 28 (45,2%), четвертый - у 19 (30,6%).

Все больные в зависимости от варианта терапии были разделены на 3 группы:

1. Получающие традиционную терапию (ТТ) - 34 больных:

- больные OA (10 человек, средний возраст - 46,0±3,1) - ибупрофен в дозе 0,4 три раза в день в течение месяца,

- больные ОА+ГБ (24 пациента, средний возраст - 49,8±1,3) - ибупрофен в дозе 0,4 три раза в сутки в течение месяца + гипотензивные препараты (ингибиторы АПФ - эналаприл, капотен или бета-адреноблокаторы - атено-лол, метопролол или мочегонные - арифон, гипотиазид или их комбинации) на постоянной основе с коррекцией дозы по ходу исследования для достижения целевых цифр АД.

2. Получающие традиционную терапию с включением в нее милдрона-та (ТТ+М) в дозе 0,5 три раза в день в течение одного месяца - 37 больных:

- больные OA (11 человек, средний возраст - 45,5±2,5) - ибупрофен + милдронат в вышеуказанных дозах,

- больные ОА+ГБ (26 человек, средний возраст - 50,2±1,6) - ибупрофен + гипотензивные препараты + милдронат в вышеуказанных дозах.

3. Больные с противопоказаниями к назначению НПВС (в анамнезе: язвенная болезнь - 5 пациентов, гастрит - 6, гепатит - 3, гастропатии - 3, аллергические реакции в виде крапивницы - 6, повышение АД на прием НПВС - 4, всего - 27 больных) - группа М:

- больные OA (15 человек, средний возраст - 46,5±2,6) - милдронат в вышеуказанной дозе,

- больные OA + ГБ (12 человек, средний возраст - 50,8±1,2) - милдронат и гипотензивные препараты в вышеуказанных дозах.

Пациенты, входящие в разные лечебные группы, не отличались по полу и возрасту. Больные обследовались в динамике: до лечения, после месячного курса терапии и через 1,5 месяца после его окончания.

Методы исследования

У всех больных проводили общее клиническое обследование с использованием общепринятых методов исследования и заполнением карты наблюдения, а также рентгенологическое исследование суставов.

Интенсивность болевого синдрома в суставах оценивали с помощью 100-миллиметровой визуально-аналоговой шкалы (ВАШ) и суставного индекса Ричи.

Динамику артериального давления у больных с комбинацией OA и ГБ оценивали на основании офисного измерения АД на плечевой артерии с помощью аппарата Digital Blood Pressure monitor UA-767C, фирмы A&D (Япония). Измерение АД проводили в соответствии с правилами измерения АД, изложенными в Национальных рекомендациях по диагностике и лечению АГ (2001, 2004). Эхо-кардиоскопию у всех больных с комбинацией OA и ГБ проводили в отделении функциональной диагностики МУЗ КБ им. Н.А.Семашко (главный врач - Заслуженный врач РФ к.м.н. В.П.Пакин) на аппарате Aloka-1500.

Выраженность астении (А) в баллах оценивали с помощью теста Л.Д.Малковой (1978) и шкалы MFI-20 (Multidinensional Fatigue Inventory. E.M.Smets et al., 1995). Тест Л.Д.Малковой (А-МАЛ) позволяет определить не только наличие астении в целом, но и оценить такие отдельные ее проявления,

как ядерные признаки, вегетативные, общеневротические, цефалгические и диссомнические нарушения. Шкала MFI - 20 позволяет оценить общую астению, физическую астению, психическую астению, снижение активности и снижение мотивации.

Выраженность тревоги (Т) и депрессии (Д) в баллах оценивали с помощью «Госпитальной шкапы тревоги и депрессии» (А.Н.Белова, О.Н.Щепетова, 2002), созданной для использования именно у соматических больных.

Качество жизни (КЖ) оценивалось на основании самооценки пациентов по шкале VAZ (Visual Analog Scale - Шкала визуальных аналогий, в мм) и шкале DISS (Disability Scale - Шкала недееспособности, в баллах) (L.Tanum., U.F.Malt., 1996). Шкала DISS позволяет судить об уровне работоспособности (DISS-P), общественной (DISS-O) и семейной (DISS-C) жизни.

Определение диеновых (ДК) и триеновых конъюгат (ТК) проводили по методу Placer в модификации И.Д.Стальной (1977). Содержание ДК выражали в Е 233/мл сыворотки. Содержание ТК выражали в Е 273/мл сыворотки.

Определение свободного (СОП) и белковосвязанного (БСОП) оксипро-лина проводили по методике, описанной П.Н.Шараевым (1981). Результаты выражали в ммоль/л.

Статистический анализ проводили при помощи программного пакета STATISTICA 6.0. Для оценки достоверности различий использовали t-критерий Стьюдента, разностный метод. Для определения наличия связи между различными параметрами рассчитывали коэффициенты корреляции. За уровень достоверности принят уровень значимости 95% (р<0,05).

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ

Проведенное исследование показало, что у большинства пациентов боли в суставах возникали после физической нагрузки (89 человек - 90,8%), значительно реже - в начале движения - "стартовые боли" (25 больных - 25,5%). У 11 человек (11,2%) боли появлялись при нагрузке.

При субъективной оценке боли пациентами по ВАШ (табл. 2) по группе больных в целом установлено, что интенсивность артралгии при олиго- и по-лиОА достоверно выше, чем при моноОА.

Отличия интенсивности артралгии у мужчин и женщин по ВАШ (60,6±3,8 и 64,8±1,7 соответственно, р>0,05) отсутствуют, однако индекс Ричи у мужчин достоверно меньше, чем у женщин (1,17±0,2 против 2,04±0,1 балла соответственно, р<0,05). Зависимости выраженности болевого синдрома от стадии заболевания, наличия или отсутствия ФНС, а также сопутствующей ГБ не выявлено (р>0,05).

Таблица 2

Показатели ВАШ в зависимости от клинических вариантов остеоартроза

Клиническая форма OA Стадия OA Степень ФНС

1 2 3 4 5 6 7

моно олиго поли 1 2-3 0 1

56,8±3,8 67,0±2,2 64,8±2,0 60,2±3,1 65,1±1,8 63,1±2,0 64,9±2,0

pl-2<0,02; р2-3>0,05; pl-3<0,05 р4-5>0,05 рб-7>0,05

Примечание: р - обозначены достоверные (р<0,05) различия по критерию Стьюдента в соответствующих подгруппах

Установлена положительная корреляционная зависимость между значениями индекса Ричи и стадией ОА (г=+0,3).

Явления А по данным теста Л.Д.Малковой и шкалы МР1-20 выявлены у всех обследованных больных, при этом у подавляющего числа обследованных выявлена умеренная степень астенизации. Общий уровень А по группе обследованных в целом и в подфуппах с ОА и комбинацией ОА с ГБ достоверно выше, чем в контрольной группе (рис.1). У больных с сочетанием ОА и ГБ выраженность А по обеим шкалам достоверно превышает таковую при изолированном ОА. По-видимому, это свидетельствует о том, что у больных с соче-танной патологией (патология суставов и АГ) клинические проявления каждого из них взаимно отягощают друг друга.

Л.Д.Малкова MFX-20

Достоверность различий по сравнению с контролем -Д-- Достоверность различий между ОА и ОА+ГБ

Рис. 1 Выраженность астении (в баллах) по тесту Л.Д.Малковой и MFI-20

Установлено достоверное нарастание степени астении по шкале Л.Д.Малковой с увеличением стадии ОА и тенденция (р<0,01) к увеличению астенизации при полиОА, по сравнению с олиго- и моноОА. У женщин астенический синдром по тесту Л. Д. Майковой достоверно выше, чем у мужчин.

Достоверных отличий выраженности астении при разных стадиях и степенях ГБ как по тесту Л. Д. Малковой, так и по шкале MFI-20 не выявлено. Вместе с тем, установлены достоверные положительные корреляционные связи между уровнем астении и стадией и степенью ГБ (г=+0,2 в обоих случаях, р<0,05).

Наиболее часто по шкале Л.Д.Мапковой выявляются цефалгические (64,3% обследованных), общеневротические (62,3%), несколько реже - вегетативные (53,1%), диссомнические (52,0%) и наиболее редко - ядерные (40,8%) проявления астении. Установлено, что вегетативные нарушения выражены достоверно сильнее у женщин, чем у мужчин, как по группе больных в целом, так и в подгруппе с сочетанием ОА и ГБ. Общеневротические проявления астении у мужчин достоверно выше при комбинации ОА и ГБ, чем при одном ОА.

Среди проявлений астении, выявляемых с помощью шкалы MFI-20, преобладают физическая (у 86,7% больных), общая астения (у 81,6%) и снижение активности (у 71,4%). Существенно реже наблюдаются психическая астения (у 30,6%) и снижение мотивации (у 27,6%). Степень общей, физической, психической астении и снижения мотивации у пациентов с сочетанием

ОА и ГБ достоверно выше, чем при одном ОА (рис. 2). В подгруппе больных ОА без ГБ проявления общей астении у женщин выражены достоверно больше, чем у мужчин. Другие проявления астении не имеют достоверных различий у мужчин и женщин. Существенных различий отдельных проявлений астении по обеим шкалам в зависимости от стадии ОА, клинической формы болезни, ФНС, стадии и степени ГБ не установлено.

Т-Г -достоверность различий между ОА и ОА+ГБ

Рис.2 Выраженность отдельных проявлений астении (в баллах) по шкале МИ-20 у больных остеоартрозом и его сочетанием с гипертонической

болезнью

Проявления Т и/или Д отмечены у 70 (71,4%) больных О А. В частности, у 32 (32,7%) пациентов выявлена Т, у 10 (10,2%) - Д, а у 28 (28,6%) - Т в сочетании с Д. У 22 (36,7%) больных Т была выражена субклинически, а у 38 (63,3%) - наблюдалась клинически выраженная тревога. Депрессия у 32 больных (32,7%: 24 - с ОА+ГБ и 8 - с ОА) была субклиническая, у 6 больных с ОА в комбинации с ГБ (6,1%) - клинически выраженная.

Уровень тревоги (рис. 3) у женщин достоверно больше, чем у мужчин, а симптомы Д выявлены только у женщин.

Зависимости выраженности Т и Д от наличия или отсутствия ГБ не выявлено (р>0,05). Не было обнаружено зависимости интенсивности Т и Д и от стадии ОА, ФНС и клинической формы ОА, а также стадии и степени ГБ (р>0,05).

-ЙГ

Рис. 3 Выраженность тревоги (в баллах) у мужчин и женщин, больных . , остеоартрозом

Зависимости выраженности Т и Д от наличия или отсутствия Г Б не выявлено (р>0лШ, Не было обнаружено зависимости интенсивности Т и Д И от стадии ОД, ФНС и клинической формы OA, а тйк же стадии и степени ГБ (р>0,05).

Выявлены положительные корреляционные связи между степенью выраженности Т и Д (г—0,53, р<0.05), Т и А (г—0,68, р<0,05), Д и А (г—Ю,36. р<0,05).

Установлено достоверное снижений качества жизни по шкалам VAZ (рис. 4) и DISS по группе обследованных в целом и в подгруппах OA и ОА+ГБ. по сравнению с контрольной группы.

Женщины как по грухспе в не дам, так и в подгруппах с Одним OA и сочетанием OA с ГБ, оценивают качество жизни по шкалам VA7, (рис 4) и DISS существенно ниже, чем мужчины

Отличий качества жизни по VAZ у пациентов с OA в зависимости от наличия ГБ не установлено. Качество жизни по VAZ и DISS не зависит от стадии OA, ФИС и клинической формы OA, а также стадии ГБ, однако нарастание степени ГБ способствует достоверно (р<0,05) большему снижению работоспособности и активности общественной жизни и тенденции (р<0.!) к ухудшению личной жизни по шкале DISS.

Установлена обратная корреляция между уровнем Т и Д и качеством жизни но шкале VAZ (соответственно г=-0,3, г=-0,3, р<0,05), уровнем Т и работоспособностью по шкале DISS (i^-0,5, р<0,05).

отз с..1 \ гО группа и немгтрют.

IK-J'.o M

Достоверность различий по сравнению с контролем Достоверность различий между мужчинами и женщинами

Рис.4 Качество жизни по шкале VAZ (в мм) у мужчин и женщин при остсо-артрозе и его комбинации с гипертонической болезнью

Проведенное исследование выявило достоверное повышение уровня ДК и ТК (табл. 3) по группе больных е целом и в подгруппах пациентов с ОА и ОА i ГБ, по сравнению с контролем.

Можно предполагать, что активация ПОЛ у обследованных больных ОА может быть обусловлена наличием у них хронического болевого синдрома и обусловленного им хронического болевого стресса.

Установлено, что уровень ДК у лиц с сочетанием ОА и ГБ выше, чем у обследованных с изолированным ОА (р-0,05). Достоверных различий актин-

ности ПОЛ в зависимости от стадии ОА, степени ФНС и клинической формы ОА не выявлено, однако активность ПОЛ у больных ОА в комбинации с ГБ 2-3 стадии и 3 степенью ГБ выше, чем у пациентов с ОА в комбинации с ГБ 1 стадии и 1 степени.

Установлено достоверное повышение концентрации СОП и БСОП в крови в группе больных ОА в целом и в подгруппах лиц с одним ОА и с сочетанием ОА и ГБ, по сравнению с контрольной группой (табл. 3). При 2-3 стадии ОА концентрация СОП достоверно выше, чем при 1 стадии, что свидетельствует о более высоком уровне распада коллагена при 2-3 стадии ОА. Установлена положительная корреляционная связь между содержанием в крови СОП и стадией ОА (г=+0,51, р<0,05). Уровень БСОП имеет только тенденцию (р<0,1) к нарастанию при увеличении стадии болезни. Концентрация СОП в крови при олиго- и полиОА больше (р<0,05), чем при моноОА. Совокупность этих данных свидетельствует о нарушении синтеза и распада коллагена у больных ОА.

Таблица 3

Уровни диеновых и триеновых конъюгат, свободного и белковосвязанного оксипролина по группе больных в целом и в подгруппах с остеоартрозом

и его сочетанием с гипертонической болезнью

Больные ОА п=36 Больные ОА+ГБ п=62 Всего п=98 Контроль п=50

дк 1,63±0,04" л 1,74±0,03" А 1,70±0,03" 1,29±0,08

тк 0,87±0,02" 0,85±0,02" 0,86±0,0Г 0,67±0,06

СОП 0,064±0,002"л 0,068±0,00ГЛ 0,066±0,0008" 0,034±0,0007

БСОП 0,117±0,003"(л) 0,120±0,002"(л) 0,118±0,002" 0,081±0,0005

Примечание:' - обозначены достоверные (р<0,05) различия по критерию Стьюдента между больными и контрольной группой

л - обозначены достоверные (р<0,05) различия по критерию Стьюдента между больными ОА и ОА+ГБ

( ) - обозначена тенденция (р<0,1) различия по критерию Стьюдента в соответствующих подгруппах

Выявлены достоверные отличия содержания СОП и БСОП в крови больных ОА в зависимости от наличия ГБ. В частности, в подгруппе больных с ОА и ГБ уровень СОП в крови достоверно больше, чем при изолированном ОА, а БСОП имеет лишь тенденцию быть выше (р<0,1). Содержание СОП и БСОП в крови при 2-3 стадии и 2-3 степени ГБ достоверно выше, чем при ] стадии и 1 степени ГБ. Выявлена положительная коррелятивная связь между показателями СОП и стадией (г=+0,3, р<0,05) и степенью (г=+0,34, р<0,05) ГБ. Эти данные позволяют предполагать, что ГБ способствует изменению метаболизма ОП, являющегося маркером обмена в соединительной ткани.

Анализ динамики исследованных показателей на фоне терапии показал, что при любом исследованном варианте лечения после окончания месячного курса терапии интенсивность артралгии достоверно снизилась, по сравнению с исходным уровнем (табл. 4). Однако в подгруппах с ТТ+М и М болевой

синдром в суставах уменьшился в большей степени, чем при ТТ (р<0,05). Через 1,5 месяца после окончания всех исследованных вариантов терапии выраженность болевого синдрома в суставах по ВАШ и индексу Ричи оставалась достоверно ниже, чем до лечения, причем в подгруппах с ТТ+М и М и в этот срок наблюдения показатели ВАШ были ниже, чем после ТТ.

Таблица 4

Динамика ВАШ и индекса Ричи у больных остеоартрозом в зависимости

от вида терапии

Показатель ТТ п=34 ТГ + М п=37 М п=27

До лечения После лече-.ния Через 1,5 месяца До лечения После лечения Через 1,5 месяца До лечения После лечения Через 1,5 месяца

ВАШ (мм) 61,5±2,0 а е 38,2±2,6 ало 39,3±2,2 Сло 63,5±2,7 ае 30,0±2,7 «Л 32,5±2,7 «л 62,9±2,9 ас 31,3±3,1 ао 32,3±3,1 со

индекс Ричи 2,1 ±0,2 а е 0,9±0,2 л 1,0±0,2 аел 1,9±0,2 а е 0,2±0,1 ал* 0,2±0,1 «л* 2,1±0,2 а с 0,7±0,2 а* 0,7±0,2 с*

Примечание к таблице: "и"- достоверные (р<0,05) различия между показателями до и после одного месяца лечения в группах с ТТ, ТТ+М и М разностным методом и по критерию Стьюдента соответственно.

с и й - достоверные (р<0,05) различия между показателями после одного месяца лечения и через 1,5 месяца после окончания курса терапии в группах с ТТ, ТТ+М и М разностным методом и по критерию Стьюдента соответственно.

с и г - достоверные (р<0,05) различия между показателями до лечения и через 1,5 месяца после окончания курса терапии в группах с ТТ, ТТ+М и М разностным методом и по критерию Стьюдента соответственно.

Достоверные (р<0,05) различия по Стьюденту в аналогичные сроки наблюдения в группах с разным лечением обозначены: л - между группами ТТ и ТТ+М; * - между ТТ+М и М; ° - между ТТ и М

В подгруппе больных с ОА+ГБ после всех вариантов лечения САД и ДАД достоверно снизились, по сравнению с исходными данными (табл.5). Наибольшее снижение САД отмечено в группе больных, принимавших М в комбинации с гипотензивными средствами, несколько меньшее - при приеме ТТ+М и минимальное - при ТТ. ДАД через месяц терапии в подгруппах с ТТ+М и М было практически одинаковым и достоверно более низким, чем при ТТ.

Через 1,5 месяца после окончания курса всех вариантов терапии наблюдалось дальнейшее снижение САД, по сравнению с уровнем на момент окончания терапии. При этом в подгруппах с ТТ+М и М САД было ниже, чем при ТТ. Что касается ДАД, то через 1,5 месяца по окончании терапии оно достоверно снизилось, по сравненшо с обследованием сразу после завершения терапии, только в подгруппах с ТТ+М и М.

Все эти данные свидетельствуют о том, что М обладает способностью снижать АД и усиливает гипотензивный эффект антигипертензивных препаратов даже на фоне НПВС, способствующих повышению АД.

Таблица 5

Динамика артериального давления у больных с комбинацией остеоартроза _с гипертонической болезнью в зависимости от варианта терапии_

АД ТТ п=24 тт + м п=26 м п=12

До После Через До После Через До После Через

лечения лечения 1,5 лечения лечения 1,5 лечения лечения 1,5

месяца месяца месяца

САД 152,5± 140,1± 136,6± 155,8± 135,2± 130,И: 156,9± 128,2± 124,2±

±2,7 ±1,4 ±1,1 ±2,7 ±1,9 ±1,4 ±3,9 ±2,1 ±1,4

а е а сдо ССл0 в е а сл# ССл* ае ас#0 се*о

ДАД 91,1± 88,4± 87,6± 93,0± 84,0± 82,0± 93,0± 83,8± 81,0±

±2,1 ±1,4 ±1,1 ±1,5 ±1,0 ±0,9 ±2,9 ±1,5 ±0,5

а е ало СО ае асл* С С е ас*о сео

Примечание к таблице: 'и'- достоверные (р<0,05) различия между показателями до и после одного месяца лечения в группах с ТТ, ТТ+М и М разностным методом и по критерию Стьюдента соответственно.

с и '' - достоверные (р<0,05) различия между показателями после одного месяца лечения и через 1,5 месяца после окончания курса терапии в группах с ТТ, ТТ+М и М разностным методом и по критерию Стьюдента соответственно.

с и г - достоверные (р<0,05) различия между показателями до лечения и через 1,5 месяца после окончания курса терапии в группах с ТТ, ТТ+М и М разностным методом и по критерию Стьюдента соответственно.

Достоверные (р<0,05) различия по Стьюденту в аналогичные сроки наблюдения в группах с разным лечением обозначены: л - между группами ТТ и ТТ+М; * - между ТТ+М и М; ° - между ТТ и М

Анализ динамики проявлений А у обследованных больных на фоне лечения показал, что по данным теста Л.Д.Малковой после 1 месяца терапии выраженность А достоверно снизилась, по сравнению с исходным уровнем, при любом варианте лечения как по группе обследованных в целом (табл. б), так и в подгруппах с ОА и комбинацией ОА и ГБ, однако в подгруппе с М снижение проявлений А было достоверно больше, чем при ТТ и ТТ+М. По шкале МР1-20 после месячного курса терапии уровень астении достоверно снизился только в подгруппах с ТТ+М и М, причем в подгруппе с М выраженность астении в этот срок была ниже, чем при ТТ+М.

Через 1,5 месяца после окончания лечения выраженность А по обоим тестам оставалась ниже исходной только в подгруппах с ТТ+М и М, при этом уровень А в подгруппе с М был достоверно ниже, чем в подгруппах с ТТ и ТТ+М.

При исследовании динамики отдельных проявлений А по шкале Л.Д.Малковой после 1 месяца лечения по группе в целом отмечено достоверное, по сравнению с исходным уровнем, снижение выраженности ядерных, вегетативных и диссомнических нарушений при всех вариантах терапии. Вместе с тем, уровень ядерных и вегетативных проявлений в подгруппах с ТТ+М и М был достоверно ниже, чем в группе с ТТ, как после месяца лечения, так и через 1,5 месяца после его окончания. Степень общеневротических и цефалгических проявлений А после лечения, независимо от вида терапии, не отличалась от исходной. Динамика отдельных проявлений А в подгруппах

больных с OA и ОА+ГБ в зависимости от варианта лечения повторяет таковую по группе в целом. . .

< Таблица 6

Динамика уровня астении, тревоги и депрессии, качества жизни по VAZ и DISS в зависимости от варианта

ТТ ТТ+М , М

До После Через До После Через До После Через

лече- лече- 1,5 лече- лече- 1,5 лече- лече- .1,5

ния ния месяца ния ния месяца . ния ния месяца

А-Мал Ю5,0± 99,9± 100,0± 110,1± 96,2± . 98,3± 108,1± 84,9± 86,7± ,

(баллы) ±2,6 . ±2,5 ±2,5 ±2,9 ±2,1 ±2,1 ±3,0 ±1,8 ±1,7

а а° О ае а1 *е ае

МР1-20 59,1± 55,6± 55,2± 62,4± 52,5± 55,0± 58,7± 45,1± 47,0±

(баллы) ±1,4 ±1,3 ±1,3 ±1,6 ±1,4 ±1,4 ; ±1,0 ±1,6 ±1,6 ,

ол а е ' * Г ■е * а е » фО с

Т 11,8± 9,1± 9,3± 11,9± 7,9± 8,1± . 11,5± 7,7± 7,9±

(баллы) ±0,6 ±0,5 ±0,5 ±0,7 ±0,5 ±0,5 ±0,6 ±0,5 ±0,5

а е а О е а е а ё а е а С) е

Д 10,2± 8,5± 8,6± 10,4± 7,3± 7,4± 9,5± 6,7± 6,9± .'.

(баллы) ±0,6 ±0,8 ±0,7 ±0,6 ±0,4 ±0,5 ±0,4 ±0,5 ±0,4 .

а е а е а е аП е

60,9± 77,5± 78,4± 57,8± 82,2± 82,0± 57,8± 79,8± 80,9±

(мм) ±1,9 ±1,2 ±1,2 ±1,7 ±1,1 ±1,2 ±2,1 ±1,3 ±1,2 '

а е ал ел а е аЛ еА ае а е ■

ОВ8-Р 7,4± 8,4± 8,4± 7,0± 8,7± 8,7± 7,1± 8,9± 8,9±

(баллы) ±0,2 ±0,1 ±0,1 ±0,2 ±0,1 ±0,1 ±0,2 ±0,1 ±0,1

а е аЛО а е аЛ ел а е а° е°

окв-с 6,6± 7,9± 7,9± 6,6± 8,6± 8,6± 7,0± 8,6± 8,6±

(баллы) ±0,2 ±0,2 ±0,2 ±0,2 ±0,2 ±0,2 ±0,3 ±0,1 ±0,1

а е ало ело а е ал ел а е а° е°

ШХ.Ч-О 6,2± 6,9± 6,9± 6,3± 8,1± 8,1± 5,8± 7,9± 7,9±

(баллы) ±0,2 ±0,2 ±0,2 ±0,2 ±0,1 ±0,1 ±0,2 ±0,1 ±0,2

а е ало ело а е ал ел а е а°

Примечание к таблице: а и достоверные (р<0,05) различия между показателями до и после одного месяца лечения в группах с ТТ, ТТ+М и М разностным методом и по критерию Стьюдента соответственно.

с и 4 - достоверные (р<0,05) различия между показателями после одного месяца лечения и через 1,5 месяца после окончания курса терапии в группах с ТТ, ТТ+М и М разносным методом и по критерию Стьюдента соответственно. ;

е и - достоверные (р<0,05) различия между показателями до лечения и через 1,5 месяца после окончания курса терапии в группах с ТТ, ТТ+М и М разностным методом и по критерию Стьюдента соответственно.

Достоверные (р<0,05) различия по Стьюденту в аналогичные сроки наблюдения в группах с разным лечением обозначены: Л - между группами ТТ и ТТ+М; * - между ТТ+М и М; ° - между ТТ и М.

( ) - тенденция различии по Стьюденту в аналогичные сроки наблюдения в группах с разным лечением ;.-,.■

Достоверно снизились после месячного курса терапии при всех видах лечения, по сравнению с исходными данными, и все отдельные проявления А по шкале МИ-20. В подгруппах с ТТ+М и М уменьшение этих проявлений А

было достоверно больше, чем при ТТ. В подгруппах пациентов с изолированным OA и при сочетании OA с ГБ динамика проявлений А по шкале MFI-20 сходна с таковой по группе в целом. Через 1,5 месяца по окончании лечения выраженность всех проявлений А по шкале MFI-20 оставалась достоверно ниже, чем до начала любого исследуемого варианта терапии, причем общая и психическая А и снижение мотивации в подгруппах с ТТ+М и М были ниже, чем после ТТ.

Исследование динамики Т и Д показало, что после 1 месяца лечения на фоне всех исследованных вариантов терапии (табл. 6) наблюдается почти одинаковое снижение выраженности Т. Отмечена лишь тенденция (р<0.1) к большему снижению уровня тревоги в подгруппе с М, по сравнению с ТТ. Что касается проявлений Д, то они после курса лечения достоверно снизились (табл. 6) в подгруппах с ТТ+М и М. По истечении 1,5 месяцев после окончания всех вариантов терапии показатели Т были достоверно ниже таковых до лечения и не отличались от данных, полученных непосредственно после курса терапии. Показатели Д через 1,5 месяца после ТТ практически не различались с исходными, а после ТТ+М и М были достоверно ниже таковых до лечения.

Положительная динамика клинических проявлений OA на фоне проводимой терапии способствует улучшению качества жизни больных. После месячного курса терапии при любом варианте лечения отмечено достоверное повышение качества жизни по шкалам VAZ и DISS как по группе в целом (табл. 6), так и в подгруппах с OA и ОА+ГБ. Однако по шкале VAZ качество жизни в подгруппе с ТТ+М повысилось достоверно больше, чем при ТТ, а по шкале DISS по всем разделам качество жизни в данный срок наблюдения в подгруппах с ТТ+М и М было выше, по сравнению с ТТ.

Через 1,5 месяца по окончании лечения качество жизни по шкалам VAZ и DISS во всех лечебных подгруппах было достоверно выше, чем до начала лечения. При этом по шкале VAZ в подгруппе с ТТ+М качество жизни в этот срок было достоверно выше, чем при ТТ, а по шкале DISS по всем разделам качество жизни в подгруппах с ТТ+М и М было выше, чем при ТТ.

Анализ динамики содержания продуктов перекисного окисления липидов в крови - ДК и ТК на фоне разных вариантов лечения показал, что как по группе больных OA в целом, так и в подгруппах с изолированным OA и сочетанием OA и ГБ наблюдается достоверное снижение концентрации ДК (табл. 7) в подгруппах с ТТ+М и М, в отличие от пациентов, принимавших ТТ.

Содержание ТК (табл. 7) достоверно снизилось после всех вариантов терапии, однако ТТ+М и М приводят к достоверно большему снижению уровня ТК, чем ТТ. Через 1.5 месяца после окончания курса терапии в подгруппах с ТТ+М и М концентрация ДК остается достоверно ниже, чем до начала лечения, в то время как при ТТ не отличается от таковой в начале наблюдения. Через 1,5 месяца после окончания терапии содержание ТК в крови больных после всех исследованных вариантов лечения оставалось достоверно ниже такового до начала терапии. Вместе с тем, у больных с ТТ концентрация ТК в данный период была достоверно выше, чем у пациентов, получавших ТТ+М и М.

Таблица 7

Уровень диеновых и триеновых конъюгат, свободного и белковосвязанного _оксипролина в зависимости от варианта терапии_

ТТ п=34 ТГ+М п=37 М П=27

1 2 3 4 5 6 7 8 9

До лечения После лечения Через 1,5 месяца До лечения После лечения Через 1,5 месяца До лечения После лечения Через 1,5 месяца

ДК 1,64± ±0,04 1,57± ±0,04 ло 1,58± ±0,04 ЛО 1,75± ±0,04 ае 1,2б± ±0,01 ас Л 1,29± ±0,01 сел 1,71± ±0,05 1,28± ±0,01 а с о 1,31± ±0,01 СС о

тк 0,84± ±0,02 а с 0,77± ±0,02 а ло* 0,79± ±0,02 « ло 0,87± ±0,02 ас 0,66± ±0,01 а с Л 0,69± ±0,01 сел 0,87± ±0,02 * С 0,66± ±0,01 а с о 0,69± ±0,01 ее о

СОП 0,06б± ±0,002 ¡1С 0,049± ±0,0008 ас л 0,051± ±0,0008 сел 0,068± ±Л,001 а с 0,040± ±0,001 а с л* 0,044± ±0,0008 сел+ 0,065± ±0,002 ас 0,046± ±0,001 а* 0,048± ±0,002

БСОП 0,119± ±0,003 0 С 0,119± ±0,0007 цел 0,108± ±0,001 сел 0,119± ±0,004 а е 0,093± ±0,0009 а с л* 0,096± ±0,0009 сел* 0,115± ±0,002 ае 0,099± ±0,001 0,101± ±0,002 с*

Примечание: а и - достоверные (р<0,05) различия между показателями до и после одного месяца лечения в группах с ТТ, ТТ+М и М разностным методом и по критерию Стьюдента соответственно.

с и 11 - достоверные (р<0,05) различия между показателями после одного месяца лечения и через 1,5 месяца после окончания курса терапии в группах с ТТ, ТТ+М и М разностным методом и по критерию Стьюдента соответственно.

е и г - достоверные (р<0,05) различия между показателями до лечения и через 1,5 месяца после окончания курса терапии в группах с ТТ, ТТ+М и М разностным методом и по критерию Стьюдента соответственно.

Достоверные (р<0,05) различия по Стьюденту в аналогичные сроки наблюдения в группах с разным лечением обозначены: л - между группами ТТ и ТТ+М; * - между ТТ+М и М; 0 - между ТТ и М

При всех исследованных вариантах терапии как по группе больных ОА в целом, так и в подгруппах с изолированным ОА и его комбинацией с ГБ наблюдается снижение концентрации в крови уровня СОП и БСОП (табл. 7), однако степень этого снижения в группах с разными вариантами лечения была различной. Наибольшее уменьшение СОП и БСОП выявлено при ТТ+М, несколько меньшее у больных в подгруппе М, наименьшее снижение обеих фракций оксипролина установлено при ТТ. Через 1,5 месяца после окончания курса терапии концентрация СОП и БСОП при всех вариантах лечения была ниже таковой до начала терапии, причем как и во второй срок наблюдения наименьший уровень СОП и БСОП определен при ТТ+М, несколько больший - в подгруппе с М и наибольший - после ТТ.

Полученные нами данные свидетельствуют о том, что включение М в комплексную терапию больных ОА и, особенно, при его сочетании с ГБ приводит к достоверно большему положительному эффекту, чем одна терапия НПВС. Это проявляется достоверно более выраженным снижением артралгии и большим уменьшением проявлений А, Т и Д, что способствует достоверному повышению разных аспектов качества жизни. У больных с сочетанием ОА

и ГБ включение М в терапию способствует оптимизации гипотензивной терапии. Можно предполагать, что в определенной мере, в основе данных положительных эффектов М может лежать нормализация под его влиянием ПОЛ и обмена ОП. Все это позволяет рекомендовать включать М в комплексную терапию больных ОА и, особенно, с комбинацией ОА и ГБ.

ВЫВОДЫ

1. Интенсивность болевого синдрома у больных остеоартрозом не зависит от наличия сопутствующей гипертонической болезни. Астенический синдром различной степени выраженности выявлен у всех обследованных больных остеоартрозом, причем проявления астении нарастают с увеличением стадии ос-теоартроза. Выраженность астении у женщин больше, чем у мужчин, а у больных с сочетанием остеоартроза и гипертонической болезни - выше, чем у пациентов с остеоартрозом без гипертонической болезни.

2. Наиболее частыми проявлениями астении у больных остеоартрозом являются физическая астения (у 86,7% больных), общая астения (у 81,6%) и снижение активности (у 71,4%). Несколько реже встречаются цефалгические (у 64,3%), общеневротические (у 62,3%), вегетативные (у 53,1%) и диссомни-ческие (у 52,0%) проявления астении. Вегетативные проявления у женщин и общеневротические у мужчин при сочетании остеоартроза и гипертонической болезни выражены достоверно в большей степени, чем при изолированном остеоартрозе. Степень общей и физической астении у пациентов с сочетанием остеоартроза и гипертонической болезни достоверно выше, чем при одном остеоартрозе, независимо от пола обследованных и клинических особенностей заболеваний.

3. У больных остеоартрозом повышен уровень тревоги и депрессии, причем у женщин проявления тревоги выражены сильнее, чем у мужчин, а симптомы депрессии выявлены только у женщин. Выраженность тревоги и депрессии не зависит от наличия сопутствующей гипертонической болезни, стадии и клинической формы остеоартроза, функциональной недостаточности суставов, а также стадии и степени гипертонической болезни.

4. Показатели качества жизни у больных остеоартрозом существенно ниже, чем у лиц контрольной группы. Женщины оценивают качество жизни ниже, чем мужчины. Нарастание степени артериальной гипертензии у больных с комбинацией остеоартроза и гипертонической болезни способствует большему снижению работоспособности и активности общественной жизни. Отмечена обратная корреляционная зависимость между качеством жизни и уровнем тревоги и депрессии.

5. Активность перекисного окисления липидов у больных остеоартрозом достоверно выше, чем в контрольной группе, и не зависит от клинической формы и стадии остеоартроза, а также пола обследованных. У пациентов с сочетанием остеоартроза и гипертонической болезни активность перекисного окисления липидов выше, чем при остеоартрозе без артериальной гипертензии. Наибольшая активность перекисного окисления липидов отмечена у больных остеоартрозом в комбинации с гипертонической болезнью второй-третьей стадии, и, особенно, с третьей степенью артериальной гипертензии.

6. Концентрация свободного и белковосвязанного оксипролина в крови у больных остеоартрозом достоверно выше, чем в контрольной группе. У больных с сочетанием остеоартроза с гипертонической болезнью уровень свободного и белковосвязанного оксипролина в крови выше, чем у пациентов с остеоартрозом без гипертонической болезни.

7. Включение милдроната в комплексную терапию остеоартроза способствует достоверно более выраженному снижению интенсивности болевого синдрома и проявлений астении, тревоги и депрессии, чем традиционная терапия нестероидными противовоспалительными средствами. У больных с комбинацией остеоартроза и гипертонической болезни милдронат потенцирует гипотензивную терапию. Все это определяет позитивное влияние милдроната на качество жизни таких больных

8. Комбинированная терапия больных остеоартрозом, включающая .милдронат, в большей степени, чем традиционная терапия нестероидными противовоспалительными средствами, нормализует активность перекисного окисления липидов и обмен оксипролина.

ПРАКТИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ

1. Исследование выраженности астении, тревоги и депрессии, а также определение в крови активности перекисного окисления липидов и оксипролина, может быть использовано в качестве дополнительных критериев для контроля эффективности лечения остеоартроза.

2. С целью повышения эффективности лечения больных остеоартрозом, особенно в комбинации с гипертонической болезнью, в комплексную терапию таких больных целесообразно включение милдроната в дозе 0.5 три раза в сутки в течение четырех недель.

СПИСОК НАУЧНЫХ РАБОТ, ОПУБЛИКОВАННЫХ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ

1. Распространенность и сочетание поражения опорно-двигательного аппарата и сердечно-сосудистой системы у рабочих завода «Русские краски». В сб. научных работ «Актуальные проблемы современной ревматологии». Волгоград; 2002: 119-120. (Соавторы: Чижов П.А.)

2. Перекисное окисление липидов у больных остеоартрозом, гипертонической болезнью и их сочетании. В кн.: Материалы третьей северо-западной конференции по ревматологии. Псков; 2003: 67-68. (Соавторы: Чижов П.А.)

3. Выявление поражения опорно-двигательного аппарата и сердечнососудистой системы у рабочих завода «Русские краски». «Сборник научных работ студентов и молодых ученых ЯГМА» Ярославль; 2003: 84-85.

4. Динамика перекисного окисления липидов у больных остеоартрозом при комплексном лечении, включающем милдронат. В кн.: Материалы Межрегиональной научно-практической конференции «Что мешает жить пожилому человеку? Болезни суставов и сердца». Ярославль; 2003: 66-67. (Соавторы: Чижов П.А.)

5. Исследование перекисного окисления липидов у больных остеоартрозом, гипертонической болезнью и их сочетании. «Современные аспекты лабораторной диагностики» Ярославль; 2003: 51-52.

6. Содержание оксипролина у больных остеоартрозом и сочетании его с гипертонической болезнью под влиянием терапии, включающей милдронат. «Актуальные проблемы современной ревматологии и кардиологии». Волгоград; 2004: 112-113. (Соавторы: Чижов П.А.)

7. Обмен оксипролина у больных остеоартрозом в сочетании его с гипертонической болезнью. Научно-практическая ревматология 2004; 2: 16. (Соавторы: Чижов П.А.)

8. Показатели астении, тревоги и депрессии у больных остеоартрозом и его сочетании с гипертонической болезнью при комплексной терапии, включающей милдронат. В кн.: Тезисы докладов 11 Российского национального конгресса «Человек и лекарство». М.; 2004: 395. (Соавторы: Чижов П.А.)

9. Милдронат как средство повышения эффективности терапии остеоартроза и его комбинации с гипертонической болезнью. В кн.: Сборник научных работ «60 лет Ярославской государственной медицинской академии». Ярославль; 2004: 343-348. (Соавторы: Чижов П. А., Потапов П.П)

10. Использование милдроната в комплексной терапии гипертонической болезни в комбинации с остеоартрозом. В кн.: Артериальная гипертония: органные поражения и сопутствующие заболевания. Ярославль; 2004: 40-41. (Соавторы: Чижов П.А.)

11. Активность перекисного окисления липидов у больных остеоартрозом и его сочетании с гипертонической болезнью под влиянием терапии, включающей милдронат. В кн.: Сборник научных работ студентов и молодых ученых, Ярославль; 2004: 60-61. (Соавторы: Грачева A.B.)

12. Эффективность милдроната в лечении больных остеоартрозом и его комбинации с гипертонической болезнью. В кн.: Актуальные проблемы современной ревматологии и кардиологии. Волгоград; 2005: 136-137. (Соавторы: Чижов П.А., Табаков В.В.)

13. Динамика болевого синдрома в суставах, артериального давления и качества жизни больных остеоартрозом и сочетанием его с гипертонической болезнью под влиянием терапии, включающей милдронат. Научно-практическая ревматология 2005; 3: 118. (Соавторы: Чижов П.А., Табаков В.В.)

14. Динамика активности перекисного окисления липидов у больных остеоартрозом и его сочетании с гипертонической болезнью под влиянием терапии, включающей милдронат. В кн.: Актуальные вопросы клинической лабораторной диагностики. Тезисы 5 межрегиональной научно-практической конференции. Ярославль; 2005: 80-84. (Соавторы: Чижов П.А.)

15. Коррекция активности перекисного окисления липидов у больных остеоартрозом и его сочетания с гипертонической болезнью под влиянием терапии, включающей милдронат, в амбулаторных условиях. В кн.: Первичная медико-санитарная помощь: проблемы и перспективы развития. Материалы 20 научно-практической конференции. Ярославль; 2005: 70-72. (Соавторы: Чижов П.А.)

16. Качество жизни больных остеоартрозом и его сочетании с гипертонической болезнью под влиянием терапии, включающей милдронат. В кн.: Сборник научных работ студентов и молодых ученых. Ярославль; 2005: 69-70. (Соавторы: Табаков В.В., Сидорова М.В.)

17. Динамика болевого синдрома в суставах при остеоартрозе под влиянием комплексной терапии, включающей милдронат. В кн.: Актуальные проблемы современной ревматологии и кардиологии. Волгоград; 2005: 131-132. (Соавторы: Чижов П. А.)

18. Динамика болевого синдрома в суставах у больных остеоартрозом под влиянием комплексной терапии, включающей милдронат. В кн.: Новый курс: консолидация усилий по охране здоровья нации. Материалы 1 Национального конгресса терапевтов. Москва; 2006: 206-207. (Соавторы: Чижов П.А., Чера-нёваС.В.)

19. Методы лечебной физкультуры в комплексной терапии коксартроза. В кн.: Новый курс: консолидация усилий по охране здоровья нации. Материалы 1 Национального конгресса терапевтов. Москва; 2006: 237. (Соавторы: Чижов П.А., Черанёва C.B.)

20. Динамика болевого синдрома, артериального давления и качества жизни больных остеоартрозом и его сочетании с гипертонической болезнью под влиянием терапии, включающей миддронат. В кн.: Тезисы докладов 13 Российского национального конгресса «Человек и лекарство». М.; 2006: 325. (Соавторы: Чижов П.А., Плотников А.Б., Новикова Е.Я., Стовичек Е.П., Савичева C.B. и др.)

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМЫХ СОКРАЩЕНИЙ

А - астения

А-Мал - астения по Л.Д.Малковой АГ - артериальная гипертензия БСОП - белково-связанный оксипролин ВАШ - визуально-аналоговая шкала ГБ - гипертоническая болезнь Д - депрессия

ДАД - диастолическое артериальное давление

ДК - диеновые конъюгаты

M - лечение милдронатом без НПВС

НПВС - нестероидные противовоспалительные препараты

ОА - остеоартроз

ОП - оксипролин

ПОЛ - перекисное окисление липидов САД - систолическое артериальное давление СОП - свободный оксипролин Т - тревога

ТК - триеновые конъюгаты TT - традиционная терапия

ТТ+М - традиционная терапия + милдронат ФНС - функциональная недостаточность суставов ЭХО-кс — эхокардиоскопия

DISS - Disability Scale (Шкала недееспособности) DISS-O - уровень общественной жизни по шкале DISS DISS-P - уровень работоспособности по шкале DISS DISS-C - уровень семейной жизни по шкале DISS

MFI-20 - Multidimensional Fatigue Inventory (Многообъемная шкала усталости)

VAZ - Visual Analog Scale (Шкала визуальных аналогий)

Лицензия ПД 00661. Подписано в печать 9.08.07. Формат 60x84 1/16. Бумага белая. Печать ризограф. Печ. л. 1. Тираж 100. Заказ 1085.

Отпечатано в типографии Ярославского государственного технического университета

150000 Ярославль, ул. Советская, 14а. Тел. 30-56-63

 
 

Оглавление диссертации Стовичек, Ольга Александровна :: 2007 :: Ярославль

ВВЕДЕНИЕ.

ГЛАВА 1. ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ.

ПАТОГЕНЕЗ, КЛИНИЧЕСКИЕ ПРОЯВЛЕНИЯ И ЛЕЧЕНИЕ ОСТЕО-АРТРОЗА.

1.1. Патогенез остеоартроза.

1.1.1. Общие вопросы патогенеза остеоартроза.

1.1.2. Обмен коллагена при остеоартрозе и гипертонической болезни.

1.1.3. Перекисное окисление липидов при остеоартрозе и гипертонической болезни.

1.2. Клинические проявления остеоартроза.

1.2.1. Боль и нарушение функции суставов при остеоартрозе.

1.2.2. Астения при астеоартрозе и гипертонической болезни.

1.2.3. Тревога и депрессия при астеоартрозе и гипертонической болезни.

1.2.4. Качество жизни больных с остеоартрозом и гипертонической болезнью.

1.3. Лечение остеоартроза.

ГЛАВА 2. КЛИНИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА БОЛЬНЫХ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ.

2.1. Клиническая характеристика больных.

2.2. Методы исследования.

2.2.1. Диагностика астении.

2.2.2. Диагностика тревоги и депрессии.

2.2.3. Качество жизни.

2.2.4. Специальные биохимические методы.

2.2.4.1. Определение диеновых и триеновых конъюгат.

2.2.4.2. Определение свободного и белковосвязанного оксипролина.

2.2.5. Методы статистической обработки.

ГЛАВА 3. КЛИНИЧЕСКИЕ ПРОЯВЛЕНИЯ ОСТЕОАРТРОЗА И ДИНАМИКА КЛИНИЧЕСКИХ ПРОЯВЛЕНИЙ У БОЛЬНЫХ ОСТЕОАРТРО-ЗОМ И СОЧЕТАНИЕМ ЕГО С ГИПЕРТОНИЧЕСКОЙ БОЛЕЗНЬЮ ПОД ВЛИЯНИЕМ КОМПЛЕКСНОЙ ТЕРАПИИ, ВКЛЮЧАЮЩЕЙ МИЛДРО-НАТ.

3.1. Клинические проявления остеоартроза.

3.2. Динамика клинических проявлений у больных остеоартрозом и при сочетании остеоартроза с гипертонической болезнью.

ГЛАВА 4. ПОКАЗАТЕЛИ АСТЕНИИ, ТРЕВОГИ, ДЕПРЕСИИ И КАЧЕСТВА ЖИЗНИ У БОЛЬНЫХ ОСТЕОАРТРОЗОМ И СОЧЕТАНИЕМ ЕГО С ГИПЕРТОНИЧЕСКОЙ БОЛЕЗНЬЮ И ИХ ДИНАМИКА ПОД ВЛИЯНИЕМ КОМПЛЕКСНОЙ ТЕРАПИИ, ВКЛЮЧАЮЩЕЙ МИЛДРО-НАТ.

4.1. Показатели астении, тревоги и депрессии у больных остеоартрозом и сочетанием его с гипертонической болезнью.

4.2. Динамика астении, тревоги и депрессии, качества жизни под влиянием терапии, включающей милдронат.

ГЛАВА 5. АКТИВНОСТЬ ПЕРЕКИСНОГО ОКИСЛЕНИЯ ЛИПИДОВ И СОДЕРЖАНИЕ ОКСИПРОЛИНА У БОЛЬНЫХ ОСТЕОАРТРОЗОМ И СОЧЕТАНИЕМ ЕГО С ГИПЕРТОНИЧЕСКОЙ БОЛЕЗНЬЮ И ИХ ДИНАМИКА ПОД ВЛИЯНИЕМ ТЕРАПИИ, ВКЛЮЧАЮЩЕЙ МИЛДРОНАТ.

5.1. Активность перекисного окисления липидов у больных остеоартрозом и его сочетанием с гипертонической болезнью.

5.2. Содержание оксипролина у больных остеоартрозом и сочетанием его с гипертонической болезнью.

5.3. Динамика показателей перекисного окисления липидов под влиянием терапии, включающей милдронат.

5.4. Динамика показателей обмена оксипролина под влиянием терапии, включающей милдронат.

ОБСУЖДЕНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ ИССЛЕДОВАНИЯ

ВЫВОДЫ.

 
 

Введение диссертации по теме "Ревматология", Стовичек, Ольга Александровна, автореферат

Остеоартроз (OA) - одно из наиболее распространенных заболеваний суставов, особенно в старших возрастных группах. В возрасте старше 60 лет OA страдает 80-97% населения (117, 125). OA характеризуется выраженным болевым синдромом, существенно снижающим двигательную (функциональную) активность больных, приводя к значительному ухудшению качества жизни и инвалидизации больных (89, 233).

Другой актуальной проблемой современного здравоохранения является эссенциальная артериальная гипертензия (АГ). Её практическая значимость обусловлена, с одной стороны, широкой распространенностью - в России АГ страдает около 30% населения. (11, 128), а с другой - тем, что АГ является одним из главных факторов риска развития ИБС, мозгового инсульта и сердечной недостаточности, внося весомый вклад в число летальных исходов от сердечно-сосудистых заболеваний (40, 101). Все это обуславливает необходимость постоянного адекватного контроля артериального давления у таких больных.

OA часто сочетается с АГ (73, 97, 210, 233, 269). Оба эти заболевания имеют общие факторы риска (3, 124, 170, 235) и некоторые общие механизмы патогенеза (225, 226, 256).

Есть данные, что OA и АГ могут взаимоотягощать течение каждого их них в отдельности. Так, по данным Воронковой Н.Б. (2005) и Лыгиной Е.В. (2006) АГ может усиливать болевой синдром в суставах у больных OA. Выраженный болевой синдром приводит к возникновению астении и тревожно-депрессивных симптомов (174, 190, 203, 206, 230, 278, 293), что может способствовать развитию и усугублению АГ. Повышение активности воспалительного процесса при ревматических заболеваниях (PA, OA и др.) приводит к дисфункции эндотелия, что способствует росту периферического сосудистого сопротивления, снижению скоростных показателей кровотока и возрастанию вариабельности и величины АД, повышению нагрузки давлением на сердце (111,284).

Для самой АГ также характерны проявления астении, тревоги и депрессии (27, 122, 171, 186, 195, 275), а это, в свою очередь, может еще в большей степени ухудшать качество жизни больных OA. Астенический синдром и тревожно-депрессивные расстройства при сочетании OA и ГБ выражены значительно больше, чем при каждом заболевании в отдельности (78, 227).

Учитывая вышесказанное, актуальной научной и практической задачей является исследование особенностей клинических проявлений у больных OA при наличии и отсутствии АГ, что позволит разработать более индивидуализированный подход к терапии таких больных.

С современных позиций OA рассматривают, как метаболическое заболевание суставного хряща, обусловленное несбалансированностью процессов репарации и деградации хрящевой ткани (82, 185, 317).

Основное значение в патогенезе OA имеет нарушение метаболизма соединительной ткани, в частности коллагена, маркером которого является ок-сипролин (ОП). Сведения о нарушении обмена коллагена у больных OA немногочисленны и разноречивы (116, 125), а при ГБ вообще единичны (132). Что касается данных об изменениях обмена оксипролина при сочетании OA с ГБ, то они вообще отсутствуют.

Немаловажное значение в патогенезе OA отводится активации пере-кисного окисления липидов (ПОЛ), что приводит к высвобождению провос-палительных цитокинов, нарушению микроциркуляции, структуры коллагена и способствует прогрессированию дегенеративного процесса в суставных тканях (117, 238). Продукты ПОЛ вызывают также повреждение эндотелия сосудов, спазм артериол и повышение общего периферического сопротивления, что может способствовать повышению артериального давления у больных OA и снижать антигипертензивный эффект гипотензивных препаратов у больных с комбинацией OA и ГБ (86, 180). Причем, активации ПОЛ у больных с комбинацией OA и ГБ может способствовать не только OA, но и сама АГ (30, 64, 86, 91). Вместе с тем, работы, посвященные изучению активности ПОЛ при сочетании OA с ГБ, несмотря на их важное практическое значение, в доступной литературе отсутствуют.

У больных с сочетанием OA и АГ могут возникать проблемы с лечением ГБ, поскольку нестероидные противовоспалительные средства (НПВС), традиционно используемые в лечении OA, могут способствовать возрастанию АД (7, 8, 83, 156, 189, 207, 350) или уменьшать антигипертензивный эффект многих лекарственных средств (94, 96, 107, 166, 221, 237).

Все это определяет необходимость поиска новых методов лечения OA, которые, с одной стороны, повысят эффективность его лечения, а, с другой -не будут оказывать негативного влияния на артериальное давление и протиI водействовать влиянию гипотензивных препаратов у больных с комбинацией OA и АГ.

Учитывая патогенез OA и АГ, перспективным в лечении OA, особенно при его комбинации с АГ, представляется использование милдроната. Последний активизирует энергетические процессы в клетке, снижает ПОЛ, предотвращая повреждение клеточных мембран, снижает мышечный тонус, уменьшает симптомы психического и физического перенапряжения (12, 85, 181, 259, 272, 346). Применение М при лечении ГБ оправдано тем, что он обладает способностью увеличивать образование оксида азота и нормализовать сосудистый тонус, не оказывая действия на нормотонические сосуды (165, 260, 322). Исследование эффективности милдроната в терапии OA и его комбинации с ГБ никогда не проводилось.

Цель исследования

Изучить особенности клинических проявлений, обмена оксипролина и перекисного окисления липидов у больных остеоартрозом при наличии и отсутствии гипертонической болезни и исследовать эффективность милдроната в комплексной терапии таких больных.

Задачи исследования

1. Изучить особенности болевого синдрома и проявлений астении, тревоги и депрессии, качества жизни у больных остеоартрозом и его комбинации с гипертонической болезнью.

2. Установить закономерности изменения перекисного окисления липидов и обмена оксипролина при остеоартрозе при наличии и отсутствии гипертонической болезни.

3. Оценить клиническую эффективность милдроната в комплексной терапии остеоартроза и его комбинации с гипертонической болезнью.

4. Изучить динамику перекисного окисления липидов и обмена оксипролина у больных остеоартрозом и его комбинации с гипертонической болезнью под влиянием комплексной терапии, включающей милдронат.

Научная новизна

Впервые проведена комплексная оценка интенсивности болевого синдрома в суставах, проявлений астении, тревоги, депрессии, качества жизни, активности перекисного окисления липидов и обмена оксипролина у больных остеоартрозом и его комбинацией с гипертонической болезнью. Установлено, что наличие гипертонической болезни у больных остеоартрозом не влияет на интенсивность артралгии, но усугубляет проявления астении, тревоги и депрессии и способствует более выраженным нарушениям обмена оксипролина и перекисного окисления липидов.

Впервые изучена эффективность милдроната в комплексной терапии остеоартроза и его комбинации с гипертонической болезнью. Показано, что включение милдроната в терапию больных остеартрозом способствует более эффективному купированию артралгии и уменьшению выраженности астении, тревоги и депрессии, а также более полной нормализации активности перекисного окисления липидов и обмена оксипролина. У пациентов с комбинацией остеоартроза и гипертонической болезни милдронат потенцирует гипотензивное действие антигипертензивных средств.

Практическая значимость

Показана необходимость определения уровня астении, тревоги и депрессии у больных остеоартрозом, особенно при комбинации с гипертонической болезнью.

Разработан новый способ терапии больных остеоартрозом путем включения милдроната в комплексную терапию таких пациентов, позволяющий более эффективно, чем традиционная терапия нестероидными противовоспалительными средствами, купировать различные клинические и биохимические проявления остеоартроза, а у больных с комбинацией остеоартроза и гипертонической болезни, помимо этого, способствовать нормализации артериального давления.

Основные положения, выносимые на защиту.

1. Интенсивность болевого синдрома у больных остеоартрозом не зависит от наличия артериальной гипертензии. Астенический синдром имеет место у всех больных остеоартрозом, а степень его выраженности зависит от стадии остеоартроза. Проявления астенического синдрома у женщин больше, чем у мужчин. Выраженность астении у больных с сочетанием остеоартроза и гипертонической болезни выше, чем у пациентов с остеоартрозом без артериальной гипертензии.

2. Повышение уровня тревоги и депрессии наблюдается более чем у двух третей больных с остеоартрозом. У женщин проявления тревоги выражены больше, чем у мужчин. Депрессия выявляется только у женщин. Выраженность тревоги и депрессии не зависит от клинической формы и стадии остеоартроза. Различия уровня тревоги и депрессии у больных с остеоартрозом при наличии и отсутствии гипертонической болезни отсутствуют.

3. Активность перекисного окисления липидов и концентрация свободного и белковосвязанного оксипролина в крови у больных остеоартрозом выше, чем в контрольной группе. При сочетании остеоартроза с гипертонической болезнью активность перекисного окисления липидов и уровень свободного и белковосвязанного оксипролина в крови достоверно больше, чем у пациентов с остеоартрозом без гипертонической болезни.

4. Включение милдроната в комплексную терапию остеоартроза способствует более выраженному уменьшению артралгии и проявлений астении, тревоги и депрессии, чем традиционная терапия НПВС. У больных с комбинацией остеоартроза и гипертонической болезни милдронат повышает эффективность антигипертензивной терапии.

5. Комбинированная терапия больных остеоартрозом, включающая милдронат, в большей степени, чем традиционная терапия НПВС, нормализует активность перекисного окисления липидов и метаболизм оксипролина.

Апробация работы Основные положения работы и результаты исследований доложены на Межрегиональной научно-практической конференции геронтологов и гериатров (Ярославль, 2003), 3 северо-западной конференции по ревматологии (Псков, 2003), Межрегиональной научно-практической конференции «Что мешает жить пожилому человеку? Болезни суставов и сердца» (Ярославль, 2003), юбилейной научно-практической конференции врачей больницы им. Н.А. Семашко (Ярославль, 2004), 11 Российском национальном конгрессе «Человек и лекарство» (Москва, 2004), 5 межрегиональной научно-практической конференции «Актуальные вопросы клинической лабораторной диагностики» (Ярославль, 2005), 20 научно-практической конференции врачей г. Ярославля «Первичная медико-санитарная помощь: проблемы и перспективы развития» (Ярославль, 2005), 1 Национальном конгрессе терапевтов «Новый курс: консолидация усилий по охране здоровья нации» (Москва, 2006).

Внедрение результатов исследования в практику

Основные положения диссертации внедрены в практику работы терапевтического и кардиологического отделений МУЗ КБ им. Н.А.Семашко и используются для обучения студентов, интернов и ординаторов на кафедре и факультетской терапии ЯГМА. По теме диссертации опубликовано 20 научных работ, из них 6 - в центральной печати.

Объем и структура диссертации

Диссертация изложена на 158 страницах машинописного текста и состоит из введения, обзора литературы, главы, посвященной характеристике обследованных больных и описанию методов исследования, 3 глав собственных исследований, обсуждения полученных результатов, выводов, практических рекомендаций и списка литературы. Указатель литературы включает 358 источников (190 отечественных и 168 зарубежных). Диссертация иллюстрирована 52 таблицами и 5 рисунками.

 
 

Заключение диссертационного исследования на тему "Использование милдроната в комплексной терапии остеоартроза и его комбинации с гипертонической болезнью"

выводы

1. Интенсивность болевого синдрома у больных остеоартрозом не зависит от наличия сопутствующей гипертонической болезни. Астенический синдром различной степени выраженности выявлен у всех обследованных больных остеоартрозом, причем проявления астении нарастают с увеличением стадии остеоартроза. Выраженность астении у женщин больше, чем у мужчин, а у больных с сочетанием остеоартроза и гипертонической болезни - выше, чем у пациентов с остеоартрозом без гипертонической болезни.

2. Наиболее частыми проявлениями астении у больных остеоартрозом являются физическая астения (у 86,7% больных), общая астения (у 81,6%) и снижение активности (у 71,4%). Несколько реже встречаются цефалгиче-ские (у 64,3%), общеневротические (у 62,3%), вегетативные (у 53,1%) и диссомнические проявления астении (у 52,0%). Вегетативные проявления у женщин и общеневротические у мужчин выражены достоверно в большей степени при сочетании остеоартроза и гипертонической болезни, чем при изолированном остеоартрозе. Степень общей и физической астении у пациентов с сочетанием остеоартроза и гипертонической болезни достоверно выше, чем при одном остеоартрозе, независимо от пола обследованных и клинических вариантов заболеваний.

3. У больных остеоартрозом повышен уровень тревоги и депрессии. У женщин проявления тревоги выражены сильнее, чем у мужчин. Симптомы депрессии выявлены только у женщин. Выраженность тревоги и депрессии не зависит от наличия сопутствующей гипертонической болезни, стадии и клинической формы остеоартроза, функциональной недостаточности суставов, а также стадии и степени гипертонической болезни.

4. Показатели качества жизни у больных остеоартрозом существенно ниже, чем у лиц контрольной группы. Женщины оценивают качество жизни ниже, чем мужчины. Нарастание степени артериальной гипертензии у больных с комбинацией остеоартроза и гипертонической болезни способствует большему снижению работоспособности и активности общественной жизни. Отмечена обратная корреляционная зависимость между качеством жизни и уровнем тревоги и депрессии.

5. Активность перекисного окисления липидов у больных остеоартрозом достоверно выше, чем в контрольной группе, и не зависит от клинической формы и стадии остеоартроза, а также пола обследованных. У пациентов с сочетанием остеоартроза и гипертонической болезни активность перекисного окисления липидов выше, чем при остеоартрозе без артериальной гипертензии. Наибольшая активность перекисного окисления липидов отмечена у больных остеоартрозом в комбинации с гипертонической болезнью второй-третьей стадии, и, особенно, с третьей степенью артериальной гипертензии.

6. Концентрация свободного и белковосвязанного оксипролина в крови у больных остеоартрозом достоверно выше, чем в контрольной группе. У больных с сочетанием остеоартроза с гипертонической болезнью уровень свободного и белковосвязанного оксипролина в крови выше, чем у пациентов с остеоартрозом без гипертонической болезни.

7. Включение милдроната в комплексную терапию остеоартроза способствует достоверно более выраженному снижению интенсивности болевого синдрома и проявлений астении, тревоги и депрессии, чем традиционная терапия нестероидными противовоспалительными средствами. У больных с комбинацией остеоартроза и гипертонической болезни милдронат потенцирует гипотензивную терапию. Все это определяет позитивное влияние милдроната на качество жизни таких больных

8. Комбинированная терапия больных остеоартрозом, включающая милдронат, в большей степени, чем традиционная терапия нестероидными противовоспалительными средствами, нормализует активность перекисного окисления липидов и обмен оксипролина.

ПРАКТИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ

1. Исследование выраженности астении, тревоги и депрессии, а также определение в крови активности перекисного окисления липидов и оксипролина может быть использовано в качестве дополнительных критериев для контроля эффективности лечения остеоартроза.

2. С целью повышения эффективности лечения больных остеоартрозом, особенно в комбинации с гипертонической болезнью в комплексную терапию таких больных целесообразно включение милдроната в дозе 0,5 три раза в сутки в течение четырех недель.

 
 

Список использованной литературы по медицине, диссертация 2007 года, Стовичек, Ольга Александровна

1. Алексеева Л.И. Факторы риска при остеоартрозе. Научно-практическая ревматология 2000; 2: 36-45.

2. Алексеева Л.И. Комбинированная хондропротективная терапия следующий шаг в лечении остеоартроза. XIII Конгресс "Человек и лекарство" 2006.

3. Аминова З.М. Значение психологических и других факторов риска в развитии артериальной гипертонии с позиции мембранной теории происхождения. Автореф. Дисс. Канд.мед.наук. Казань; 2004: 24.

4. Амирджанова В.Н.,. Койлубаева Г.М. Методология оценки качества жизни в практике ревматолога. Научно-практическая ревматология 2003; 2.

5. Андреева Г.Ф., Оганов Р.Г. Изучение качества жизни у больных гипертонической болезнью. Тер. архив 2002; 1: 8-16.

6. Андреева Г.Ф, Горбунов В.М., Айвазян Т.А. и соавт. Влияние телмисар-тана на психологический статус и качество жизни больных со стабильной артериальной гипертензией. Экспериментальная и клиническая фармакология. 2004; 6.

7. Аничков Д. А., Шостак Н. А. Суточный профиль артериального давления у больных метаболическим синдромом и остеоартрозом на фоне терапии нестероидными противовоспалительными препаратами. Клиническая медицина 2004; 12: 27-30.

8. Артеменко Н.А., Неделько Е.А., Чвамания М.О., Прохорова И.Е. Выбор нестероидных противовисполительных препаратов при остеоартрозе. Актуальные вопросы современной ревматологии. Сборник научных работ. Волгоград; 2005: 11-12.

9. Артеменко Н.А, Николаева В.А., Прохорова И.Е., Чвамания М.О. Сопутствующие заболевания у больных остеоартрозом. Актуальные вопросы современной ревматологии. Сборник научных работ. Волгоград; 2006: 14-15.

10. П.Архипова С.Л. Свободнорадикальные процессы и психологическиеосо-бенности у женщин при артериальной гипертонии. Дисс. канд. мед. наук. Иваново 2005.

11. Атаханова Л.Э., Ташиу В. Изучение эффективности милдроната у больных климактерической кардиопатией. XI Российский национальный конгресс "Человек и лекарство". Тезисы докладов. Москва; 19-23 апреля 2004: 69.

12. Ахмедов В.А., Винжегина В.А., Судакова А.Н., Розенблит Е.И. Гастропа-тия обусловленная нестероидными противовоспалительными препаратами: от понимания механизмов развития к разработке стратегии лечения им профилактики. Тер. архив 2007; 2: 81-85.

13. Баранова Э.Я. К вопросу о метаболизме коллагена при различных клинических вариантах течения ревматоидного артрита. Диагностика и лечение ревматических заболеваний. Ярославль; 1976: 106-109.

14. Барбараш O.JL, Шибанова И.А., Ровда Е.Ю. и соавт. Оксид азота в формировании тревожных расстройств у больных гипертонический болезнью. Кардиология 2004; 7: 71.

15. Белова А.Н., Щепетова О.Н. Шкалы, тесты и опросники в медицинской реабилитации. Руководство для врачей и научных работников. М: Антидор; 2002:439.

16. Беляев Д.В. Остеопороз у женщин в постменопаузальном периоде с артериальной гипертензией и ИБС. Дисс. канд. мед. наук. Ярославль; 2004: 158.

17. Беневоленская Л.И. Диагностические критерии остеоартроза. В кн.: Современные проблемы ревматологии: тезисы докладов I съезда ревматологов России. Оренбург; 1993: 2-191.

18. Беневоленская Л.И. Эпилемиология ревматических заболеваний вчера и сегодня. В кн.: Избранные лекции по клинической ревматологии. М: Медицина; 2001: 14-20.

19. Быков И. Л. Влияние L-карнитина на метаболические нарушения при экспериментальной недостаточности ацил-КоА дегидрогеназ. Экспериментальная и клиническая фармакология 2004; 6.

20. Бувальцев В.И., Машина С.Ю., Покидышев Д.А. и соавт. Роль коррекции метаболизма оксида азота в организме при профилактике гипертонического ремоделирования сердечно-сосудистой системы. Российский кардиолдоги-ческий журнал 2002; 5: 74-81.

21. Бутрина Л.В. Оптимизация фармакотерапии астенического синдрома у больных с соматической патологией. Автореф. канд. дисс. Волгоград; 2004: 25.

22. Бутылин А.А., Сидоренко Б.А. Влияние ингибиторов АПФ на частоту развития инсульта у больных ИБС с фибрилляцией предсердий. Кардиология 2007; 1: 66.

23. Вебер В.Р., Фишман Б.Б., Иванова Н.В. и соавт. Особенности распространенности тревожно-депрессивного синдрома и поведенческих факторов риска у больных артериальной гипертензией. Росс. мед. ж. 2006; 6: 40-43.

24. Везикова Н.Н., Марусенко И.М., Шошина Е.А. Качество жизни больных гонартрозом. Научно-практическая ревматология 2006; 2. Тезисы II Всероссийской конференции «Социальные аспекты ревматических заболеваний». Воронеж; 24-26 мая. 2006; 25: 78.

25. Вейн A.M., Густов А.В., Руднев В.А. и соавт. Энерион в лечении астении в рамках психовегетативного синдрома (мультицентровое исследование). Лечение нервных болезней. Москва эйдос медиа 2003; 2:10.

26. Велинкевич А.Д., Болевич С.Б., Миронова О.П. и соавт. Свободноради-кальные процессы у больных с хронической ишемией мозга. IX Всероссийский съезд неврологов Ярославль; 20 мая 2 июня 2006: 379.

27. Випартене Д., Ясювеличуте Л., Буткене Б. и соавт. Показатели про- и ан-тиоксидантной системы в крови больных ревматоидным артритом и системной красной волчанкой. Тер. архив 2006; 6: 10-14.

28. Воронкова Н.Б. Особенности клинического течения гонартроза у женщин с метаболическим синдромом. Автореф. дисс. канд. мед.наук. Ярославль; 2005: 28.

29. Вострикова И.Л. Нейрометаболическая терапия астенического синдрома. IX Всероссийский съезд неврологов Ярославль; 20 мая 2 июня 2006: 564.

30. Гайфутдинов Р.Т., Исмагилов М.Ф. Распространенность вегетативных расстройств у мужчин зрелого возраста. IX Всероссийский съезд неврологов Ярославль; 20 мая- 2 июня 2006: 586.

31. Гарганеева Н.П., Тетенев Ф.Ф., Семке В.Я., Леонов В.П. Артериальная гипертония как психосоматическая проблема. Клин. мед. 2004; 1: 35-41.

32. Гафаров В.В., Пак В.А., Гагулин И.В., Гафарова А.В. Депрессия и ИБС. X Российский национальный конгресс "Человек и лекарство". Тезисы докладов. Москва; 7-11 апреля 2003: 433.

33. Гафаров В.В., Громова Е.А., Гагулин И.В., Пилипенко П.И. Депрессия и риск инсульта. IX Всероссийский съезд неврологов Ярославль; 20 мая 2 июня 2006: 386.

34. Герасимов И. Г., Усикова Т. Я., Климовицкий В. Г. Оксипролин мочи на разных стадиях болезни Легг-Кальвье-Пертеса у детей: влияние гипобаро-терапии. Ортопедия, травматология и протезирование 2001; 3: 58 60.

35. Гиляревский С.Р. «Три жизни» каптоприла в эпоху доказательной кардиологии. Кардиология 2007; 1: 82-90.

36. Гогин Е.Е. Гипертоническая болезнь основная причина, определяющая сердечно-сосудистую заболеваемость и смертность в стране. Терапевтический архив 2003; 9: 31-36.

37. Голубев Г., Кригштейн О. Молекулярная патология остеоартроза как основа для создания патогенетически обоснованной структурно-модифицирующейтерапии Международный журнал медицинской практики 2006; 2.

38. Горбунова M.JI. Влияние психофизиологических особенностей на уровень артериального давления у больных артериальной гипертензией. Актуальные проблемы современной ревматологии и кардиологии. Сборник научных работ. Выпуск 21. Волгоград; 2004: 164-165.

39. Горяйнов А.А. Особенности психовегетативного статуса у лиц молодого возраста с артериальной гипертонии. Автореф. дис. канд. мед. наук. Смоленск; 2007.

40. Григорьянц С.Р., Рогаткина Т.Ф., Стажаров М.Ю., Трубенко Ю.Ф. Активность пуриннуклеозидфосфорилазы в лизате эритроцитов больных остеоартрозом.Актуальные вопросы современной ревматологии. Сборник научных работ. Волгоград; 2005: 34-35.

41. Гриднева Т.Д., Добрынина А.Л., Плотников М.Б., Удут В.В. Возможность использования диквертина для лечения остеоартроза в гериатрической практике. Журнал «Бюллетень сибирской медицины». 2006; 3.

42. Гулевская Т.С., Моргунов В.А. Мультиинфарктное состояние головного мозга при атеросклерозе и артериальной гипертонии. IX Всероссийский съезд неврологов Ярославль; 20 мая- 2 июня 2006: 393.

43. Гуревич Д.В., Макаров А.Ю., Помников В.Г. и соавт. Пароксизмальный вариант течения синдрома вегетативной дистонии. IX Всероссийский съезд неврологов Ярославль; 20 мая 2 июня 2006: 395.

44. Дамулин И.Е., Коберская Н.Н., Антоненко Л.М. Влияние милдроната на когнитивные нарушения при дисциркулярной энцефалопатии: клинико-электрофизиологическое исследование. Неврологический журнал 2006; 1: 1 -6.

45. Данилова Т.Г. Применение нестероидных противовоспалительных средств в терапевтической практике. Актуальные вопросы терапии. Избранные лекции. Часть 1,Ярославль-Рыбинск; 2001: 93-122.

46. Джериева И.С., Зибарев А.Л., Баравнова Н.В., Чучина Т.А. Распространенность тревоги и депрессии среди соматических больных. XI Российский национальный конгресс "Человек и лекарство". Тезисы докладов. Москва; 2004: 516.

47. Дзеружинская Н.А. Диагностика и дифференцированное лечение астенических расстройств у пожилых пациенток при кардиологической патологии. Здоровье женщины 2002; 12: 101-104.

48. Доготарь О.А. Воспалительный и оксидативный статусы у пациентов с неосложненной артериальной гипертонией. Эффекты валсартана, телмисар-тана и рилменидина. Автореф. дисс. канд. мед. наук. Москва; 2006: 18.

49. Дробижев М.Ю., Воробьева О.В. Диагностика и лечение депрессий в неврологической практике: современное состояние проблемы. Консилиум ме-дикум 2006;8:109-113.

50. Ершова Е.М. Применение антидеприссантов при депрессивных расстройствах у больных с хроническим болевым синдромом. X Российский национальный конгресс "Человек и лекарство". Тезисы докладов. Москва; 2003: 183.

51. Ибатов А.Д., Сыркин А.Л., Вейн A.M. и соавт. Больные ИБС и депрессией имеют более выраженное поражение коронарного русла атеросклерозом. X Российский национальный конгресс "Человек и лекарство". Тезисы докладов. Москва; 7-11 апреля 2003: 436.

52. Ивченко Г.С. Зависимость изменения активности свободнорадикальных процессов от сроков развития острого панкреатита. Автореф. Дисс. Канд. мед. наук. Владикавказ; 2006: 21.

53. Кесян Г., Уразгильдеев Р., Родионова С. и соавт. Препарат «Целебрекс» в комплексном лечении остеоартроза крупных суставов и переломов мыщелка болынеберцовой кости. Врач 2005; 5: 80-84.

54. Кобалава Ж.Д., Котовская Ю.В., Старостина Е.Г. и соавт. Проблемы взаимодействия врача и пациента и контроль артериальной гипертонии в России. Основные результаты Российской научно-практической программы АРГУС-2. Кардиология 2007; 3: 38-47.

55. Коваленко В. Н., Шуба Н. М., Шолохова Л. Б., Борткевич О. П. Ревматоидный артрит. Диагностика и лечение. К.: МОРИОН; 2001: 272.

56. Колесник Т.В. Вариабельность минеральной плотности костной ткани и некоторых генетических маркеров при остеоартрозе коленных суставов. Автореферат дисс. канд. мед.наук. Москва; 2006.

57. Кондюкова Е.И., Малахов И.С. Влияние психических факторов на формирование хронических болевых синдромов у больных с дорсалгией. IX Всероссийский сьезд неврологов. Ярославль; 20 мая- 2 июня 2006: 260.

58. Коняхин А.Ю., Радзевич А.Э., Каменева Т.Р. и соавт. Милдронат в терапии стенокардии напряжения: метаболические аспекты. XI Российский национальный конгресс "Человек и лекарство". Тезисы докладов. Москва; 19 -23 апреля 2004: 198.

59. Корабельникова Е.А. Клинико-патогенетические варианты психогенных инсомний. IX Всероссийский съезд неврологов. Ярославль; 20 мая- 2 июня 2006: 355.

60. Корочина И.Э., Багирова Г.Г. Можно ли остеоартроз считать компонентом метаболического синдрома? Актуальные вопросы современной ревматологии. Сборник научных работ. Волгоград; 2005: 76-77.

61. Коршунов Н.И. Синдром вегетативной дистонии. Актуальные вопросы терапии. Избранные лекции. Часть Ш. Ярославль-Рыбинск; 2005: 5-28

62. Коршунов Н.И. Остеоартроз. Актуальные вопросы терапии. Избранные лекции. ЧастьШ,Ярославль-Рыбинск; 2005; 143.

63. Кошельская О.А. Влияние милдроната на физическую работоспособность, показатели гемодинамики и кислородногобаланса организма больных стенокардией напряжения. Автореф. диссертации канд.мед. наук. Томск; 1990: 23.

64. Красивина И.Г. Клинико-биохимическое обоснование локального применения оксибутирата Na при остеоартрозе. Дисс. канд. мед. наук. Ярославль; 1996: 144.

65. Кратнов А.Е. Состояние функций кислородзависимого метобализма ней-трофилов и системы антиоксидантной защиты крови у больных первичным деформирующим остеоартрозом, осложненным вторичным синовитом. Дисс. канд. мед. наук. Ярославль; 1998: 139.

66. Кратнов А.Е., Хрусталев О.А, Романов В.А. Влияние симвастатина на ки-слородзависимый метаболизм нейтрофилов и антиоксидантную защиту плазмы крови у больных нестабильной стенокардией. Клиническая фармакология и терапия 2003; 3: 36-39.

67. Курылева К.В. Остеоартроз и метаболический синдром: клиникоиммуно-логические взаимосвязи. Дисс. канд. мед. наук. Ярославль; 2005.

68. Лазебник Л.Б.,. Дроздов В.Н, Коломне Е.В. Сравнительная эффективность и безопасность применения кетопрофена, лорноксикама, нимесулида и целекоксиба у больных остеоартрозом. Русский медицинский журнал; 2004: 14.

69. Лазебник Л. Б., Дроздов В. Н. Эффективность хондроитинсульфата при лечении гонартроза и коксартроза у больных пожилого возраста Терапевтический архив 2005; 8: 64-69.

70. Лазарева Г.А. Иммунометаболические эффекты применения регуляторов энергетического обмена при токсических нарушениях гомеостаза. Автореферат дисс. докт. мед наук. Москва; 2006.

71. Лившиц Л.Я., Нинель В.Г., Кереселидзе Ш.Г., Бубашвили А.И. Количественная оценка интенсивности боли и её значение в противоболевых мероприятиях. Клинические и теоретические аспекты боли: тез. докл. Рос. науч.-практ. конф.; 2001: 33-34.

72. Лившиц В.М., Сидельникова В.И. Медицинские лабораторные анализы. М: Триада; 2003: 269-277.

73. Лила A.M., Карпов О.И. Остеоартроз: социально-экономическое значение и фармакоэкономические аспекты патогенетической терапии. Рус. мед. журн. 2003; 28: 1558-1563.

74. Луцкий М.А., Крылова С.С., Ананьева Е.С. Окислительный стресс в патогенезе инсульта. IX Всероссийский съезд неврологов. Ярославль; 20 мая- 2 июня 2006: 434.

75. Любимцева С.А. Клинико-функциональные и биохимические показатели у больных ишемической болезнью сердца пожилого возраста в процессе комплексной терапии милдронатом. Автореферат дисс. канд. мед наук. Новосибирск; 2006.

76. Лялина В.В. Остеоартроз коленных суставов: современные тенденции медикаментозного лечения, роль селективных ингибиторов циклооксигеназы-2. Консилиум медикум 2006; 8: 24-28.

77. Магомедов С.В., Рой И.В., Сташкевич А.Т. Биохимические изменения в сыворотке крови и тканях межпозвонкового диска у больных остеохондрозом позвоночника. Травма 2001; 3: 246-249.

78. Мазуров В.И., Рассохин В.В., Шостак М.С. Возможности терапии небиво-лолом эссенциальной артериальной гипертензии у больных с сопутствующим остеоартрозом. Кардиология 2004; 5: 54-58.

79. МазуровВ.И., Столов С.В., Якушева В.А. и соавт. Кардиоваскулярные проблемы в ревматологии. Научно-практическая равматология 2006: 28-34.

80. Маколкин В.И. , Меньшикова И.В. Остеоартроз коленного сустава: современный подход к проблеме лечения. Тер. архив 2005; 5: 83-86.

81. Маколкин В.И., Пак Ю.В., Меньшикова И.В. Коксартроз вопросы этиологии, эпидемиологии, клинических проявлений и новых подходов к лечению. Тер.архив 2007: 81-85.

82. Маколкин В.И. Остаются ли Р-блокаторы препаратом выбора при артериальной гипертонии? Клиническая медицина 2007; 3: 73-76.

83. Малкова Л.Д. Астенический синдром при неврозах: Автореф. дисс. канд. мед. наук. Л; 1978.

84. Маношкина Е.М., Метелица В.И., Айвазян Т.А. и др. Влияние длительной монотерапии пропранолоном и нифедипином на качество жизни и психологический статус больных гипертонической болезнью. Тер.архив. 1993; 9: 43-47.

85. Манухина Е.Б., Лямина Н.П., Долотовская П.В. и соавт. Роль оксида азота и кислородных радикалов в патогенезе артериальной гипертензии. Кардиология 2002; 11: 73-84.

86. Манучарян Ю.Г. Особенности клиники и терапии психогенных расстройств с депрессивным аффектом. XI Российский национальный конгресс "Человек и лекарство". Тезисы докладов. Москва; 2004: 242.

87. Манучарян Ю.Г., Хохлов JI.K. Организация психотерапевтической помощи в городе Ярославле и в области. Новости здравоохранения 2007; 1: 58.

88. Мареев В.Ю. Взаимодействие лекарственных средств при лечении больных с сердечно-сосудистыми заболеваниями. Реальна ли кардиологическая безопасность нестероидных противовоспалительных препаратов? Сердце 2003; 4: 152-158.

89. Медведева Л.П., Бочаров Г.П., Сидорова Т.Н., Кулишова Т.В. Новые немедикаментозные технологии в лечении больных с остеоартрозом. II Международный конгресс «Восстановительная медицина и реабилитация». Москва; 2005.

90. Михайлова А.Е. Клинические особенности качества жизни и фармако-экономические аспекты терапии больных остеоартрозом в г. Якутске. Авто-реф. дисс. канд. мед. наук. Якутск; 2006: 18.

91. Мясоедова Н.В., Тхостова Э.Б., Белоусов Ю.Б. Влияние гипотензивной терапии на качество жизни больных артериальной гипертензией. X Российский национальный конгресс "Человек и лекарство". Тезисы докладов. Москва; 2003: 441.

92. Насонов Е.Л. «Болевой синдром при патологии опорно-двигательного аппарата» Врач 2002; 4: 15-19.

93. Насонов Е.Л. Нестероидные противовоспалительные препараты: новые аспекты применения в ревматологии и кардиологии. РМЖ 2003; 23.

94. Насонова В.А., Астапенко М.Г. Клиническая ревматология. М: Медицина. 1989; 432-473.

95. Насонова В.А. Остеоартроз коленного сустава: причины развития, диагностика и профилактика. Consilium medicum 2003; 5: 90-96.

96. Насонова В.А. Современный взгляд на проблему остеоартроза. Справочник поликлинического врача 2004: 3-4.

97. Насонова В.А., Цветкова Е.С. Фармакотерапия остеоартроза. Леч. врач. 2004; 7: 22-26.

98. Небиеридзе Д.В. Дисфункция эндотелия и ее коррекции при артериальной гипертонии. Русс. мед. жур. 2006; 2: 127-131.

99. Недогода С.В.Комбинированная антигипертензивная терапия: все ли комбинации одинаково полезны? Кардиология 2007; 2: 57-64.

100. Недоступ А.В., Федорова В.И., Линевич А.Ю. и соавт. Тревожно-депрессивные и нейромедиаторные нарушения у больных гипертонической болезнью, влияние на них терапии ципрамилом. Тер. Архив 2005; 11: 55-62.

101. Недоступ А.В., Федорова В.И., Соловьева А.Д. и соавт. Психовегетативные соотношения в кардиологии и значение их медикаментозной коррекции. Тер. Архив 2007; 1: 68-73.

102. Новикова Е.Я. Состояние соматического и вегетативного отделов нервной системы при ревматоидном артрите. Дисс. канд. мед. наук. Ярославль; 1987:201.

103. Новикова И.А., Сидоров П.И., Соловьев А.Г. Основные факторы риска развития психосоматических заболеваний. Тер. Архив 2007; 1: 61-64.

104. Носков С.М. Болезни суставов. Ярославль; 2002.

105. Носкова А.С. Длительная перфузия коленных суставов при остеоартрозе и ревматоидном артрите. Дисс. канд. мед. наук. Ярославь; 2004.

106. Оганов Р.Г., Ольбинская Л.И., Смулевич А.Б. и соавт. Депрессии и расстройства депрессивного спектра в общемедицинской практике. Результаты программы КОМПАС. Кардиология 2004; 1: 48-54.

107. Оганов Р.Г., Масленникова Г.Я. Профилактика сердечно-сосудистых заболеваний-реальный путь улучшения демографической ситуации в России. Кардиология 2007; 1: 4-7.

108. Ощепкова Е.В., Довгалевский П.Я., Гриднев В.И. Регистрация артериальной гипертонии Тер. Архив 2007; 1: 46-48.

109. Поливода С.Н., Черепок А.А., Сычев Р.А. Структурно-функциональная перестройка крупных артерий при гипертонической болезни: роль нарушений метаболизма соединительной ткани. Клин. Мед. 2004; 8: 30-33.

110. Полунина Т.Е. Гепатотоксичность лекарственных препаратов. X Российский национальный конгресс "Человек и лекарство". Тезисы докладов. Москва; 2003: 317.

111. Попов И.В. Дистальные неврологические проявления остеохондроза позвоночника и артрозы крупных суставов: дифференциальная диагностика. IX Всероссийский съезд неврологов. Ярославль; 2006: 280.

112. Профилактика, диагностика и лечение артериальной гипертензии. Российские рекомендации (второй пересмотр). Москва; 2004: 20.

113. Рудык Б.И., Фильчагин Н.М., Сабадышин Р.А. Изменение перекисного окисления липидов у больных первичным деформирующим остеоартрозом. Тер. Архив 1988; 9: 110-112.

114. Рыбак В.А., Бабушкин Я.Х., Сажин А.Ф., Курушина А.В. Значение' психологических факторов в патогенезе первичной фибромиалгии. Актуальные проблемы ревматологии. Сборник научных работ. Волгоград 2006; 23:111-112.

115. Светлова М.С., Игнатьев В.К. Применение алфлутопа в лечении больных остеоартрозом. Клиническая медицина 2004; 6: 52-55.

116. Светлова М.С. Эффективность препарата «Артра» в лечении остеоарт-роза(ОА). Научно-практическая ревматология, 2006. №2. Тезисы II Всероссийской конференции «Социальные аспекты ревматических заболеваний». Воронеж; 2006; 147: 109.

117. Серов В.В., Пауков B.C. Воспаление. М: Медицина; 1995: 39-21.

118. Серов В.А., Горбунов В.И. Влияние социально-экономических факторов на приверженность к лечению больных гипертонической болезнью. Клиническая медицина 2007; 3: 65-68.

119. Сизова JI.B. Влияние различных методов лечения на показатели качества жизни больных остеоартрозом. Автореф. дисс. канд. мед. наук. Оренбург; 2004: 24.

120. Симоненко В.Б., Стеклов В.И. Исследование качества жизни у кардиологических больных. Клиническая медицина 2007; 3: 11-15.

121. Смулевич А.Б. Депрессии в общемедицинской практике. Москва; 2001: 253.

122. Стальная И.Д. Метод определения диеновой конъюгации ненасыщенных высших жирных кислот. Современные методы в биохимии. Москва 1977: 63-64.

123. Сухих Е.Н., Немцов Б.Ф. Клиническая эффективность базисной терапии анкилозирующего спондилоартрита. Влияние на качество жизни. Актуальные вопросы современной ревматологии. Сборник научных работ. Волгоград; 2005: 141-142.

124. Сюрин А.А., Кобозев Г.В., Кулагин Ю.И. и соавт. Перекисное окисление липидов и изменение липидных фракций плазмы крови у больных гипертонической болезнью. Вопросы медицинской химии 1991; 2: 26-28.

125. Тихонов П.П., Соколова JI.A. Особенности регуляторных механизмов автономной нервной системы у больных артериальной гипертензией с нарушением суточного профиля артериального давления. Кардиология 2007; 1: 16-21.

126. Туев А.В., Рямзина И.Н., Василец JI.M., Опыт применения милдроната у больных ИБС с нарушениями ритма сердца и перенесших инфаркт миокарда. Российский национальный конгресс кардиологов. Москва. Болезни сердца и сосудов 2006: 1.

127. Фокина Н.М., Дудник Е.Н., Глазачев О.С., Ярцева JI.A. Динамика психофизиологических показателейу пациентов с эпизодическими головными болями напряжения. IX Всероссийский съезд неврологов. Ярославль; 2006: 26.

128. Фоломеева О.М., Амирджанова В.Н., Якушева Е.О. Заболеваемость населения России ревматическими заболеваниями (анализ за 10 лет). Тер. архив 2003; 5: 5-12.

129. Хитров Н. А. Структура заболеваемости остеоартрозом и проблема наличия сопутствующих заболеваний. Тер. архив 2005; 77: 59-64.

130. Цапина Т.Н. Влияние нестероидной противовоспалительной терапии на артериальное давление у больных ревматоидным артритом и остеоартрозом. Автореф. канд. дисс. Москва; 2002: 23.

131. Цветков А.А. Синдром локальной капилляротрофической недостаточности у больных первичным деформирующим остеоартрозом и его лечение. Автореф. дисс. канд. мед. наук. Ярославль; 1990: 22.

132. Цветкова Е.С. Современная терапия остеоартроза патогенетическое обоснование. Тер. Архив 2004; 5: 77-79.

133. Цурко В.В. Строение и функции суставного хряща. Роль цитокинов в патогенезе остеоартроза. Клин, геронтология 2001; 12: 63-69.

134. Чазов Е.И. Депрессия как фактор развития и прогрессирования сердечно-сосудистых заболеваний. Сердечная недостаточнсть 2003; 1: 6-8.

135. Чазова И.Е., Ратова Л.Г. Короткий путь к заветной цели Ко-Ренитек для пациента с АГ. Системные гипертензии. Журнал доказательной медицины для практикующих врачей. Приложение №2. 2005: 3-7.

136. Черенцова Л.В. Особенности метаболизма коллагена по данным свободного и пептидносвязанного оксипролина в крови у больных артритом.

137. Сборник научных трудов. Суставной синдром при ревматических заболеваниях. Москва; 1986: 93-100.

138. Черкесова Е.Г., Грехов Р.А., Харченко С.А. и соавт. Уровень субъективного контроля у больных остеоартрозом. Актуальные проблемы ревматологии. Сборник научных работ. Выпуск 23. Волгоград 2006: 156-157.

139. Чижов П.А: Роль генерализованных нарушений липидного обмена в патогенезе острой и хронической сердечной недостаточности у больных ревматическими пороками сердца, ИБС и возможности их коррекции. Дисс. докт. мед. наук. Ярославль; 1996.

140. Чижов П.А., Савичева С.В., Табаков В.В. Милдронат в комплексной терапи сердечной недостаточности у больных ишемической болезнью сердца в сочетании с хроническим обструктивным бронхитом. I Национальный конгресс терапевтов. Москва; 2006.

141. Чичасова Н.В. Лечение Остеоартроза. РМЖ 2005; 13(8): 539-543.

142. Чурсина Т.В., Молчанов А.В., Михин В.П. Перекисное окисление липидов и антиокислительная защита у больных ИБС и возможности коррекции с помощью велотренировок по методике свободного выбора нагрузки. Тер. архив 2007; 1: 48-52.

143. Шабалин А.В., Любимцева С.А., Каштанова Е.В. и соавт. Милдронат в лечении пожилых ИБС: липидный профиль крови и окислительно-антиоксидантный потенциал липопротеинов низкой плотности. Клиническая геронтология 2005; 11: 20 25.

144. Шараев П.Н. Метод определения свободного и связанного оксипролина в сыворотке крови. Лабораторное дело 1981; 5: 283-285.

145. Шмидт Е.И., Билинская М.А., Белозерова И.В., Солдатов Д.Г., Дмитриева М.Е. Отдаленная эффективность и безопасность хондроитин сульфата (структум) у больных коксартрозом. Тер.архив 2007; 1: 65-67.

146. Шостак Н.А. Остеоартроз: клиника, диагностика, лечение. Врач 2003; 4: 17-21.

147. Эбзеева Е.Ю., Кириченко А.А. Клиническое значение оценки психического статуса точка зрения терапевта. XI Российский национальный конгресс "Человек и лекарство". Тезисы докладов. Москва; 2004: 598.

148. Эрдес Ш.Ф., Галушко Е.А. и соавт. Распространенность суставного синдрома в России. Науч.-практ. ревм. 2005; 3: 576.

149. Эседова А.Э. Особенности минерального обмена и метаболизма костной ткани у женщин в постменопаузе в цоддефицитном районе. Автореф. дисс докт. мед. наук. Москва; 2006: 46.

150. Яльцева Н.В., Коршунов Н.И., Григорьева Н.А. Депрессия и ревматологическая практика. Ярославль; 2006: 71.

151. Adams PF, GE Hendershot, and MA Marano. Current Estimates from the National Health Interview Survey, 1996. National Center for Health Statistics. Vital Health Stat 10(2000). 1999.

152. Abadie E., Ethgen D., Avouac В., et al (GREES). Recommendations for the use of new methods to assess the efficacy of disease-modifying drugs in the treatment of os-teoarthritis. Osteoarthritis Cartilage 2004; 12(4): 263—8.

153. Altman R. Luciardi H. Muntaner J. et al. Efficacy assessment of meloxicam. a preferential cyclooxygenase 2 inhibitor, in acute coronary syndromes without ST - segment elevation. Circulation 2002; 106: 191-195.

154. Ariyo A.A. Haan M. Tangen C.M. et al Depressive symptoms and risks of coronary heart disease and mortality in elderly Americans. Circulation 2000; 102: 1773-1779.

155. Bannwarth B. Acetaminophen or NSAIDs for the treatment of osteoarthritis. Best Practice & Research Clinical Rheumatology. 2006: 117-129.

156. Bartosiawicz G., Mezes M., Nemet Y. Changes in lipid, peroxide and antioxidant blood levels during peroxicam (Hotemin) theatment. Ther-Hang 1993; 2: 67-71.

157. Berger A, Dukes EM, Oster G. Clinical characteristics and economic costs of patients with painful neuropathic disorders. J Pain. 2004; 5(3): 143-9.

158. Bierma-Zeinstra S.M. Oster J.D. Bernsen R.M. Joint space narrowing and relation-ship with signs in adult consulting for hip pain in primary care. J. Rheumatol 2002; 29(8): 1713-1718.

159. Bing O.H.L. Ngo H.Q. Humphries D.E. et al/ /localization of LI (J) collagen mRNA in myocardium from the spontaneously hypertensive rat during the transition from compensated hupertrophy to failure. J.Mol.Cell.Cardiol 1997; 29; 2335-2344.

160. Bjordal JM, Ljunggren AE, Klovning A, Slordal L. Non-steroidal antiinflammatory drugs, including cyclo-oxygenase-2 inhibitors, in osteoarthritic knee pain: meta-analysis of randomised placebo controlled trials. BMJ. 2004; 329(7478): 1317.

161. Bobrzynslci A., Konturek P.C., Konturek S.I. et al. Helicobacter pylori and nonsteroidal anti-inflammatory drugs in perforations and bleeding of peptic ulcers. Med. Sci. Monit. 2005; 3: 132-135.

162. Bookwala J., Harralson TL, Parmelee PA. Effects of pain on functioning and well-being in older adult with osteoarthritis of the knee. Psychol Aging 2003; 18(4): 844-50.

163. Bombardier C, Lane L, Reicin A, et al. Comparison of upper gastrointestinal toxicity of rofecoxib and naproxen in patients with rheumatoid arthritis. New Engl J Med 2000; 343: 1520-1528.

164. Борейко Л.Д.Особенности функционального состояния щитообразной железы, метабол1чних и иммунных нарушений в больных на остеоартроз и их коррекция с помощью ербюолу и рибоксину: Автореф. дис. канд. мед. наук: Ивано-Франковск; 2002: 20.

165. Brander VA, Stulberg SD, Adams AD, Harden RN, Bruehl S, Stanos SP, Houle T. Predicting total knee replacement pain: a prospective, observational study. Clin Orthop. 2003; 416: 27-36.

166. Brater D.C. Harris C. Redfernys Getz B.J. Renal effects of СОХ-2-selective inhibitors. Am. J. Nephrol. 2001; 21: 1-15.

167. Braundt K.D. Chondrocalcinosis. osteoarthritis. Ann. Reum. Dis. 2003; 62: 499-500.

168. Braundt K.D. Neuromuscular aspects of osteoarthritis: a perspective. Novar-tis Found Symp. 2004; 260: 49-58.

169. Braundt K.D. Non-surgical treatment of osteoarthritis: a helf century of "advances". Ann. Rheum. Dis. 2004; 63: 117-122.

170. Burkhardt H., Schwinfel M., Menninger H. Oxygen radicals as effectors of cartilage destruction. Direct degradative effect on matrixs components and indirect action via activation of latent collagenase. Arthr. Rheum. 1986; 3: 379-387.

171. Caglar-Yagci H. Unsal S. Efficacy and safety of ultrasoundguided intraarticular hylan G-F 20 injection in osteoarthritis of the hip: a pilot study. Rheumatol Jnt. 2005; 5: 341-344.

172. Calchoun D.A. Oparil S. High blood pressure in women. Int. J. Fertil Womens Med. 1997; 42: 198-205.

173. Cibere J., Thorne A. et al. Glucosamine Sulfate and Cartilage Type II Collagen Degradation in Patients with Knee Osteoarthritis: Randomized Discontinuation Trial Results Employing Biomarkers J Rheumatol 2005; 32: 896-902.

174. Cimen M.Y. Cimen O.B. Kacmar M.et al. Oxidant/antioxidant ststus of the erythrocytes from patients of rheumatoid arthritis. Clin.Rheumatol 2000; 19(4): 275-277.

175. Chan Y.S., Yuan L.J., Hang S.S. et al. Arthroscopic-assisted reduction with bilateral buttress plate fixation of complex tibial plateau fractures. Arthroscopy 2003; 19(9): 974-84.

176. Chodosh G. Morton S.C. Mojica W. et al. Meta-analysis: chronic disease self-management programs for older adults. Ann. Jntern. Med. 2005; 143(6): 427-438.

177. Chumburidze V., Kikalishvili Т., Sulashvili T. Definition of therapeutic effect of mildronate in patients with chronic heart failure. Georgian Med. News 2005; 122: 25-29.

178. Crofford L.J., Oates J.C., McCune W.I. et al. Thrombosis in patients with connective tissue disease treated with specific cycloxygenase-2 inhibitors: a report of four cases. Arthritis Rheum 2000; 3: 1891-1896.

179. Conlin P. R. Moore T.Y, swartz s.Y et al. rbbect of indomethacin on blood pressure lowering by captopril and losartan in hypertensive patients. Hypertension 2004. 36: 461-465.

180. David D. Derry S, Lolce YK. Risk of gastrointestinal haemorrage with long term use of aspirin. BMJ 2004; 321:1183-1187.

181. DeMaria A.N., Relative risk of cardiovascular events in patients with rheumatoid arthritis. Am. J. Cardiol; 2002: 89.

182. Diaz V., Diaz I., Rojas G., Novogrodsky D. Geriatric assessment in the primary care. Rev Med Chil. 2003; 131 (8): 895-901.

183. Dies G. Laviades C. Mayor G. et al. Yncreased serum concentrations of procollagen peptides in essential hypertension: Relation to cardiac flterations. Cir-cutabion 1995; 91: 1450- 1456.

184. De Luca N., Mallion Y.M., O'Rourke M.F. et al. Regression of left ventricular mass in hypertensive patiens treated with perindopril/indapamide as a first-line combination. The REASON achocardiolography study. Am. Y. Hypertens 2004; 17: 660-667.

185. Druley Y.A., Stephens M.A., Martire LM et al. Emotional congruence in older coping -with wives' osteoarthritis: exacerbating effects of pain behavior. Psychol Aging. 2003; 18(3): 406-14.

186. Escalante A. Haas R.W. Rincon J. Paradoxical effect of body mass index on survival in rheumatoid arthritis: role of comorbidity and systemic inflammation. Arch. Jntern. Med. 2005; 165(4): 1624-1629.

187. Evans P. Halliwell B. Micrometrients: oxidant/antioxidant status. Br.J.Nutr. 2001; 85(2): 67-84.

188. Felson D.T. An update on the pathogenesis and epidemiology of osteoarthritis. Radiol. North Am. 2004; 1: 1-9.

189. Fitzgerald G. A. Cardiovascular pharwacology of nonselective nonsteroidal anti inflammatory drugs and coxibs: climcae conhde rahon. Aw. Y. cardiol. 2002; 89.

190. Folkow B. "Structural Factor" in primary and secondary hypertension. J. Hypertension 2000; 16: 89-101.

191. Французова С.Б., Яценко В.П., Зотов A.C., Антоненко Л.И., Аршинникова Л.Л. Фармакодинамика милдроната. Журн. АМН Украины; 1997; 4: 612-624.

192. Frishman W.H. rbbest of nonsneroidal andi inflammatory brug therapy on blood pressure and peripheral edenia.2002; 89{6a}: 18-25.

193. Fukuzawa K., Soumi K., Iemura M. et al. Dynamics of xanthine oxidase and Fe (3+) ADP - dependent lipid peroxidation in negatively charged phospholipid vesicles. Arch. Biochem. Biophys. 1995; 1: 83-91.

194. Genovese M, Luggen M., Schiff M. et all. Efficacy and safety of abatacept (CTLA 41g), a selective co-stimulation modulator in RA patients not responding adequately to a TNF therapy: results of the phase III ATTAIN trial. Arth. Rheum. 2004; 50: 4103.

195. Goldstein J. L. Challendes in managing NSAJD-associated gastrointerstinal tract injury. Digestion 2004; 1: 25-33.

196. Haskisson EC. Clinical aspects of chondroprotection. Sem Arthr Rheum 1990; 19: 30-2.

197. Hart D.J. Dojle D.V. Spektor T.D. Association between metabolic factors and knee osteoarthritis in women: the Chingford Stady. J. Rheumatol. 1995; 22:6: 1118-1123.

198. Hedbom E., Hfluselmann H.J. Molecular aspects of pathogenesis in osteoarthritis: the role of inflammation. Cell Mol Life Sci 2002; 59: 45—53.

199. Шипов A.M. Антигипоксанты и антиоксиданты в кардиологической практике. Медицинская газета "Здоровье Украины" 2005.

200. Homandberg G.A. Cartilage damade by matrix degradation products: fi-bronectin fragments. Clin. Orthop. 2001; 10: 100-107.

201. Hooper L. Brown T.J. Elliot R The effectiveness of five strategies for the prevention of gastrointestinal toxity induced by non-steroidal anty-inflammatory drugs: systematic review. ACP J. Club. 2005; 142(3): 75.

202. Hurley MV, Mitchell HL, Walsh N. In osteoarthritis, the psychosocial benefits of exercive are as important as physiological improvements. Exerc Sport Sci Rev. 2003; 31(3): 138-43.

203. Jacobsen S. Sonne-Holm S. Sovalte K. The relationship of hip joint spaceto self reported hip pein. A survey of 4151 subjects of the Copenhagen City Heart Study: The Osteoerthritis Substudy. Osteoarthr. Cartilege 2004; 12(9): 692-697.

204. Jasin H.E. Mechanism of joint destruction in rheumatoid arthritis . J.Orthrop. Sci. 2000; 5: 178-181.

205. Jonsson S.W., Backmen C., Johnson O., et al. Yncreased preralence of atherosclerosis in patients with medium term rheumatoid arthritis. J. Rheumatol. 2001; 12: 2597-2602.

206. Jubi A.G., Slceith K., Davis P. Patients awareness, utilization and satisfaction with treatment modalities for the management of the osteoarthritis. Clin. Rheumatol. 2005; 12: 245-250.

207. Калвиньш И .Я. Милдронат механизм действия и перспективы его применения. Рига, 2002.

208. Калвиньш И., Високинскас А., Багдонас Г. И соавт. Mildronate in geriatric patients with cardiac failure. Ter. Arkh. 2006; 78 (9): 75 77.

209. Kalvinsh I., Gutcaits A., Bagdoniete L. et. al Hypothetical gamma-Butyrobetaine esterase-Dependent signal transduction system: possible link to mildronate action. Medical Hypotheses and Research 2006; 3: 803 812.

210. Kanbe K. Talcemura T. Talceuchi K. et. al. Synovectomy reduces stromal-cell-derived factor-1 (SDF-1) which is involved in the destruction of cartilage in osteoarthritis and rheumatoid arthritis. J. Bone. Joint. Surg. Br. 2004; 2: 296-300.

211. Kannel W., Doyle J., Ostfield A. et al. Optimal resources for primaly prevention of atherosclerotic liseases. Circulation 1984; 70: 157-205.

212. Kannel W.B. Vasan R. Levy D. Is the relation ofsystolic blood pressure to risk of cardiovascular disease continuons and graded or are there critical valnes? Hypertension 2003; 42(4): 453-6.

213. Карей Х.Л.Ф. (перевод с англ. Ю.А.Олюнина). Клиническая ревматология. М: Медицина 1990; 5: 12-20.

214. Kean W.F. Kean R. Buchanan WW. Osteoarthritis: symptoms. Signs and source of rain. Inflammopharmacology 2004; 1: 3-31.

215. Kerin A., Patwari P., Kuettner K., et al. Molecular basis of osteoarthritis: biomechanical aspects. Cell Mol Life Sci 2002; 59: 27—35.

216. Kessing LV, Nilsson FM, Siersma V, Andersen PK. No increased risk of developing depression in diabetes compared to other chronic illness. Diabetes Res Clin Pract 2003; 62(2): 113-21.

217. Kitas G., Banks M.J., Bacon P.A. Cardiac involvement in rheumatoid disease clin. Med. 2001; 1: 18-21.

218. Коновалов С.В. Поривняльна оцинка триметазидину, милдронату та кардонату на дисфункцию миокарду, липидний спектр крови и липоперок-сидацию у хворих на ишемичну хворобу сердця: Автореф. дис. канд. мед. Наук. Симферополь; 2006: 20.

219. Krupovnikiene A. Vipartene D. Valiulciene К. Stady of malondialdehyde content total antioxidant and catalase activities in rheumatic diseases. Acta Med. Lithuan 1999; 6(4): 279-282.

220. Лазарева Г.А. Бровкина И.И. Protective effects of the regulators of energy metabolism and essentiale in case of nitrite intoxication. Patologicheskaia Fiziologija I EksperimentaPnaia Terapija Patol. Fiziol. Elcsp. Ter. 2006; 2: 2123.

221. Ruane R., Griffiths P. Glucosamine therapy compared to ibuprofen for joint pain. British Journal of Community Nursing 2002; 7(3): 148—52.

222. Laporte J. Ibanez L. Vidal X. et al. Upper gastrointestinal bleeding associated with the use of NSAIDs: never versus older agents. Drug Saf. 2004; 27: 411420.

223. Larson S.L. Owens P.L. Ford D. Eaton W. Depressive disorder. Dysthymia. and Risk of stroke. Thirteen-Year Follow-up from the Baltimore Epidemiologic Catchment Area Study. Stroke. 2001; 32(9): 1979.

224. Lequesne M., Berdah L., Gerentes I. Efficacite de la diacerheine dans le traitement de la gonarthrose et de la coxarthrose. Rev Prat 1998; 48: 31-36.

225. Lee C, Straus WL, Balshaw R et al. A comparison of the efficacy and safety of nonsteroidal antiinflammatory agents versus acetaminophen in the treatment of osteoarthritis: a meta-analysis. Arthritis Rheum. 2004; 51(5): 746-54.

226. Lin EN, Katon W, Von Korff M. et al. Effect of improving depression care on pain and functional outcomes among older adults with arthritis: a randomized controlled trial.JAMA. 2003; 290(18): 2428-9.

227. Linder J.A., Singer D.E. Health-related quality of life of adults with upper respiratory tract infections. J Gen Intern Med. 2003. Oct 18(10): 802-7.

228. Lippiello L. Glucosamine and chondroitin sulfate: biological response modifiers of chondrocytes under simulated conditions of joint stress. Osteoarthritis Cartilage 2003; 11(5): 335—42.

229. Лысенко И.В. Диагностическая ценность оксипролина и арахидоновой кислоты как биологических маркеров деградации хрящевой ткани Украинский ревматологический журнал. 2006; 2: 24.

230. Май W., Bornmann М., Weber Н., Weidemann H.F. et al. Prediction of permanent work disability in a follow-up study of early rheumatoid arthritis: results of a tree structured analysis using RECPAM. Br J Rheumatol. 1996; 35: 652-659.

231. Margolis D.J., Knauss J., Bilker W. Medical conditions associated with venous leg ulcers. Br J Dermatol. 2004; 150(2): 267-73.

232. Markovitz J.H., Matthews K.A., Wing R.R. et al. Psychological. Biological and health behavior predictors of blood pressure changes in middle-aged women. J.Hypertens 1991; 9: 399-406.

233. Mattace-Raso F, van der Cammen Т., Hofman A. et al. Arterial stiffness and the risk of coronary heart disease and stroke. Circulation 2006; 113: 657-663.

234. Mazzetti I. Grigolo B. Pulsatelli L. et al. Differential roles of nitric oxide and oxygen radicals in chondrocytes affected by osteoarthritis and rheumatoid arthritis. Clin. Sci. 2001; 6: 593-599.

235. Mc Alinder Т., Formica M., LaValley M. Effectiveness of Glucosamine for Symptoms of Knee Osteoarthritis: Results from an Internet-Based Randomized Double-Blind Controlled Trial. Am. J. Med. 2004; 117: 643-649.

236. Migliore A. Tormenta S. Martin G.S. Open pilot stady of ultrasound-quided intraarticular injection of hylan G-F 20 in the treatment of symptomatic hip osteoarthritis. Clin. Rheumatol. 2005; 3: 285-289.

237. Miller C.E. Arthritis and the role of the physician in nonmalignant pein and digsability. J Health Soc Policy 2002; 16: 33-42.

238. Магомедов C.B., Рой И.В., Сташкевич A.T. Биохимические изменения в сыворотке крови и тканях межпозвонкого диска у больных остеохондрозом позвоночника. Институт травматологии и ортопедии АМН Украины, Киев, Украина Травма 2001; 3: 246-249.

239. Mullins CR, Wild TL. Pain management in a long-term care facility: compliance with JCAHO standarts. J Pain Palliat Care Pharmacother 2003; 17(2): 63-70.

240. Mukherjee D, Nissen SE, Topol EJ. Risk of cardiovascular events associated with selective COX-2 inhibitors. JAMA 2001; 286: 954-959.

241. Нарейко E.A. Жирнокислый состав фофатидилэтаноламина синовиальной жидкости: возмодность дифференциальной диагностики при ревматоидном и реактивнах артритах и синовита при остеоартрозе. Дисс. канд. мед. наук. Минск; 2001.

242. Nilsson FM, Kessing LV, Bolwig TG. On the increased risk of developing late-onset epilepsy for patients with major affective disorder. J Affect Disord. 2003; 76(1-3): 39-48.

243. Nishida K., Doi Т., Jnoul H. The role of nitric oxide in arthritic joints: a therapeutic target? Mod. Reumetol. 2000; 10: 63-67.

244. Paet G., Mc Carney. Croft P. Kuec pain and osteoarthritis in older adults: a review at community burden end curreut use of health care. Ann. Rheum. Dis. 2001; 60: 91-97.

245. Panettieri I., Pisino M., Frisotti G. et al. Anti-hypertensive drags do not affect quality of life in hypertensive patients. J. Hypertens. 2002; 18: 33.

246. Pejovic M., Stankovic A., Mitrovic D.R. Lactate dehydrogenase activity and its isoenzymes in serym and synovial fluid of patients with rheumatoid arthritis and osteoarthritis. J. Rheumatol. 1992; 4: 529-533.

247. Pelletier J.P., Martel-Pelletier J., Howell D.S. Etiopathogenesis of osteoarthritis. In: Koopman W.J. ed. Arthritis and allied conditions. A textbook of rheumatology. Baltimore: Williams and Wilkin 2001: 2195-2245.

248. Pelletier J.P., Martel-Pelletier J., Abramson S.B. Osteoarthritis, an inflammatory disease: potential implication for the selection of new therapeutic targets. Arthritis Rheum 2001; 44: 1237—45.

249. Persson G.R., Persson R.E. et al Periodontitis and perceived risk for periodontitis in elders with evidence of depression. J Clin Periodontol 2003; 30 (8): 691-6.

250. Peterson L.E. Strengthening condition-specific evidencebesed home healthcare practice. J Healthe Qual. 2004; 26(3): 10-8.

251. Piechota G., Malkiewicz J., Karwat J.D. Ofeaity as a cause and result of disability. Przegl.Epidemiol 2005; 59(1): 155-161.

252. Pinkus T. Clinical evidence for osteoarthritis as an inflammatory disease. Curr Rheumatoly Rep. 2001; 3: 524-34.

253. Piperno M., Reboul P., Hellio Le Graverand M.P., et al. Glucosamine sulfate modulates dysregulated activities of human osteoarthritic chondrocytes in vitro. Osteoarthritis Cartilage 2000; May; 8(3): 207—12.

254. Priolo J. Bone and joint imaging in rheumatic and orthopedic diseases. Milan: Y Panet S. R. L. Via Agudio; 2002: 59 - 182.

255. Polidori M.C., Stahl W., Eichler O. et al. Profiles of antioxidants in human plasma. Free Radic. Biol. Med. 2001; 30(5): 456-462.

256. Poonam D., Vinay C.S., Gauntam P. Cyclo-oyfenase-2 expression and prostaglandin E2 production in experimental chronic gastric ulcer heatind. Eur/ J. Pharmacol. 2005; 3: 277-284.

257. Pupure J., Isajevs S., Rumaks J. et al. Mildronate, cerebrocrast and glutapyrone as highly active cardioprotectors in the AZT-induced cardiomyopathy in mice. Autonomic & Autacoid Pharmacology 2006; 26: 26151.

258. Ran Н., Lohmanu К., Franke С. et al. Multicenter study of radiosynoviorthe-sis: clinical outcome in osteoarthritis and other disorders with coucomitany synovitis in comparison with rheumatoid arthritis. Naklear med. 2004; 2: 57-62.

259. Rawson N.S., Nouijah P. Jrosser S.C. Factors associatad with celecoxib and rofecoxib utilization. Ann. Pharmacother. 2005; 39(4): 597-602.

260. Reitblat Т., Zamir D., Estis L. et al. The different patterns of blood pressure elevation by rofecoxib and navumetone . J.Hum.Hypertens. 2002; 16: 431-434.

261. Richette P., Dumontier M.F., Francois M. et al. Dual effects of 17beta-oesterleukin 1 beta-induced proteoglycan degradation in chondrocytes. Ann Rheum Dis. 2004; 63(2): 191-9.

262. Ротару JI., Гроппа Л., Ревенко М. Психосоматические нарушения при ревматоидном артрите и коррекция их Миансерин Деситин. Актуальные вопросы современной ревматологии. Сборник научных работ. Волгоград; 2005: 115-116.

263. Singh G., Miller J.D., Lee F.H. et al. Prevalence of cardiovascular disease risk factors among us adnets with self-reported osteoartritis: data from the Third National Heakth and Nutrition Examinetion Survey. Am. J. Manag. Care 2002; 8: 383-391.

264. Savage R. Cycko-oxygenase-2 inhibitors: when should. They be used in the elderty? Drugs Aging 2005; 22(3): 185-200.

265. Schwartz P.M., Heimark R.Z., Majesky M.N. Devebopmental mechamsms underlying pathology of arteries. Phyhol. Rev. 1990; 70: 1177- 1209.

266. Sesti C., Simkhovich B.Z., Kalvinsh I., A Kloner R.A. Mildronate, a novel fatty acid oxidation inhibitor and antianginal agent, reduces myocardial infarct size without affecting hemodynamics. Journal of the Cardiovascular Pharmacology 2006;3:493-499.

267. Shah A., Thiodleibsson В., Murray T. et al. Selective inhibition of COX 2 in humans is associated with less gastrointestinal injury : a comparison of nimejulide and naproxen. Yut 2001; 48: 339 - 346.

268. Sigthjrssjn Y., Crane R., Simjn J. et al. COX 2 inhibibion with robecoxib does not encrease intestinae perweabiliby in healthy subjects a double blind crossorer study comparing rofecoxib with placebo and indomethacin. 2000; 47: 27-42.

269. Singh G., Lanes S., Triadafilopoulos S. Risk of serious upper gastrointestinal and cardiovascular thromboembolic complications with meloxicam. Am. J. Med. 2004; 117: 100-106.

270. Скоробогатько О.Г. Амюдарон и его комбинация с мшдронатом в экспериментальной и клинической фармакотерапии дилятацшно1 KapflioMionaTi'i: Автореф. дис. канд. мед. наук. К.; 2000: 15.

271. Smets Е.М., Garssen В., Bonke В., De Haes J.C. The Multidimensional Fatigue Inventory (MFI) psychometric qualities of an instrument to assess fatigue. J PsychosomRes 1995; 39(3): 315-25.

272. Sowers M., Jannausch. M., Stein E. et al. C-reactive protein as a biomarker of emergent5 osteoarthritis. Osteoarthritis Cartilage 2002; 10: 595-601.

273. Svanidze T.D., Gorgoshidze M.L., Tsintsadze I.N., Glonti T.G. Effects of metabolic triad (25% polarizing solutin, mildronat, preductal MR) in acute myocardial infarction. Georgian Med. News 2006; 131: 49 52.

274. Сулашвили Т. Метаболическая терапия при хронической систолической сердечной недостаточности. Автореф. дисс. канд. мед. наук. Тбилиси; 2006.

275. Takeuchi К., Tanaka A., Hayashi Y. et al. Functional machanism underluing COX-2 expression following administration of indomethacin in rat stomachs: importance of gastric hypermotility. Dig. Dis. Sci. 2004; 2: 180-187.

276. Tang F.L., Wu D.H., Lu Z.G. The afficacy and salety of diacerein in the treatment of painful osteoarthritis of the knee. Jn.: The 11-th Asia Pacific league of associations of rheumatology congress. 2004.

277. Tanum L., Malt U.F. A new pharmacologic treatment of functionl gastroin-ten-stinal disorder. Scand. J. gastroenterol. 1996; 31: 318-325.

278. Tatty P., Pahor M., Byigton R. et al. Outcome results of Fosinopril Versus Amlodipine Cardiovascular Events Randomiset Trial (FASET) in patiente with hypertension andNIDDM//Diabetes Care 1998; 21: 597-603.

279. Tiriz C. Unlu Z. Zener A. Comparison of the effecacy of lower and higher molecular weight viscosupplementation in the treatment of hip osteoarthritia. Clin. Rheumatol. 2005; 5: 235-243.

280. Thumb N. Function of cytokines in cartilage degradation. Wien Med. Wochenschr. 1995; 145; 5: 99-100.

281. Towheed Т.Е., Maxwell L., Anastassiades T.P. et al. Glucosamine therapy for treating osteoarthritis. Cochrane Database of Systematic Reviews 2006; 4.

282. Turner-Bowker D.M., Bayliss M.S., Ware J.E., Jr. Kosinski M. Usefulness of the SF-8 Health Survey for comparing the impact of migraine and other conditions. Qual Life Res. 2003; 12(8): 1003-12.

283. VanDyke M.M., Parker J.C., Smarr K.L., Hewett J.E. et al. Anxiety in rheumatoid arthritis. Arthritis Rheum. 2004; 51(3): 408-12.

284. Ventegodt S, Merrick J, Anderson NJ. Quality of life as medicine: a pilot study of patients with chronic illness and pain. Scientific WoldJournal. 2003 Jun 16; 3: 520-32.

285. Виничук C.M., Мохнач B.A., Крылова В.Ю. и соавт. Клинико-гемодипамические эффекты и антиоксидантная активность препарата милдронат в остром периоде ишемического инсульта. Медични перспективи 2006; 2685-91.

286. Verbruggen G. Chondroprotective drugs in degenerative joint diseases Rheumatology 2006; 45: 129-138.

287. Уланова E.A., Козловский И.В. Пути использования концепции качества жизни в ревматологии. Реформы здравоохранения Беларуси в XXI веке. Материалы IY съезда социал-гигиенистов и организаторов здравоохранения РБ. Минск; 2000: 309-311.

288. Whelton A. Renal and relaecTcardiovascular effects of conventional and COX-2 specific NSAIDs and non-NSAID analgesics. Am. J. Ther. 2000; 7: 6374.

289. Whiled W.B. Ambulatory blood-pressure monitoring in clinical practice. N.Engl. Med. 2003; 348: 2377-2378.

290. Wetz H.H., Meffern R., Hafkemeyer U. Diabetic neuropathic osteoarthropathy of the knee joint. A rare but increasing complication case report. Or-thopade. 2006; 33(9): 1026-1031.

291. Wluka A.E., Wolfe R., Davis S.R. et al. Tibial cartilage volume change in healthy postmenopausal women: a longitudinal study. Ann. Rheum. Dis. 2004; 63: 444-449.

292. Wollheim F.A. Early stages of osteoarthritis: the sencitive predictors. Ann. Rheum. Dis. 2003; 62: 1031-1032.

293. Wong J.B., Ramey D.R., Singh G. Long-term morbidity, mortality, and economics of rheumatoid arthritis. Arthritis Rheum. 2001; 44: 2746-2749.

294. Yamaoka K.F., Hanamoto K., Mori S., Tanizaki Y., Sugita K. Study on biologic effects of radon and thermal therapy on osteoarthritis. J Pain. 2004; 5(1): 20-5.

295. Yolcota A., Taniguchi M., Tarahira Y. et al. Kofecoxib produces intestinal but not gastric damage in the presence of a low dose of indometacin in rats. J. Pharmacol. Exp. Ther. 2005; 1: 302-309.

296. Звяпна T.B Нарушения метаболизма оксида азота при системных заболеваниях соединительной ткани (диагностика, патогенез, лечения): Авто-реф. дис. д-ра мед. наук. АМН Украины. 1н-т кардиологии им. М.Д.Стражеска. К.; 2003: 37.